Иридианка. Магический переклад
Шрифт:
Пара выглядела идеально!
Он - стройный красавец с пронзительным взглядом из-под широких бровей и лёгкой щетиной, украшающей волевой подбородок. Серый костюм в цвет глаз сидит как влитой без единой морщинки, ворот батистовой рубашки расстёгнут. Узкие остроносые ботинки смотрятся шикарно!
Она - словно златовласая русалка с медовыми глазами, обрамлёнными чёрными ресницами... В пышной воздушной юбке цвета топлёного молока и гладком топе на тонких бретельках. Бриллианты в серьгах, ожерелье и браслете радужно сверкают...
– Стой! Не шевелись! Селфи на память!
Викуля достала из расшитого жемчугом клатча телефон и сделала несколько фоток.
– Вика, ты такая...
– тихо произнёс Вадик.
– Мы, Вики, все такие...
– отшутилась Темнова, открывая дверь.
– Не скажи! Я когда у Большовой работал... У неё тоже дочь Вика, только, наоборот, несчастная, вся больная...
– Ни слова о печальном, - перебила Вича.
– Сегодня у нас праздник!
Перед входом в ночной клуб «Санчо» - принадлежащий старшему брату Лёнчика Рядова Саньку - Вика разволновалась. Нахлынувшие воспоминания и непрощённая за предательство обида сдавили грудь. Она даже хотела передумать и поехать в другое место, но проницательный Ракул крепко сжал её руку.
– Эй! Ты чего скисла! Никогда не отступай! Слышишь? Не трусь. Я с тобой!
В зале громко играла музыка, на танцполе только несколько девчонок - «гоу-гоу», по всему видно, что народ ещё не разогрелся...
Они расположились на мягком диване около столика. Словно из-под земли возник официант, но, подав меню, не торопился уходить.
«Узнал!», - подумала Вича.
– «Сейчас побежит Рядовым докладывать. Наверняка и Санька, и Лёнчик сейчас в клубе...».
Ракул не подвёл, наверное, всю ночь тренировался...
С напускной небрежностью Вадим минут десять разглагольствовал о классическом каберне от «Lewis» из калифорнийской долины Напа, затем плавно перешёл к легендарному красному «Ridge Monte Bello», вспомнил про орегонскую пару «Domaine Serene Chardonnay» - «Beaux Freres Pinot Noir» и два калифорнийских «зинфанделя» - «Hartford Old Vine Zinfandel» со спокойной этикеткой, и «Orin Swift Machete», с этикеткой откровенно вызывающей. В результате он до смерти напугал официанта своими замашками заправского энофила.
Вича, смеясь, спасла заведение от позора, заказав самое дорогое из имеющихся вин - «супертосканское» «Tignanello!» от аристократического - и вообще самого старого - винного дома Antinori.
Потом они ещё «вволю поглумились», выбирая морепродукты и сыры и, наконец, выдохшись, отпустили взмокшего «подавалу».
– Ну ты даёшь!
– восхитилась Вича.
– А то!
– гордо ответил Вадик.
– Работа в доме депутата бесследно не проходит... Могу продемонстрировать познания в коньяках!
– Нет! Спасибо!
– Вича, дурачась, подняла руки вверх.
Они весело болтали, ели и, запивая вином вкусные блюда, смотрели, как на танцполе увеличивается количество народа.
Когда принесли радужную форель, Викуля опять удивилась, как ловко получается у Вадика разделываться с рыбой на тарелке.
– Научи...
– попросила захмелевшая Темнова.
– Проще простого!
– с готовностью отозвался Ракул.
– Вилочкой придерживаем, ножичком делаем горизонтальный разрез строго посредине от головы до хвоста... Теперь шкурку с двух сторон убираем, мясо от костей отделяем и... Вперёд... Перевернули - повторили...
– И правда, легко!
– радовалась Вича.
Она допила свой бокал и посмотрела на пустую бутылку.
– Ещё заказать?
– спросил Вадик.
– А то?
– копируя его интонацию, произнесла Вича.
– Ты закажи, а я на минутку отлучусь...
– Проводить?
– Не стоит!
В дамской комнате, выйдя из кабинки, она придирчиво осмотрела себя в зеркало и достала помаду.
Неожиданно дверь открылась, и появился Лёнчик. Он был хорошо навеселе.
– Какие люди к нам пожаловали! Дорогие вина пьют! Швейцарским сыром закусывают! По мужикам пошла? Ты бы хоть бижутерию не такую вульгарную выбирала... У бой-френда на бриллианты денег нет?
– Это - бриллианты!
– Вика зло посмотрела на Лёнчика.
– Да ладно! Мамаша-пьянчужка в Пустыхино корову продала? Правильно папа говорил: «Нищие - все «шкуры!»...
Он зачерпнул в пригоршню воды и плеснул себе в лицо.
– И как он тебя?! Так? Или так?
Резко двигая бёдрами взад-вперёд и размахивая руками, Рядов похабно имитировал половой акт...
– Чего молчишь? Кто лучше? Я или он?
Вика совсем не так представляла себе эту встречу. Она мечтала о том, что очумевший от её красоты и нарядов Лёнчик станет просить прощенья, начнёт вставать на колени и предложит ей лететь с ним в Лондон...
А она...
Она, конечно, простит и расскажет всё...
О том, как ждала!
Как скучала!
Как нашла уйму денег... И готова делиться с ним всем, что имеет...
Потом они должны были выпить шампанское, включить музыку и предаваться любви в её новой спальне на ортопедическом матрасе итальянской кровати...
– Сюда иди!
– грубый приказ вернул её к действительности.
– Рыжая! Люблю рыжих! Чего раньше так не красилась? Или новый хахаль - новый имидж?
Лёнька зажал ей рот поцелуем. От него воняло перегаром и какими-то пряными духами. Он больно прижал её голову к своей груди и стал задирать юбку. Потом резко приподнял и усадил прямо на раковину.
Кнопки на его рубашки расстегнулись, и Вика увидела фиолетовые пятнышки у основания шеи и ниже... Характерные метки после бурной ночи...
Стало совсем противно.
– Уйди!
– взвизгнула она и спрыгнула на пол.
– Не трогай меня!
– Молчи! Шалава!
Перестав возиться с брючным ремнём, Лёнчик наотмашь ударил Вичу по лицу, из её носа потекла кровь.
Не обращая внимания на то, как девушка морщилась от боли, он вцепился ей в волосы и попытался затащить в кабинку.
Вика упала на пол. Царапаясь и кусаясь, она сопротивлялась как могла...
Взбешённый Рядов разорвал на ней топ и принялся стягивать юбку.
– Помогите!
– закричала Викуля.
– Кто-нибудь, помогите!
– Это - мой кабак, дура! На нас сейчас Санчо смотрит! Вот камера! Мы потом этот забавный ролик твоему новому подарим!
– Сволочь!
Вича схватила упавший с раковины металлический баллончик с мылом и, изловчившись, долбанула Рядова по голове.
– Тварь дешёвая!
– заорал Лёнчик и замахнулся в ответ...