Чтение онлайн

– Пришел меня сменить?

– Точно. Где мистер Грейди?

– На кухне. Что-то я тебя не знаю.

– Я Джо Дэвид. Заступаю здесь в первый раз. Назначен в телохранители.

По телевидению пошла громкая реклама.

– Извини, не расслышал, – сказал Луис. – Значит, говоришь, в первый раз?

– Точно.

– А может, заодно и в последний?

Рослый детектив вскочил, уронив газету, выхватил “глок”, наставил на того, кто, как он знал, был Эрихом Уэйром, и крикнул:

– Он здесь! В квартире – в гостиной!

Ждавшие на кухне Белл и Лон Селлитто ворвались через другую дверь, схватили Уэйра за руки и вытащили у него из-за ремня пистолет.

– На пол, живо! – крикнул Селлитто, тыча в него пистолетом. – Откуда он, черт возьми, появился?

– Ей-богу, он проник в квартиру. Как – не представляю, – сообщил Белл по переговорному устройству.

Из коридора вбежали два полицейских в форме.

– Он, похоже, взломал окно, – сказал один из них, – то, что выходит на пожарную лестницу.

Белл посмотрел на Уэйра:

– Прыгнул с карниза на “Ланхеме”?

Уэйр промолчал, но ответ и так был ясен.

Селлитто натянул перчатки и охлопал его с ног до головы. При досмотре были обнаружены орудия взлома и мелкая бутафория. Самой непостижимой находкой оказались плотно приклеенные искусственные кончики пальцев. Селлитто их сорвал и положил в целлофановый пакетик. Не будь ситуация такой напряженной, они бы над этим посмеялись.

– Документы? – поинтересовался Белл.

Селлитто отрицательно покачал головой и ответил:

– Магазин “Мир игрушек”.

Имелись в виду грубо сработанные фальшивки – жетон и служебное удостоверение ПУНа.

Уэйр бросил через дверь взгляд в кухню. Там никого не было.

– Никого из Грейди там нет, – заметил Белл как о чем-то само собой разумеющемся.

Уэйр закрыл глаза и спросил:

– Каким образом? Как вы меня вычислили?

– Знаешь что? – сказал Селлитто. – Есть один человек, который с удовольствием лично ответит на этот вопрос. К нему мы сейчас и поедем.

Оглядев стоящего в дверях убийцу в наручниках, Линкольн Райм произнес:

– С возвращением!

– Но… как же, ведь был пожар.

– Увы, мы сорвали ваше представление, – холодно ответил Райм. – От меня вы все-таки не ушли, Уэйр.

– У меня теперь другое имя, – прошипел тот.

Райм вспомнил слова психолога Терри Добинса о том, что огонь убил прежнего Уэйра и тот стал другим человеком.

– Какое же?

– Это знаем только я и моя публика.

Ну, разумеется, “почтеннейшая публика”.

Закованный в двойные наручники, Уэйр в сером костюме делового человека выглядел потерянным и жалким. На нем не было парика, как вечером накануне, его настоящие волосы были длинные, густые и светло-русые.

– Как вы меня вычислили? – просипел он. – Я отправил вас…

– В цирк “Фантастик”? Верно. – Райм любил поболтать, когда оказывался умнее преступника. – То есть вы отвлекли нас на цирк. Я сопоставил улики, и дело показалось мне слишком уж очевидным.

– Очевидным? – Уэйр закашлялся.

– Когда все помчались в цирк искать бомбу с горючей смесью, у меня возникло чувство, что некоторые улики были специально подброшены. На ботинках – вы оставили их в квартире второй жертвы – нашли фрагменты собачьей шерсти и растений, характерных для Центрального парка. А ваши вчерашние разглагольствования про пожар… – Райм взглянул на Кару: – Словесное отвлечение, так, Кара?

– Угу, – сказала она, насыпая сахар в кофе.

– Но я же хотел вас убить, – просипел Уэйр. – Если бы я вам рассказал что-то, чтобы сбить полицию с толку, вы были бы нужны мне живым.

Райм рассмеялся:

– Вы отнюдь не пытались меня убить. Просто хотели, чтобы я вам поверил. Устроив у меня в спальне пожар, вы первым делом выбежали на улицу и позвонили по 911. Я проверил в диспетчерской. Звонивший сказал, что видит пламя из телефонной будки. Но будка-то – за углом, окна спальни из нее не видны.

Уэйр закрыл глаза и покачал головой.

Райм уперся взглядом в доску с доказательствами:

– Все ваши жертвы по роду занятий или увлечений ассоциируются с цирком – музыкантша, гример, наездница. Методы убийств тоже были заимствованы из цирковых номеров. Но если бы вы и в самом деле хотели уничтожить Кадески, вы бы нас увели от цирка, а не привели к нему. Стало быть, вы уводили нас от чего-то другого. От чего? На третьем месте преступления, у реки, мы вас застигли врасплох, и вы скрылись, бросив ветровку с карточкой прессы и гостиничной карточкой-ключом в кармане. Эти наводки не могли быть подброшены.

Карточка-ключ подходила всего к трем отелям, один из них – “Ланхем армс”. Название показалось детективу Беллу знакомым, он сверился с графиком дежурств и сообщил, что в соседнем с “Ланхемом” доме – квартира Грейди. А карточка прессы? Я позвонил репортеру, у которого вы ее выкрали. Он освещал процесс над Эндрю Констеблом… Мы обнаружили латунную стружку и предположили, что она от взрывного устройства. Но она могла остаться и от ключа.

– Еще и страница из “Нью-Йорк таймс” в машине, которую извлекли из реки, – подхватила Закс. – В газете писали о цирке, но писали и о суде над Констеблом.

– Ресторанный счет, – продолжил Райм.

– Какой счет? – нахмурился Уэйр.

– В той же ветровке. Был выписан в субботу две недели назад. Ресторан в Бедфорд-Джанкшен, что рядом с Кантон-Фолз, где живет Констебл.

Уэйр помолчал и спросил:

– Как вы узнали мое настоящее имя?

Никто не ответил, но Уэйр прочел последнее добавление к своей графе на доске с доказательствами и хмуро спросил:

– Меня заложили? Рассказали про пожар и Кадески? Кто? – Он злобно ухмыльнулся. – Джон Китинг? Сообщил, что я ему звонил? И Арт Лоуссер, верно? Иуды! Я им это припомню, когда сбегу.

– Не думаю, что у вас появится такая возможность, – сказал Селлитто.

– Что ж, Уэйр, я ответил на ваше “как”, – сказал Райм. – Не хотите ответить на мое “почему”? Мы считали, что вы намерены отомстить Кадески. А выяснилось, что вы подбираетесь к Грейди.

– Отомстить? – взорвался Уэйр. – Единственный смысл жизни, единственное, что вообще для меня имеет значение, – это представление. Иллюзии, фокусы, публика. Пожар лишил меня их. И если я могу выступать, только нарушив закон, я его нарушу.