Чтение онлайн

Слегка поморщился, надеясь, что её победный клич не разбудил весь лагерь. Я лежал на её дрожащем теле, задыхаясь от ощущений. Её внутренние мышцы сжали меня так, как ни у одной женщины до этого, это был не просто плотный контакт, а сокрушительный пульсирующий захват.

— Ещё! — прорычала она, начиная нетерпеливо двигать бёдрами. — Покори меня своей страстью!

Просить меня дважды не пришлось, я вышел почти до конца и снова вошёл, задавая ритм. Удовольствие нарастало с каждой секундой. Через несколько минут Кору снова напряглась, её мышцы сжали меня с такой силой, что перед глазами потемнело. Это оказалось выше моих сил. С хриплым стоном я кончил в неё, чувствуя, как невероятно сильные мышцы буквально высасывают из меня семя до последней капли.

— Свидетельствуй! — снова взревела она, содрогаясь в очередном оргазме.

Когда мы, отдышавшись, наконец смогли добраться до моей палатки, нас ждал сюрприз. На постели, подперев щёку кулачком, сидела Лили.

— Ну-у? — протянула она, сгорая от любопытства. — Я всё слышала. У вас получилось?

По настоянию моей ушастой жены нам пришлось продемонстрировать, «как спариваются орки», а затем Лили, хихикая, показала Кору, «как это делают куниды». Мы развлекались до глубокой ночи, пока наконец совершенно вымотанные, не затихли.

Я лежал в центре, хрупкая и нежная Лили прижималась ко мне спереди, а огромная тёплая Кору обнимала нас обоих сзади, как живая каменная стена, защищающая от всего мира. Её сильная рука покоилась на серебристых волосах Лили.

— Как же хорошо! — счастливо вздохнула Лили, целуя пальцы орчихи. — Теперь у нас есть ещё одна любимая, которая разделит с нами все приключения! — хихикнула она. — Остальные жёны её полюбят, вот увидишь!

Я почувствовал, как мышцы Кору за моей спиной напряглись. Лили в своей непосредственности не видела подвоха, но я понял, что орчиха могла воспринять её слова иначе. Я чуть развернулся в её объятиях, чтобы заглянуть в глаза в полумраке палатки.

— Кору, ты этого хочешь? — тихо спросил я. — Лили всегда прямо говорит, что думает, но мы не хотим тебя ни к чему принуждать. Для нас это не просто… развлечение, но и для тебя это не должно стать кабалой.

Золотисто-карие глаза серьёзно изучали моё лицо.

— Если ты хочешь просто спариваться, человек, мы будем спариваться. Это… очень приятно, — признала она с лёгкой хрипотцой. — Но если ты предлагаешь мне стать твоей парой, тогда я твоя, а ты мой, я, когда придёт время, рожу тебе много сильных детей.

Её слова упали в тишину палатки, весомые, как камни. Это была не просто декларация, а клятва, клятва воина. Кору предлагала не только своё тело и верность, но и свою кровь, и кровь своих будущих детей. Ответственность, которую она возлагала на меня, казалась колоссальной.

Она погладила ушко Лили.

— Теперь все твои женщины — мои сёстры. Я пролью за них кровь, как и за их детей, как и они, я знаю, прольют её за меня и моих детей, — орчанка замолчала, ожидая моего ответа.

Я наклонился и поцеловал её, осторожно коснувшись губами её губ и маленьких острых клыков.

— Тогда добро пожаловать в семью, Кору.

Она рассмеялась, и её грудь затряслась.

— Ты уже был во мне, приятель, много раз. Думаю, мы перешли стадию «добро пожаловать».

Лили рядом согласно хихикнула.

Я уснул, зажатый между двумя такими разными, но уже родными женщинами, измученный, но абсолютно счастливый.

Завтра предстоял путь домой! Домой, к остальной семье, к новым проблемам и разрушенному поместью. Но сегодня я знал, что мы стали сильнее ещё на одного воина, ещё на одного члена семьи.

Я стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди, и наблюдал за работой Хорвальда Валаринса. Воздух перед старым магом подрагивал и плыл, как марево над раскалённым асфальтом в июле. Спустя мгновение пространство треснуло, разворачиваясь в мерцающий овал портала, из которого потянуло запахом озона и пыльных дорог далёкого Тверда.

На той стороне уже толпились люди, первая партия беженцев, согласившаяся на моё предложение, мужики с настороженными глазами, измотанные женщины, прижимающие к себе детей. Они согласились отправиться сюда, в бывшее Логово Отверженных, чтобы возделывать заброшенные поля и сады в обмен на долю урожая. Сделка простая и честная. Они получают шанс на новую жизнь и еду, я рабочие руки, чтобы поднять разорённые земли.

Я слышал, как некоторые вполголоса называли их глупцами, мол, кто в здравом уме захочет поселиться в такой глуши, где монстры, хоть и слабые, нет-нет да и выползают из леса? Надеетесь на охрану от Бастиона? Так она уйдёт, как только соберут урожай. Всё, конечно, так, но я видел в их глазах не глупость, а отчаянную решимость. Когда твой дом разрушен, а впереди лишь голод, любая возможность — спасение. Я их не осуждал и сам сейчас находился в похожем положении.

Люди были готовы двинуться в путь, выстроившись со своим скудным скарбом у повозок с провизией. Рядом со мной стояли другие повозки с телами павших — напоминание о цене, которую мы все заплатили. Мне предстояло с почестями похоронить их на родине.

— Ты уверен, что хочешь отправиться прямиком в Мирид? — Хорвальд подошёл ко мне, прервав мои размышления. Его голос, обычно рокочущий, сейчас звучал на удивление мягко. — Я неплохо знаю горы Гадрис, могу открыть портал поближе к тому месту, где ждут твоя семья и остальные.

Я покачал головой, глядя на дрожащую поверхность портала.

— Нет, мне нужно это увидеть.

Нужно! Не просто «хочу», а именно нужно увидеть своими глазами, во что превратился мой дом, чтобы закрыть эту страницу или наоборот, чтобы выжечь картину разрушения в памяти, как вечное напоминание о том, что нельзя терять бдительность. Никогда!

Хорвальд помолчал, а затем положил мне руку на плечо. В этом простом жесте проявилось больше сочувствия, чем в тысяче слов. Он всё понял. Старый маг кивнул и, дождавшись, пока пройдут беженцы, вернулся на свою позицию, чтобы начать плести новый портал уже для нас.

Покуда маг колдовал, мы не теряли времени даром. Подарку Кору, целой стае ручных рапторов, мы быстро нашли применение, и все, как дети, дорвавшиеся до новой игрушки, осваивали управление этими ящерами. Ну как «осваивали», пытались не слететь с седла на полном скаку.

Это оказалось… дьявольски трудно. Одно дело лошадь, даже самая норовистая, и совсем другое — сидеть верхом на живом дышащем хищнике, каждая мышца которого буквально вибрировала от сдерживаемой мощи. Да это мечта любого пацана, выросшего на «Парке Юрского периода»! В прошлой жизни я бы отдал месячную зарплату за десять минут такого аттракциона.

Я вцепился в странное седло и пришпорил своего ящера. Тот рванул с места так, что меня кинуло назад и едва не сбросило. Земля превратилась в смазанную полосу, ветер со свистом бил в лицо, заставляя глаза слезиться. Диснейленд с его американскими горками нервно курил в стороне. Там иллюзия, рельсы, безопасность, здесь только твоя реакция и инстинкты зверя под тобой.