Чтение онлайн

Ирен напряглась, её пальцы крепче сжали стилус, которым она вела записи, Марона же, наоборот, казалась воплощением спокойствия, но я видел, как в глубине её глаз полыхнул холодный огонёк. Обе смотрели на меня, ожидая реакции.

А реагировать пока было рано.

Ну, здравствуй, граф востока, который никак не хотел жить мирно. Мотивы Экариота ясны и прозрачны, как стекло: моя провинция поднялась с колен, экономика заработала, и теперь этот хмырь хотел запустить свою липкую лапу в чужую казну, чтобы отхватить кусок пожирнее.

Что ж, карты вскрыты, следующий ход мой.

Голос Хорвальда Валаринса прозвучал как нельзя кстати, внося ноту разума в эту какофонию голосов и эмоций.

— Это официальное предложение? — дипломатично спросил он, а в спокойном тоне явно слышалось предупреждение: «Парень, ты совершаешь большую ошибку».

Но Экариот, ослеплённый собственной значимостью, его не услышал.

— А почему бы и нет? — самодовольно хмыкнул он. — Бастион только выиграет от увеличения доходов, — Экариот окинул взглядом собравшихся лордов, ища поддержки. — Что скажете, господа? Сделаем это предложение официальным?

И конечно, тут же нашёлся подпевала. Кинар, вечный прихлебатель сильных, вскочил на ноги.

— Я полностью поддерживаю это предложение!

Конечно, поддерживаешь. Мои люди вкладывали кровь и пот в восстановление региона, а эти падальщики уже слетелись делить шкуру ещё неубитого медведя.

В этот момент раздался спокойный и холодный голос Мароны. Она не встала, но одно её слово приковало к себе больше внимания, чем вся напыщенная речь Экариота.

— Это ошибка.

Шум смолк, все взгляды устремились на неё.

— Как только вы создадите прецедент несправедливого налогообложения одного барона, лишь вопрос времени, когда кто-то другой решит нажиться уже на вас, — продолжила она, чеканя каждое слово. — Открытый шлюз быстро превратится в бурный поток, который смоет всех.

Но упрямый лорд был не из тех, кто логически мыслит и отступает. Он сменил тактику, решив перейти на личности.

— Возможно, — протянул он с ядовитой ухмылкой, — и другая провинция заслуживает более высоких налогов, учитывая, что вы тоже извлекаете немалую выгоду из процветания вашего… любовника.

Внутри меня что-то оборвалось. Низкий рык зародился в груди, и я сжал кулаки под столом, впиваясь ногтями в ладони. Успокойся, Артём, провокация — его главное оружие. Не дай ему того, чего он хочет.

Прежде чем я успел что-то сказать, вмешался Хорвальд.

— Следите за своими словами, лорд Экариот, — ледяным тоном произнёс он. — Давайте будем вести себя достойно.

По залу пронёсся гул перешёптываний. Ситуация накалялась. Я заставил себя расслабить руки и откинуться на спинку стула, продолжая наблюдать с бесстрастным видом.

Идею Экариота поддержали достаточно, чтобы она стала реальной угрозой. Дополнительные налоги не обанкротят Кордери, я позаботился о запасе прочности, но это уже вопрос принципа. Я не собирался позволять завистливым гиенам грабить мои земли и моих людей.

Хватит, игра в молчанку окончена!

Я медленно, подчёркнуто спокойно поднялся на ноги. Простое движение сработало как щелчок кнута: большая часть разговоров мгновенно стихла, все взгляды обратились ко мне. Поймав взгляд того самого мага, что усиливал голос Экариота, едва заметно кивнул. Он понял.

Мой голос, усиленный магией, прозвучал тихо, но отчётливо, заполнив весь зал.

— Наша общая цель — восстановить Бастион. Я правильно понимаю? — вопрос повис в наступившей тишине. — Так вот, мне кажется, что наказывать людей за успех, который к тому же приносит пользу всем, как-то ей противоречит.

— Это не наказание, — тут же вставил Экариот со своей гнусной ухмылкой. — Те, кто могут предложить больше, обязаны давать больше. Это их долг!

— Но не под принуждением,— отрезал я и обвёл жёстким взглядом всех лордов одного за другим, задерживаясь на тех, кто громче всех аплодировал. — Позвольте мне внести ясность, господа. Если вы обложите Кордери карательными налогами за то, что мы, не щадя себя, работали головой и руками, а не только языком, то я сделаю несколько простых вещей.

Сделал паузу, давая словам впитаться.

— Во-первых, немедленно прекращу всю благотворительную и кооперативную деятельность в пределах Бастиона.

По залу пронёсся взволнованный ропот. Уже неплохо.

— Во-вторых, отменю патрулирование северной границы за пределами моих собственных земель. Ваши караваны и деревни останутся без защиты.

Шум стал громче. В глазах некоторых лордов, чьи земли граничили с дикими территориями, промелькнул страх.

— И, наконец, в-третьих, — я сделал ещё одну паузу, прежде чем нанести последний удар, — полностью закрою торговлю с этим регионом.

Вот тут толпа взорвалась криками возмущения, шока, гнева, по залу пронёсся целый ураган эмоций. Я игнорировал их, глядя прямо на Хорвальда, старый маг выглядел ошеломлённым.

— Лорд Артём, думаю… это немного чересчур, не так ли?

— Нисколько, Ваше превосходительство, но благодарю за заботу, — ответил я с долей весёлой наглости, хотя внутри всё кипело от холодного бешенства. — Так как у меня есть доступ к порталам, я ничего не потеряю, если найду новых торговых партнёров за пределами Бастиона, и даже, вероятно, получу куда большую прибыль, которая, кстати, с лихвой компенсирует несправедливые налоги.

Шах и мат!

Повисла гробовая тишина, которую нарушал лишь треск свечей. Осознание всей катастрофичности ситуации доходило до Совета медленно. Возможность торговать с другими регионами напрямую, минуя их пошлины, их контроль, их власть… Такого поворота они никак не ожидали, в глазах многих алчность сменилась паникой.

Теперь ход за ними, но я уже знал, каким он будет.

Мой ультиматум повис в воздухе, тяжёлый и неотвратимый, и тут Марона нанесла добивающий удар.

— Я приму те же самые меры, если мою провинцию подвергнут несправедливым налогам, — спокойно заявила она, и это прозвучало как приговор. — Сама идея об узаконенных грабежах настолько же позорна, насколько и глупа.

Две самые процветающие провинции региона угрожали полной экономической блокадой, что теперь дошло даже до самых тупых. Хорвальд устало потёр переносицу. Он-то, в отличие от остальных, считать умел прекрасно.

— На случай, если кто-то из вас не понял, милорды, — обратился он к залу с плохо скрываемым раздражением, — отказ лорда Артёма и леди Мароны от поддержки региона обойдётся нам всем гораздо дороже, чем любые налоговые поступления, которые мы могли бы с них содрать, не говоря уже об упущенной выгоде.