Чтение онлайн

Сопоставим тексты Септуагинты и Кумранского свитка ("4QDeut - j"), в которых приводится неотредактированный, отличный от канонического, вариант песни Моисея (Э. Тов "Текстология Ветхого Завета", изд-во Библейско-богословсого института св. апостола Андрея, 2003 г., с 257):

Когда Элион давал во владения народы (это же приписывалось и хан. богу Элу),

Когда разделял он сыновей Адама,

Установил он границы по числу сыновей Элоhим.

Часть Йаhуе, народ его - Иаков, удел в его владение.

с каноническим вариантом песни (Втор.32.8-9):

Когда Всевышний давал уделы народам

И расселял сынов человеческих,

Тогда поставил пределы народов по числу сынов Израилевых;

Ибо часть Господа народ Его, Иаков наследственный удел Его.

Из сравнения вытекает, что на заре становления мозаизма Всевышний (хан. "Эл-Элион" отож-дествлён с Эл-Шаддаем) это - именно Элоhим (эхнатоновский Атон - бог всего человечества), но не Йаhуе (Господь), который всего лишь его сын (Син - сын Энлиля), и по этому владеет не всем миром, как Элоhим, но лишь его частью, определённым уделом (и народ его - только "Иаков" (12 колен), а богиня Анат, в частности, получила у удел от Эла Аттику). Отголоски такого воззрения сохранялись даже в пору написания Книги Иова (1.6): "И был день, когда пришли сыны Элоhим предстать пред Йаhуе" (далее по смыслу это - единое синкретическое божество Йаhуе Элоhим).

Данное положение, введённое Моисеем, не противоречило традиционным канонам месопотамской "веры отцов", поскольку согласно постулированной выше аналогии, в "триумвирате" "Элоhим" можно было усматривать образы таких богов, как Энлиль (Шадду), Энки (Абба) и Шамаш, а тогда Син (Йаhу) автоматически становился сыном Всевышнего. Так, показателен буквальный перевод начала утренней молитвы: "Адонай Элоhейну", по-видимому, введённой на заре мозаизма и позднее доработанной. Если слово "адон" означает "господин" (имя "Адонийа(hу)" - "Мой Господь - Йаhу"), то "адонай" трактуется (И.Р. Тантлевский) как "мои Господа". И тогда текст "Адонай Элоhейну" может интерпретироваться как "Наши боги (Элоhим) - мои Господа".

В Танахе нашло отражение и то, что ветхозаветные потомки "черноголовых" не забыли, что согласно шумеро-аккадским воззрениям, сам по себе бог Син/Йаhу - не созидатель мирозданья, не творец, и по этому в Гл.I Книги Бытия Йаhуве, как демиург, не упоминается.

Как известно, жертвы небесному божеству Хормаху (постнеолитической эпифании богини Неба) приносились (к примеру, Тутмос IV у храма Сокара) на холмах (высотах), как издревле и самой богине. На высоких алтарях совершались и жертвоприношения солярному богу Атону. Этот обычай сохранялся и в мозаизме. Так (I Цар. 10.5), святилище, в котором отправлялся культ исключительно Элоhим ("Гиват hа-Элоhим" - "Холм Божий"), было расположено на холме ("бома") в городе (или рядом), контролируемом филистимлянами. Однако уже при царе Менаше (696-641 гг. до н.э.) на высотах ("бомот"), "на которых совершали курение жрецы от Гевы до Беэр-Шевы", уже служили единому Господу Богу (Йаhуе Элоhим). Адаптация введённого Моисеем имени Всевышнего "Йаhуе Элоhим" (сочетание впервые встречается в Быт.2.5) прошла весьма успешно, а установившаяся между этими богами взаимосвязь оказалась настолько тесной и плодотворной, что еврейский народ, не мысля иного, постоянно благодарил за это провидение. Об этом свидетельствуют многие тексты Священного писания и молитв: "Блажен народ, у которого Йаhуе (Господь) есть Элоhим (Бог)" (Пс.143/144.15); или (утренняя молитва) "Адонай Элоhейну, Адонай Ахад" ("Йаhуе - Элоhим наш, [Он] Господь один"); а при Иисусе Навине (Иис.Н.22.34) возвели особый жертвенник: "И назвали... жертвенник "Ед" ("Свидетель"), потому, что он - свидетель (тому)... что Йаhуе есть Элоhим". т.е. и бог Йаhу, будучи слит с Элоhим, вобрал в себя и его ипостаси демиурга, после чего Йаhу воспринимается гораздо более широко, а не только, как бог "веры отцов" (бог Луны), и поэтому он - "царь мира", демиург, Всевышний, и во Вселенной один (заметим, что для жителей империи III династии Ура бог Син также считался главным, хотя и не единственным).

Субъективное отношение пророка к этим двум (далее слитым во едино) богам созданного (сформированного) им мозаизма, раскрывают строки Книги Навина (Иис.Н.14.6,7): Моше - "человек (муж бога) Элоhим... (и) раб Йаhуе" (отсюда следует, что Моисей страдал от содеянного). Вводя в обиход новое имя Всевышнего - ("Йаhуе Элоhим" - " "), пророк (подстраховываясь) был вынужден поставить на первое место наименование божества месопотамской "веры отцов" колена "Иуда" (Йаhу ). Если у горы Хорив Завет был заключён только с Элоhим, то уже в земле Моавит-ской Моисею пришлось "поставить" слова Завета (клятвенного договора) о служении Всевышнему с божеством "Йаhуе Элоhим" т.е. и с некими ипостасями бога Йаhу (Сина).

Характерно, что ха-ибри весьма медленно расставались с месопотамскими верованиями (особенно в части отправления культа предков) и поэтому не сразу всецело уверовали в Йаhуе Элоhим. Так, когда Моисея уже не стало и Иисус Навин заключал "завет" между ха-ибри пришедшими в Ханаан, и Всевышним Йаhуе Элоhим (недавним кумиром избранного Им народа), то Иисус Навин воззвал (как к третейскому судье и гаранту, призванному обеспечить исполнение клятвы богом Йаhуе Элоhим) к общесемитскому богу предков Бетилю: и "взял [Иисус Навин] большой камень и положил и... под дубом... и сказал... вот, камень сей будет нам свидетелем ибо он слышал все слова Господа [Бога], которые Он сказал нам сегодня... [а также] да будет он свидетелем [и] против вас... чтобы вы не солгали..." (Нав., 24, 26, 27).

Как известно, каждое более-менее значимое божество Древнего Мира обладало множеством сакральных (тайных и явных) имён. Обратимся к сорокадвухбуквенному тайному имени Всевышнего евреев. Характерно, что популярная у каббалистов молитва "Ана бекоах" (ивр.) состоит из семи строк, в каждой из которых по шесть слов (шестью семь - сорок два). При этом считается, что первые буквы каждого слова составляют сорокадвухбуквенное имя Бога. Очевидно, что 42 - чисто египетское сакральное число. Как уже упоминалось, и число заповедей в Гл.125 "Книги мёртвых", и количество номов в Древнем Египте, и число "заповедей", произносимое душой Ка в преисподней перед 42 номовыми богами, равно 42. У шумеров это число (42) упоминается лишь один раз, - как количество храмов Месопотамии (от Эриду на юге до Сиппара на севере) в собрании их гимнов, составленном жрицей, дочерью Саргона Аккадского (У. Сьоберг и Э. Бергман "Texts from Cuneform Sources"). В Танахе же данное число встречается много раз.

С точки зрения сакральной символики, число 42 может быть представлено по составу как произведение чисел 2, 3 и 7 (удвоенное три раза по семь). Известно (см. выше), что у древних египтян лунная символика обычно связывалась с проявлениями каких-либо функций (органов) бога Ра (глаз, сердце). Таким образом, можно предполагать, что сорокадвухбуквенное тайное имя - одно из наиме-нований Элоhим (Ра-Горахти-Шу, Йота), Господа.

Семидесятидвухбуквенное тайное имя Всевышнего евреев может быть представлено состоящим из двух наименований, одно из которых содержит 30 букв, а другое - 42 буквы. Как уже упоминалось, в Месопотамии клинописным знаком письма, соответствующим числу 30, обозначали шум.-акк. бога Луны Суэна (Сина, Йаhу). Заметим, что, возможно, месопотамская связь числа 30 с богом Луны нашла отражение в обозначении евреями этого числа (30) буквой "ламед" - первой буквой слова "ночь" ("лайла"). И тогда можно предположить, что семидесятидвухбуквенное тайное имя Всевышнего - одно из наименований синкретического Йаhуе Элоhим (30+42).

Двенадцатибуквенное тайное имя Всевышнего евреев, "не мудрствуя лукаво", напрашивается составить из имён "Йаhу хай" и "Элоhим хай" - " ".

Отметим также и то, что такие наименования, как "Йаhуе" или "Йаhуве Элоhим", иногда использовались в Ветхом Завете (2 Цар.6.17,18; Ам.5.14-15) в качестве синонимов (как имя нарицательное) к словам "Господь", "Всевышний" или "Создатель" в сочетании с именем "Цаваот".

15. Исход евреев из Египта.

Как повествует "Священное писание", своё летоисчисление древние евреи вначале вели от потопа (Быт.9.28;10.11); затем от даты Исхода из Египта (по числу поколений); и далее по годам правления монархов (заметим, что календарный отсчёт времени по числу поколений вёл, в частности, аморей Шамши-Аддад I, определяя годы "от конца (царства) Аккада до моего царствования" (30.с19).

У предков древних евреев каждое новое поколение, от Арпахшада, сына Шема, до Нахора, рожалось примерно через 30 лет. "Время жизни" одного поколения при составлении "Священного писания" тоже часто оценивалось в 30 лет (у евреев созревание мужчины заканчивалось в 30 лет (Числ.4.2,3), - вступление Давида на царство, "Нагорная проповедь" Христа). По-видимому, в какой-то исторический период годы жизни одного поколения оценивались древними евреями и годами странствий в пустыне с Моисеем (Втор.1.35): "Никто из людей сих, из сего злого рода (поколения), не увидит доброй земли (Ханаана)"; "Сыны ваши будут кочевать в пустыне 40 лет... доколе не погибнут" (Чис.14. 32,33).

В частности, Геродот полагал (2.142), что за столетие проходит три поколения. В Древнем Китае число тридцать означало "поколение". Египтяне (как отмечалось выше) через 30 лет от начала правления фараона, устраивали большое торжество - "Хеб-сед".

Как повествует Ветхий Завет, от времени Исхода Моисея до вступления Азарии в должность первого первосвященника (1Пар.6.1-10) в Храме царя Соломона, сменилось 12 поколений священни-ков (первое поколение - Аарон и его сыновья (Ис.29.1), второе - Финес, третье - Авишуй, четвёртое - Буккий, пятое - Озия, шестое - Зерахия, седьмое - Мераиоф, восьмое - Амария, девятое - Ахитов, десятое - Цадок, одиннадцатое - Ахимаас и двенадцатое - Азария). Строительство Первого Храма, как говорится в Книге (4Цар.6.1), началось Соломоном на четвёртый год его правления (ок. 957 г. до н.э.) и велось царём в течение нескольких лет.