Чтение онлайн

– Надеюсь, вы не убежите в свою каюту без штанов, - насмешливо бросила графиня и направилась в сторону казино.

III

Когда Лилит и Ингемар скрылись из виду, неудачная компания наконец распалась. Под различными предлогами Агнесс, Орландо и наконец Сара покинули бар. Мириа и Рейвен остались наедине, но ни один из них не торопился начать разговор.

Девушка молча следила за танцующими парами, Рейвен потягивал коньяк. Но когда официант вновь поинтересовался, повторить ли девушке ее напиток, Харт заказал ей что-то безалкогольное. Блондинка бросила на него испытующий взгляд.

– Мне показалось, что на балу вам стало плохо именно от вина, - наконец произнес полицейский. Это объяснение показалось ему самым правдоподобным. Рассказать про Тануэн у него попросту не поворачивался язык. Но затем в памяти всплыли слова духа о муже Мирии, и американец нахмурился: меньше всего он хотел быть тем, кто расскажет девушке эту ужасную правду

– Мне стало плохо из-за очень тугого корсета, - тихо ответила англичанка и внезапно улыбнулась.
– Я должна перед вами извиниться.

Заметив на себе удивленный взгляд мужчины, она пояснила:

– Я так глупо рассердилась на вас, а вы все это время заботились обо мне, точно брат. На самом деле я должна благодарить Бога за то, что у меня появился такой друг, как вы, мистер Харт. Простите меня, пожалуйста.

Девушка опустила глаза, ощутив чувство вины, и Рейвен накрыл ее руку своей.

– Ничего страшного не произошло, чтобы вам извиняться, миссис Харвент. Надо было мне самому раньше объяснить свое поведение. Так что нет, я вас не прощаю.

Харт улыбнулся, и девушка тихо рассмеялась.

Постепенно они разговорились. Основной их темой была работа в полиции. Мириа рассказывала, как раскрыла свое первое дело, и как потом ей досталось от начальника за то, что рисковала. Рейвен предпочитал слушать и лишь иногда задавал вопросы или оставлял какие-то замечания.

Он улыбался, когда Мириа начинала смеяться, но все чаще его мысли возвращались к тому, насколько же с этой девушкой хорошо и спокойно. Лилит была яркой, интересной, но при общении с ней постоянно казалось, что сидишь на пороховой бочке. С Мирией было иначе: хотелось положить голову ей на колени и доверчиво закрыть глаза.

Англичанка в свою очередь осторожно рассматривала своего собеседника. Видеть Рейвена в сторогом костюме и белой рубашке для нее было не менее странно, чем в одежде средневекового дворянина. Сейчас он впервые показался ей по-настоящему красивым, и девушка почувствовала, что неправильные мысли вновь закрадываются ей в голову. Это не могло не беспокоить ее.

Мириа испугалась осознания того, что впервые после замужества стала оценивать постороннего мужчину, и когда тот коснулся ее руки, не сразу убрала ее. Но самое страшное – она почувствовала укол ревности, когда Сара попыталась поцеловать Харта. Она, действительно, приревновала Рейвена в этой девушке и она боялась признаться себе, что на долю секунды захотелось поменяться с ней местами.

«Я должна быть холоднее с ним! Лучше вообще сократить наше общение до минимума, пока не случилось чего-то, о чем я буду сожалеть до конца жизни.»

Рейвен как раз рассказывал какую-то забавную историю про Генри, когда девушка внезапно произнесла:

– Я, наверное, пойду к себе.

Харт поднялся одновременно с ней.

– Позвольте хотя бы проводить вас, миссис Харвент..., - с легкой растерянностью произнес он.

– Нет, этого вовсе не нужно. Спасибо. Оставайтесь здесь.

– Вы даже не хотите поужинать?

– Я поужинаю у себя. Извините.

– Мириа, вам снова не хорошо? – в голосе полицейского послышалось волнение, и он коснулся запястья девушки, словно пытаясь ее удержать.

«Рейвен, пожалуйста!» - мысленно взмолилась она.

Не проронив больше ни слова, девушка покинула бар и вернулась в каюту. По ее щекам текли слезы, и она прижала ладонь к груди, пытаясь успокоиться.

«Господи, какая же я дура! Мой муж там, а я сейчас улыбаюсь другому. Рауль едва не рассорился с семьей из-за меня, а я веду себя, как последняя мерзавка»

Сделав несколько глубоких вздохов, девушка заставила себя успокоиться. Она прошла в ванную комнату и бросила взгляд на свое отражение. Из зеркала на нее смотрела растерянная девушка с заплаканными глазами, и Мириа до боли прикусила губу.

«Нужно взять себя в руки... Разумнее всего сейчас пойти к Лилит и посмотреть, как она играет в покер, а не сидеть взаперти, думая то о Рауле, то о Рейвене... Скоро полицейский исчезнет из моей жизни, я вернусь к мужу, и все станет как прежде. Я больше никогда не вспомню о Рейвене Харте, обещаю себе!»

Тогда девушка промакнула глаза салфеткой и поправила макияж.

«Харту скажу, что мне стало лучше... Господи, хоть бы его не оказалось в казино!»

Рейвена, действительно, в казино не оказалось. Он не любил азартные игры, потому что не мог получать удовольствия от процесса. Каждый раз, когда крупье раздавал карты, Харт уже знал, что выпало ему и его противникам. В казино полицейский заглядывал лишь тогда, когда ему срочно нужны были деньги. Обостренное чувство справедливости не позволяло ему наживаться на доверчивых соигроках, а после улыбаться им, как ни в чем не было.

Зато Лилит и Ингемар уверенно играли в покер. Страсть к азартым играм объединяла этих двоих, и вскоре Ларсен и графиня начали хвастаться друг перед другом своими победами.

– Сто пятьдесят тысяч! – произнесла Лилит, показывая Ингемару на гору фишек, и затем с насмешкой добавила. – Неужто еще хотите со мной сыграть?

– Хочу! Я как раз вошел во вкус, - улыбнулся мужчина. – Озвучите свое желание для начала?

– Нет уж. Будем играть вслепую. Играем пять партий. Если проигравшему за это время не удастся отыграться, увы и ах, он исполняет желание победителя.

Графиня хитро прищурилась, но Ингемар лишь кивнул.

«Ну-ну, самоуверенные выскочки типа вас, Ларсен, проигрывали мне целые состояния! Посмотрим, как вы будете улыбаться дальше...»

Обыграв чуть ли не половину посетителей казино, графиня проигрывала Ларсену уже в четвертый раз. Она все еще пыталась отыграться, но мужчине просто невероятно везло.

– Проклятье! – вырвалось у нее, когда последняя, пятая партия закончилась проигрышем.

– По-моему, ваши шансы отыграться исчерпали себя, графиня, - Ингемар снисходительно улыбнулся и поднялся из-за стола, всем своим видом давая понять, что потерял интерес к игре.