Чтение онлайн

– Ну, машины – навряд ли. Это игрушка... Но кто мог добиться такого гармонического сочетания природного дерева с черным железом? А сказал этот торговец, откуда у него игрушка?

– Поначалу не хотел. Даже когда я его чуток поприжал, он потел, но молчал. А до встречи со мной похвалялся, будто привез эту диковину издалека. Кто-то спросил его, уж не Черных ли колдунов это работа, но он рассмеялся и сказал, что она хоть и издалека, но не настолько. Правда, потом я с ним разобрался – решил разом несколько проблем. Ну а он...

– Надеюсь ты не пустил в ход пламя хаоса, идиот?

– Не такой уж я идиот! Обычная пытка, без всякой магии, тоже дает превосходные результаты. А потом мы вывели его на дорогу и обставили все как очередное разбойное нападение.

– В изобретательности тебе не откажешь. Но разумно ли это?

– Так ведь фургон действительно сожгли и разграбили, – пожимает плечами Фидел.

– Ну и что ты выяснил?

– Ремесленник, смастеривший игрушку, живет в Дью. Зовут его Доррином. Больше торговец о нем ничего не знал.

– Дью? Это где-то у Закатных Отрогов?

– Маленький порт и прибрежное поселение рудокопов. Примерно в ста пятидесяти кай к северо-западу от Спидлара.

– Не исключено, что это весьма серьезно... – размышляет вслух рослый маг с золотистыми глазами.

– Да ну? – флегматичный бородач с недоверием косится на игрушку.

– Ну что ж... припрячь ее до поры, – говорит Джеслек.

– Вообще-то я предпочел бы обойтись без этого, – бормочет Фидел извиняющимся тоном.

– А что, если бы они построили такую мельницу в настоящую величину? Увеличив игрушку в пропорции?

– На это ушло бы слишком много черного железа. К тому же в пропорции вряд ли она вообще стала бы работать. Да и кому это надо?

– Фидел, – Джеслек столь суров, что бородач подается назад, – а будь это не мельница, а корабль или что-нибудь в этом роде? Что бы ты предпринял?

– С чего бы мне что-то предпринимать? Они не строят таких кораблей!

– Ну почему меня окружают одни идиоты? – восклицает Джеслек, качая головой. – Они не строят – сейчас! Но игрушка доказывает, что такое возможно. Ты хочешь, чтобы Отшельничий обзавелся машинами?

– Ну, во-первых, эта вещица, – Фидел кивает на игрушку, – не с Отшельничьего. А один ремесленник ничего существенного построить не может.

– Да ты приглядись к его изделию! – рявкает Джеслек. – Здесь и дерево, и кованое черное железо, и добавление гармонии... Стало быть, это работа столяра, кузнеца и целителя – или того, кто является и тем, и другим, и третьим. Если этот Доррин... я вообще таких не встречал.

– Не понимаю, что может быть опасного в игрушках?

– Ничего. До тех пор, пока он ограничивается игрушками. И пока этими игрушками не заинтересовался Отшельничий.

Джеслек обходит вокруг стола, еще раз присматриваясь к вещице.

Бородатый отступает, и его спина касается белокаменной стены.

– А может, этот малый оттуда родом? – предполагает он. – Возможно, они изгнали его как раз за стремление делать необычные вещи.

– Не могут же они вечно оставаться глупцами! – качает головой Джеслек.

– Они все еще живут прошлым, байками о Креслине.

– Хочется верить, что так будет и впредь... Вот что, – распоряжается Высший Маг, – сообщи всем дорожным патрулям, на пропускные пункты и... и сам знаешь куда. Если появятся хоть какие-то сведения об этом Доррине, пусть тут же извещают меня. Понял?

Фидел кивает.

– Всего доброго, Высший Маг.

После его ухода Джеслек продолжает размышлять о диковинной игрушке и о ее создателе. Сознает ли тот, какой силой обладает? Скорее всего, нет. Как и все Черные недоумки, неспособные познать себя.

Легкий стук в дверь отвлекает его от размышлений:

– Входи, Ания.

Рыжеволосая волшебница проскальзывает внутрь и запирает дверь на засов.

– Это лишнее. Кто посмеет нам помешать?

– Все-таки так спокойнее, – отвечает она со сдержанной улыбкой.

Джеслек бросает взгляд на окно: благодаря белому свечению самого Фэрхэвена тьма снаружи никогда не бывает полной.

– Твои усилия, направленные против Спидлара, оказались на удивление действенными, – произносит женщина.

– Ты о наращивании энергии хаоса? Чему же тут удивляться? – Джеслек смеется, но в глазах его смеха нет.

– Это весьма эффективно. Спидлару для выживания требуется усиливать гармоническое начало, а это дает тебе возможность наращивать хаос в Кифриене и Галлосе.

– Может быть. Скажи, Ания, что ты об этом думаешь, – спрашивает он, указывая на игрушку.

– О чем? – уточняет чародейка, не делая даже попытки прикоснуться к лежащему на столе предмету.

– Об этой игрушке. Возьми ее, рассмотри получше.

Ания смеется, но вещицу не трогает.

– Так... Я вижу, Фидел тебе уже все выложил, – говорит он. Она и не думает отпираться:

– А хоть бы и так. Что с того?

– Ох, Ания, – грустно качает головой Джеслек. – Да то, что нам необходимо сокрушить Спидлар прежде, чем этот игрушечник начнет мастерить вещи побольше. Это важно для всех нас, но вместо того, чтобы позаботиться об этом, ты думаешь о том, кто станет моим преемником и как можно манипулировать этим малым, забравшись к нему в постель.

– Ты несносен!

– Я просто реалист. И может быть, тугодум. Но не полный дурак.

– Нет, не полный, – говорит Ания, устраиваясь в кресле. – Ты не против, если я налью вина?

– Угощайся.

– А ты не выглядишь огорченным.

– С чего мне огорчаться? Белый есть Белый, змея есть змея. Что бы ни было у тебя на уме, ты прелестна, так почему бы мне не пользоваться этим с удовольствием? Для меня ты угрозы не представляешь, а вот для Стирола или Фидела – другое дело.

– Вижу, ты весьма уверен в себе, – говорит она, наполняя два бокала.

– Вообще-то, я во многом не разбираюсь. Туповат, можно сказать, что тебе прекрасно известно. Но это не имеет значения, о чем ты тоже знаешь, хотя Стиролу, ручаюсь, не говорила. Вы оба ждете, когда я, хм... перенапрягусь. В смутные времена это рано или поздно случается с каждым Высшим Магом, но я надеюсь стать первым, кто избежит подобного исхода. А ты ставишь на то, что я такой же, как все.

Ания с трудом проглатывает ком в горле.

– Это... звучит странно...

– Отнюдь, – говорит Джеслек, подходя к ней сзади. Его пальцы касаются кожи ее плеча и опускаются ниже. – Отнюдь.