Чтение онлайн

Весьма скупые сведения, сообщаемые в Ветхом Завете о драме, разыгравшейся в оазисе Кадес Барнеа, всё же позволяют "вычитать", причину возникновения этого судьбоносного для мозаизма конфликта, "распри", ход самой распри и суть её последствий; что даёт возможность предпринять не-кую попытку реконструкции ситуации в целом.

Итак, после того, как все участники Исхода "пришли (собрались) в Мерру", в оазис Кадес Барнеа, "там Бог [устами Мери-ра] дал народу устав и закон" (Исх.15.22-25), т.е. новые (модифицированные), видимо, отличные от прежних (проповеданных в Египте), религиозные и иные установления, регламентирующие бытиё приверженцев "истинной веры". "На другой день сел Моисей судить народ" (Исх.18.13) у источника Мишпат ("Правосудие"). И жизнь (без рабства и надзирателей) входила в некое русло. Почти год после инцидента у горы Хорив (Синай) жизнь ха-ибири в оазисе у вод Меривы, в основном, протекала спокойно и размеренно, освещённая поклонением (с неизменным, скрупулёзным, соблюдением всех канонов эхнатонизма) единому и единственному Богу (Элоhим), перемежаясь лишь незначительными трениями на почве отклонения от непривычных для ха-ибри этических и моральных норм быта, предписываемых Законом Моисея. Сюда же, в Кадес, вернулись и двенадцать разведчиков, посланных осмотреть Ханаан, - "землю обетованную" (Моисей планировал из оазиса Кадес Барнеа пойти (повести людей) в Ханаан).

Однако, как отмечает З. Фрейд (85.с995), "Еврейский народ Моисея столь же мало был способен выносить высокоодухотворённую религию (учение Эхнатона в чистом виде), находить в следовании ей удовлетворение своих потребностей, как и египтяне ХVIII династии". И "Египетские легенды не смогли вытеснить старых залежей Вавилонских [шумеро-аккадских] традиций [отцов], с которыми [еврейский] народ [никогда и] не разлучался", - добавляет Э. Ренан (92.с63).

И пришёл день (по-видимому, в пору полнолуния), и род "Иуда" вознамерился, в русле канонов культа предков месопотамской "веры отцов", провести очередное ежегодное чествование бога своего рода, "первопредка" Сина. Заметим, что и в Древней Индии сроки поминовения предков ("шраддха") также увязывались с периодами лунных фаз (Р.Б. Пандей "Древнеиндийские домашние обряды (обычаи)". 990).

На сей раз символизировать, олицетворять, присутствие бога на родоплеменном празднестве дол-жен был живой жертвенный телец, ритуально чистый, традиционным образом выбранный и подготов-ленный (а не фетиш "золотой телец"). Левиты и симеониты, естественно, были приглашены принять участие в торжестве (в том случае, если у этих колен день "Праздника Господу" не совпадал), а также и в коллективной трапезе (видимо, принесённый в жертву телец (как тотем) поедался).

По-видимому, спор, диспут сторонников различных теологических концепций, возник в самом начале празднования. Левиты, опора Моисея в "истинной вере" (по-видимому, в основном миссионеры-египтяне, примкнувшие к левитам), указывая на быка, высказали сомнение в том, что он вообще может олицетворять присутствие какого-либо бога; и, наверное, без должного почтения, в обидных тонах, отозвались о родовом боге иудеев Йаhуе (Сине).

В Книге Исхода (17.7) и говорится о том, что спор произошёл "по (той) причине... что они (левиты) искушали Господа, говоря: есть ли Господь (Йаhуе) среди нас или нет?" (явно позднее толкование элоhиста (эпохи, когда боги Йаhуе и Элоhим слились в единого и единственного Господа Бога), усмотревшего ересь (они "искушали Господа") даже в предположении о том, что где-то нет Господа (Йаhуе). Отзвуки этого судьбоносного события просматриваются и в Пс. 81.8-9 (Кетувим. Йерушалаим. 1978). Если в данном псалме использовать и слово "села (лисилот)" (что на иврите означает "отвергал, попирал") в толковании предложения: "Я спасал тебя, отвечал тебе из укрытия громового, испытывал тебя у вод Мей-Меривы. Села!"); - то это выражение приобретает несколько иной смысл: "Я спасал тебя... у вод Мей-Меривы [когда ты (левиты), не выдержав испытания, отвергал (попирал) Меня (Господа)]".

Далее, в запале диспута, рассерженные и весьма огорчённые подобным кощунством (полным отходом от эхнатонизма), левиты (жрецы-египтяне), по-видимому, решили на практике продемонстри-ровать иудеям свою правоту, и от слов перешли к делу. Памятуя о благоприятном исходе инцидента у горы Синай, они, вероятно, возглавленные Мери-та-Амон (Мериам), не опасаясь кар шумеро-аккад-ского бога Луны Йаhуе-Сина, "по прихоти своей перерезали жилы тельца" (Быт.49.5-7). В возмущении и ярости от такого святотатства, первоначально опешившие иудеи бросились на защиту своей самой важной святыни, эмблемы своего бога-предка (самого бога Сина), гаранта благополучия их рода, выведшего их из Египта. И горячий спор тут же перешёл в жестокую (в начале кулачную) битву: египтяне и выступившие на их стороне колена "Симеон и Левий (видимо, частично)... орудия жестоко-сти мечи их... Они в гневе своём (первыми зарубили) убили мужей (иудеев)" (Быт.49.5-7).

Однако, как повествует Танах, это сражение, "распря", закончилось убедительной победой рода "Иуда", намного превосходившего численно своих противников (Быт. 49.8): "Иуда!.. Рука твоя на хребте врагов твоих; поклонятся тебе сыны отца твоего" (левиты и семиониты). Видимо, в этой "распре" погибла (поскольку похоронена в Кадесе) и Мериам (в памяти народной сохранились рудименты судьбоносной взаимосвязи пророчицы с родом "Иуда": её муж - иудей).

В результате этого поражения роды "Леви" и "Симеон" потеряли политическое равноправие в Союзе Израильских колен: лишь "от (земельного) участка сынов Иудиных выделен удел колену сынов Симеоновых", а род "Леви" "части и удела" не получил вообще (см. выше).

Любопытно, что после событий у вод Мей-Меривы (на начальном этапе становления мозаизма), по-видимому, возникло даже некое неравенство (отсутствие паритета) еврейских племён пред ликом Господа (Йаhуе). Так, о сакральном высокомерии племени "Йакуб-эл" (в основном, колена "Иуда", чей родовой бог Йаhуе был соотнесён (слит) Моисеем со Всевышним (первоначально Богом Элоhим)) по отношению к племени "Абраам" (чей родовой бог Абба/Энки, и которое (племя) обратилось в монотеизм в Ханаане (племя "Абраам" признало Йаhуе Элоhим Всевышним (т.е. Син возвысился над Энки)) свидетельствует Книга Левит (16.3,7): "Вот с чем должен (имеет право) входить Аарон во святилище (в скинию): с тельцом... и с овном" (а это по принадлежности - жертвы богу Луны Йаhуе/Сину; см. "Отцы Авраама")), козлов же (жертвы архаичному Энки) позволительно ставить лишь "у входа в скинию собрания".

Умный и дальновидный, Моисей понимал, что в результате сокрушительного поражения "при водах Меривы" сторонников "истинной веры", эхнатонизма, поставлены под удар дело и смысл всей его жизни, сама идея монотеизма. И дабы загладить конфликт, примирив враждующие стороны, и попытаться сохранить основополагающие положения учения Эхнатона, пришлось пророку "взять грех на душу (можно представить с каким трудом это ему далось)": "у вод Меривы... Моисей... погрешил устами своими" (Пс.105.32,33). И пророк, приняв мудрое и взвешенное решение (дабы не остаться без паствы), принялся доказывать иудеям и симеонитам и убеждать левитов в том, что "Йаhуе (Син) есть Элоhим" ("Вот, я научил вас ...как повелел мне Господь ("Йаhуе"), Бог ("Элоhим") мой" (Втор.4.5)), чем, очевидно, весьма польстил колену Иудину (которые позднее даже куражились над племенем "Авраам"), удовлетворил их религиозные амбиции, сделав их тем самым ревностными сторонниками "истинной веры" на века: "Он (Господь) ...избрал колено Иудино" (Пс.75.;77.).

В результате "симбиоза" Йаhу и Элоhим, статус бога "веры отцов" у ха-ибри (исраэлитов) заметно повысился, а имя "Йаhу" перестало восприниматься просто как одно из наименований шум.-акк. бога Луны Сина, сына царя богов Энлиля (библейского Эль Шаддая). Так, на вопрос паствы: "Кто, как Ты, Господи, между богами?" (Исх.15.11), Священное Писание отвечает: "Господь (Йаhуе) есть царь великий над всеми богами" (Пс.94.3); "Бог богов, Господь (Йаhуе)" (Пс.49.1). Изменились также и подход к вопросам отправления культа Господа Бога (Йаhуе Элоhим), и сами ритуалы, с этим связанные (в частности, жертвоприношения), и сакральная символика; и, как свидетельствует Танах, во многом стали существляться согласно традиционным канонам "веры отцов", противоречащим соответствующим положениям учения Эхнатона. Бестелесный, не имеющий формы Элоhим, в качестве Господа Бога, согласно мифологии и традиций "веры отцов", приобрёл со временем и антропоморфное тело ("по образу и подобию"). Следует заметить, что существует достаточно аргументов, указывающих на то, что в процессе консолидации еврейских колен, образования и становления единых государственности и культа, образ Всевышнего "Йаhуе Элоhим" вобрал в себя и многие культово-мифологические свойства богов Абба (Энки, Эа) и Эль Шаддая (царя богов Энлиля). Считается, что единый, централизованный культ Господа окончательно утвердился только ок. 621 г. до н.э., в результате религиозной реформы иудейского царя Йошийаху.

Необходимо отметить, что созданное цадокидами (по всей вероятности, совместно с группой коhэнов из "моисеесва колена Леви"), спустя тысячелетие со времени инцидента в оазисе у вод Меривы, движение ессенов, явственно указывает на многовековое отсутствие консенсуса в среде коhэнов и левитов в части нововведений и "уступок" Моисея исраэлитам (в частности, иудеям и семионитам) в вопросах "истинной веры". Ветхий Завет повествует устами коhэнов (оценка событий произведена задним числом, когда уже много веков Всевышний - "Йаhуе Элоhим"), что за последст-вия событий, свершившихся "при водах Меривы в Кадесе", повлекших "нововведения", Моисей и Аарон понесли суровое наказание. Всевышний (как Элоhим) был так разгневан "за то, что вы согрешили против Меня ("не послушались повеления Моего... во время распри" (Чис.27.14), воз-можно, требования сражаться до конца)... не явили святости Моей (не смогли доказательно отстоять чистоты эхнатонизма).. ты (Моисей) увидишь землю (обетованную), но не войдёшь туда" (Втор.32.50-52); а Аарона (Втор.9.20) Всевышний (как Йаhуе Элоhим) даже "хотел погубить" (ибо, с другой стороны, левиты "искушали Господа (Йаhуе (Сина), ещё не слившегося с Элоhим)", даже (Чис.20.13) "вошли в распрю... с Господом"), но смилостивился и решил, что достаточно будет и того, что "Аарон... (тоже) не войдёт в землю (обетованную)" (Чис.20.24).

Моисей же, как уверяет осведомлённый в тонкостях канувших в Лету событий потомок египетских жрецов-миссионеров, один из составителей Танаха (кодекс (Е)), всего лишь "погрешил устами своими", т.е. на словах, но не по сути, присоединил имя "языческого" бога Сина "Йаhу" к имени триединого божества "Элоhим" (и, тем самым, не изменил содержание (наполнение) образа единого и единственного Бога учения Эхнатона, не перечеркнул великую идею монотеизма божественного Учителя).

Какими же аргументами мог руководствоваться великий пророк, высокоэрудированный жрец из Гелиополя, в казуистике данного теологического вопроса, безусловно, никак не желая задействовать в учении Эхнатона, шум.-акк. по происхождению, бога Сина (Наннара) под аккадским названием "Бог (да) поможет, (да) охранит" (сокращёно - "Йаhу(е)" ("Отцы Авраама"))?