Чтение онлайн

Лейланна утопала в глубоком рубиновом цвете. Вырез на её платье заставил бы покраснеть даже портовую шлюху, но на ней, с её эльфийской грацией, это смотрелось царственно, а не вульгарно.

Ирен надела изумрудное с чёрными переливами в складках платье, напоминающее по цвету густой лес в сумерках. Мия, присутствующая в теле Ирен, явно добавила свои божественные штрихи, и цвета переплетались, создавая гипнотический эффект.

Самира выбрала кремово-жёлтый тёплый цвет жемчуга. Её платье не сияло ярко, как у остальных, но мерцало скрытой глубиной, как она сама.

Я стоял, как идиот, с открытым ртом, не в силах оторвать глаз от этого великолепия. Мозг отказывался обрабатывать столько красоты сразу.

— Ну что, Искатель? — Марона подошла ко мне, хитро улыбаясь и беря под руку. — Язык проглотил?

— Боюсь, что да, — честно признался, наконец обретая дар речи. — Вы… просто невероятны!

Я обошёл каждую, поцеловал руки, губы, наговорил комплиментов… Нет, сказал чистую правду! Чёрт возьми, я, наверное, самый удачливый сукин сын в этом мире! И готов убить любого, кто попытается отнять у меня это счастье.

Кареты уже ждали у входа, морозный воздух проникал внутрь, напоминая, что сказка только начинается.

На улице буйствовала настоящая зима, суровая и беспощадная. Мороз тут же ущипнул за щёки, стоило нам выйти из тёплого нутра постоялого двора. Изо рта вырывались густые облачка пара, растворяясь в ночном воздухе. Дворец Хорвальда, возвышающийся над городом, сиял огнями, как новогодняя ёлка в центре Москвы: свечи в каждом окне, магические фонари вдоль аллеи. Очередь из карет, повозок и саней растянулась на добрую сотню метров. Казалось, весь цвет Бастиона, от мелких купчишек до родовитой аристократии, собрался здесь сегодня.

Мы заняли своё место в этой пёстрой веренице. Внутри нашей кареты было тесновато, но уютно, компания собралась тёплая во всех смыслах этого слова. Я сидел посередине, чувствуя себя султаном, окружённым сияющим гаремом.

Местная инженерная мысль предусмотрела «обогрев» для зимних поездок: на массивную металлическую пластину, подвешенную под крышей кареты, накладывали раскалённые камни. Система, прямо скажем, примитивная. Тепло от неё, конечно, шло, но слабое и неравномерное: макушку пекло, а ноги мёрзли. Лейланна, бросив один скептический взгляд на это убогое устройство, лишь фыркнула.

— Варварство! — тихо прокомментировала она и активировала частичное заклинание школы огня. Её ладони начали мягко светиться золотистым светом, не обжигая, но излучая ровное плотное тепло, как от хорошего камина или современного обогревателя. Воздух в карете мгновенно прогрелся, вытесняя сырость и холод.

— Так-то лучше, — довольно промурлыкала Белла, прижимаясь ко мне с одного бока и кладя голову на плечо. Зара тут же заняла позицию с другой стороны, переплетя свои пальцы с моими.

Внутри замкнутого пространства ароматы смешались в густой коктейль: дорогие духи Мароны, свежесть Лейланны, сладковатый мускус зверолюдей, запах кожи сидений и разгорячённых тел. Я глубоко вдохнул, чувствуя, как голова идёт кругом, но не от магии, а от близости этих женщин. Я чувствовал себя патриархом, везущим свой клан на смотр сил, и немного нервничал, всё-таки политика — не мой конёк. Но как же чертовски приятно осознавать, что все мои женщины здесь, со мной, и готовы поддержать в любую минуту.

— Волнуешься? — тихо спросила Марона, заметив, как я постукиваю пальцами по колену.

— Немного, — признался я. — Не люблю толпу, где каждый второй носит кинжал за пазухой и фальшивую улыбку на лице.

— Не переживай, — она накрыла мою руку своей ладонью. — Ты теперь сила.

К счастью, организаторы у Хорвальда работали на высоте, гномья педантичность, что ни говори! Слуги работали чётко, проверяя приглашения на ходу, и очередь двигалась быстро. Вскоре лакеи в ливреях распахнули дверцы нашей кареты и подали руки дамам.

Глашатай, стоявший у подножия парадной лестницы, увидев нашу процессию, выпрямился и набрал в грудь побольше воздуха. Шоу началось.

Мой выход объявили почти также, как в прошлом году: те же слова, тот же протокол, но реакция зала оказалась кардинально иной.

Кем я был тогда? Никем! Какой-то там 'спутник Мароны", выскочка, безродный авантюрист с мешком амбиций и смазливым личиком. Сейчас всё изменилось, я чувствовал эту перемену кожей, как чувствуется смена ветра перед бурей.

Глашатай надрывался, его голос гремел под сводами зала.

— Рыцарь Северной Стены! Герой битвы при Логове Отверженных! Барон, правитель земель Кордери! Искатель Артём!

Я спускался по широкой мраморной лестнице, держа осанку, как учили в армии: спина прямая, уверенный взгляд слегка поверх голов. Теперь на меня смотрели не с насмешкой или снисходительным любопытством, а с уважением, жадным интересом и… страхом. Отчётливым, липким страхом. Я видел кивки дворян, которые раньше и не плюнули бы в мою сторону, ловил оценивающие хищные взгляды дам, которые теперь рассматривали меня не как красивое мясо, а как перспективную партию или любовника. Я стал силой, фигурой на доске, с которой многим приходилось считаться, хотели они того или нет.

Но настоящий фурор, сравнимый со взрывом магической бомбы, произвели мои спутницы.

Следом за мной объявили Зару, Беллу, Лейланну, Самиру, Ирен и Лили. Они появились, сияя в своих волшебных платьях, и зал на секунду застыл в мёртвой тишине.

Не только в тишине восхищения, я видел, как вытянулись лица некоторых особо консервативных снобов.

Эльфийка?! Гоблинша?! Зверолюди?! В высшем свете?! Да ещё и как официальные супруги человеческого лорда?! У многих в головах сейчас рушились вековые устои.

Исключением была только Ирен, человек и жрица, её статус понятен, но остальные…

Зара и Самира, как гоблинши, привлекли особо нездоровое внимание, да и эльфы в этих краях редкость, почти миф, а уж в качестве жены человека…. Нонсенс! Волны презрения и брезгливости лились от некоторых групп старой аристократии, сбившихся в кучки, как испуганные куры.

Смотрите, смотрите, ублюдки! Привыкайте! Мир меняется, и если вы сами не научитесь уважать мою семью, вас заставлю я. И неважно, силой, золотом или страхом, мне плевать!

Всё ещё улыбаясь, включил свою память на полную мощность. Спасибо Мие за этот дар, я запоминал всё с фотографической точностью: каждое лицо, скривившееся в ухмылке, каждый шёпот, прикрытый веером, каждый косой взгляд, брошенный на Зару или Беллу. Я не злопамятный, просто злой, прагматичный и у меня хорошая память, позже обязательно припомню эти взгляды и предъявлю счета, когда кто-то из этих напыщенных индюков придёт ко мне просить о помощи, защите от монстров или торговых льготах.

Марона ждала нас у подножия лестницы, в её глазах плясали бесенята триумфа. Она прекрасно понимала, какой эффект мы произвели, какой политический вес имеет эта демонстрация, и наслаждалась каждым мгновением.