Чтение онлайн

— Помню, — ответил я, не опуская лука. — Но отец учил меня, что нельзя исполнять безнравственные приказы и нельзя держать клятвы, данные подлецам, особенно когда они угрожают близким, — я приготовил Взрывную стрелу. — Но что ещё важнее — ты только что угрожал убить мою дочь.

В напряжённой тишине смех Джинда прозвучал как выстрел.

— Ну да, Артём, ты же тоже считаешь этого ребёнка своим! Ты крупно облажался, Ланской, ничто так не злит человека, как угроза его ребёнку, — он кивнул мне. — Ладно, парень, присоединяйся, у тебя такое же право защищать своих, как и у меня, — с этими словами маршал спустил тетиву, и противостояние переросло в хаос.

Дюжина убийц метнулась в разные стороны, и их силуэты было трудно отследить. Я переключился на Стробоскопическую стрелу и выстрелил в Ланского, который как раз увернулся от стрелы Джинда. Вспышки света заставили силуэты замерцать, и их стало легче разглядеть. Лили тут же Четверным выстрелом выбила двоих из невидимости, в тот же миг они стали мишенью для десятка стрел и рухнули замертво.

Владис и другие бойцы ближнего боя бросились в атаку, рубя и кромсая воздух там, где мелькали силуэты. Ещё несколько убийц вынужденно вышли из невидимости и тут же пали под градом ударов.

Джинд тоже использовал Особый выстрел и вывел из сумрака ещё одного убийцу, но тут Ланской, незаметно подкравшись, вонзил кинжал ему в грудь. Урон из скрытности оказался огромен, и командир наёмников рухнул на землю. Магический барьер вспыхнул с опозданием, когда целители уже бросились к нему.

Я откатился в сторону, уворачиваясь от стрелы, пущенной из тени, вскочил на ноги и выстрелил в ответ, целясь в силуэт лучника. Убийца сорок первого уровня с криком появился из ниоткуда и тут же получил Чародейский болт от Харальда и Шип маны от Карины. Он ещё пытался сопротивляться, но в него почти одновременно попали наши с Лили стрелы и арбалетный болт Торгарада.

Владис с размаху огрел Ланского своей железной дубиной по голове. Оглушение сработало, и главарь гильдии мешком рухнул на землю, но тут же, видимо, использовав какой-то артефакт, вскочил на ноги и откатился в сторону прямо под стрелу Джинда, которая вонзилась ему в глаз. Ванесса тут же хлестнула убийцу Терновым кнутом, обездвижив, и на него обрушился шквал атак.

Жизнь Виктора Ланского оборвалась.

Никто из убийц не захотел сдаться. Последнего из них, пытавшегося проскользнуть между ног танков, поймали и забили щитами и мечами.

Бой закончился.

Я, по-прежнему держа лук в руке, подошёл к целителю, который осматривал Джинда.

— Спасибо, что просветил насчёт Ланского, — сказал наёмнику.

— Никто не чует крысу лучше, чем другая крыса, парень, — без тени извинения ответил маршал. — Я держал план в секрете ото всех, кроме самых доверенных людей, пока ловушка не была готова захлопнуться.

Что ж, в этом имелась своя логика. Хотелось верить, что я не выдал бы себя ни словом, ни жестом, но Ланской всегда чертовски хорошо читал людей. Возможно, скрытность Джинда спасла нам всем жизнь.

Маршал присел над телом ассасина, сорвал с его пальца кольцо, которое когда-то дал в уплату за убийство вражеского мага, и надел обратно себе на палец. Затем порылся в мешочке Ланского и бросил мне небольшой деревянный ящик, тот самый, который я отдал за ту же сделку.

— Я убил этого ублюдка не ради добычи, но теперь, когда он мёртв, мы имеем полное право вернуть себе свои вещи.

Я кивнул и убрал ящик.

— Ты правда думаешь, что после всего этого оставшиеся в живых убийцы не станут для нас угрозой?

Торгард, присоединившийся к нам, фыркнул и хлопнул меня по плечу так, что я чуть не присел.

— Если эти слабаки не разбегутся при известии о том, что их гильдия почти полностью уничтожена, они станут лёгкой добычей для всех своих врагов в преступном мире. Не думаю, что от них появятся проблемы.

— И всё же я могу порекомендовать тебе хорошего чародея, который сможет наложить на поместье Мирид охранные чары, — сказал Джинд, натянуто улыбнувшись. — Они в любом случае вещь полезная.

Гном рядом со мной как-то неловко кашлянул, и лицо Джинда вопросительно вытянулось.

— Несколько дней назад Изгои сожгли дотла поместье Мирид, Терану и все окрестные деревни, — с трудом проговорил я. — Думал, ты слышал.

Маршал выругался и положил мне руку на плечо.

— Прости, парень, я не знал. Это было прекрасное место. Кто-нибудь пострадал?

— Нет, слава богам. Мы успели всех эвакуировать в безопасное убежище в горах, — я бросил взгляд на Торгарада. Гном смотрел на меня с острым любопытством, но тут же сделал подчеркнуто нейтральное лицо. Что-то он точно знал или догадывался.

— Ну, хоть так, а дома можно отстроить заново, — Джинд устало покачал головой. — Я поговорю с Хорвальдом, чтобы он открыл портал для доставки стройматериалов и рабочих из столицы, хотя это может занять время. Он и так на износ работает, перебрасывая еду для беженцев. Возможно, тебе стоит убедить ту рыжую орчиху, Кору, присоединиться к вам и прокачать её до тридцатого уровня, тогда она тоже сможет открывать порталы.

Я посмотрел в сторону изуродованного тела Балора.

— Наверное, теперь можно и о восстановлении поговорить, да?

Маршал вздохнул.

— Да. Это паучье гнездо принесло всем немало горя, — он яростно пнул труп Ланского. — Хотя имелась от него и кое-какая польза, — он обнял меня и Торгарада за плечи.

— Пойдемте, друзья. Мы выиграли бой, и теперь пора наводить порядок.

Навести порядок… Легко сказать!

Я окинул взглядом этот ад наяву, и к горлу снова подкатила тошнота. Десять тысяч искалеченных судеб! Десять тысяч человек, которых мало просто освободить, а нужно ещё накормить, обогреть, хоть как-то утешить. Спёртый тяжёлый воздух пропитался запахом крови, пота и отчаяния, он застревал в горле, не давая вдохнуть полной грудью. Смрад, казалось, въелся в саму каменную кладку туннелей.

Зрелище, открывшееся нашим глазам в паучьих пещерах, не желало покидать сознание. Почти тысяча женщин… или то, что от них осталось, с пустыми остекленевшими взглядами, устремлёнными в никуда.

На фоне океана человеческого горя меня даже немного удивило, что солдаты Джинда пощадили самок и молодняк арахнидов. Учитывая его приказ об их тотальном истреблении, это выглядело странно. Милосердие? Сомневаюсь. Я и сам, если честно, не уверен, что смог бы поднять руку на этих тварей, похожих на жуткую пародию на человека даже после всей той дичи, что здесь повидал, после той первобытной животной ненависти, что плескалась в их бездушных чёрных глазах. Но я мог точно сказать, что маршала остановило не сострадание, а холодный расчёт.