Искушать плейбоя
Шрифт:
— Я сделаю это завтра утром первым делом. Так понимаю, ты нашел её? — спрашивает она.
— Да, мы это сделали, — подтверждает Ной, и строит планы встретиться с Лорен завтра рано утром, потом исправляет на около десяти.
— Я люблю тебя, — говорю я, поворачиваясь спиной к двери.
Он поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня.
— У меня не было возможности ответить тебе, когда ты признался мне в любви, а я хотела сказать это в ответ, — я улыбаюсь, когда он съезжает на обочину улицы. — Всё началось с того, что я просто хотела получить действительно хороший секс.
— Отличный секс, — поправляет он. — С моим огромным членом. Продолжай.
— Да, отличный секс с самым большим членом, который я когда-либо видела в своей жизни, — я хихикаю.
— Это больше похоже на правду.
— Я сбежала после первой ночи, — напоминаю я ему, вставая на колени посреди сиденья.
— И после второй, — указывает он.
— И после второй, но ты преследовал меня и никогда не принимал «нет» в качестве ответа. Ты ел мою еду… кстати, забыла сказать, что я тогда сожгла сковородку и спрятала её где-то позади другой посуды, — я смеюсь, когда вижу, как широко распахиваются его глаза. — Ты был рядом, и ты помог мне увидеть, что любовь не трудна, да, это работа, но это работа, которую я хочу делать. Так что давай поедем в Нью-Йорк и разведём тебя, чтобы я могла надеть кольцо.
Глава двадцать седьмая
Ной
— Дамы и господа, пожалуйста, пристегните ремни безопасности, мы скоро приземлимся, — слышится голос капитана.
В последние три дня была нереальная спешка. Все документы заполнены, и решение о разводе у меня в кармане. В Нью-Йорке меня ждёт человек, который будет сопровождать в качестве свидетеля, что мы оба подпишем его. Я прокручиваю в голове разговор с Сабриной.
— Здравствуйте, — ответила она на четвёртом гудке, дыша, как будто бежала.
— Привет, это Сабрина? — уточнил я на случай, если это был её партнер.
— Да, я.
— Эй, это я, Ной, Ной Кинг. Твой, хм, своего рода муж, — протараторил я на одном долгом вздохе.
— Чёрт возьми, Ной! — изумилась она, и я услышал голоса людей на заднем плане и звуки клаксонов вдалеке. Определённо Нью-Йорк. — Как ты, чёрт возьми?
— Я в порядке, — сказал я. — На самом деле, всё великолепно. Я помолвлен и собираюсь стать отцом.
— Это замечательно, — ответила она. — Поздравляю.
— Спасибо, спасибо, — я сделал паузу. — Так что по этому поводу мне нужно бы аннулировать брак.
— Да, серьёзно? — переспросила она, и я понял по тону, что она улыбается.
— Ну, сначала я хотел подать на развод, но потом у моей будущей свекрови наполовину случился сердечный приступ, когда я упомянул мэрию. Таким образом, развод был отвергнут, и на обсуждение было вынесено аннулирование брака. Знаешь, потому что мы так и не консумировали брак.
Она заливисто рассмеялась.
— Я понимаю. На самом деле, мой партнер пытался затащить меня к алтарю в течение многих лет, но я всегда медлила. Думаю, это значит, что я тоже могу стать невестой.
Я улыбнулся, откинувшись на спинку стула.
— Это замечательно. Слушай, я лечу в Нью-Йорк в этот четверг. Как насчёт того, чтобы встретиться в пятницу и подписать документы?
— Звучит здорово. Я напишу тебе свой домашний адрес, так как я не работаю и буду дома с детьми.
— Отлично. Приятно с тобой поговорить, — попрощался я и повесил трубку.
Теперь я смотрю на Кейли, которая давно отрубилась. Она уснула, как только мы сели в кресла. Всё, что она теперь делает, это спит и ест. Сначала я волновался, но после разговора с врачом мы узнали, что это совершенно нормально. Как только шасси касаются земли, она открывает глаза.
— Мы уже на месте? — спрашивает она, садясь и глядя в иллюминатор.
— Только что приземлились, — я наблюдаю, как она смотрит в окошко. — Как спалось?
— Отлично. Должно быть, я отключилась, как только села.
— Вот-вот. Как твой желудок? Тебя всё ещё тошнит? — ещё одна нормальная вещь заключается в том, что её всегда тошнит. Она ест так много солёного, что мне, возможно, придётся накупить запасов.
— Чувствую себя немного лучше, — говорит она, обувая балетки. Она наклоняется ко мне, целует меня в губы.
Есть ещё кое-что, что изменилось. Должен признать, что и раньше мы были довольно активны в «секс-департаменте», но теперь мне приходится делать несколько полуденных заходов, чтобы утолить её аппетит. Её гормоны зашкаливают. В какой-то момент я действительно думал, что мой член сотрётся. Но, к счастью, этого не произошло.
Мы выходим из самолёта первыми, так как летели первым классом, я всё время держу её за руку, пока идём за нашими сумками. На ней штаны для йоги, футболка оверсайз и вязаный свитер, и она самое великолепное создание на свете. Изменения в её теле уже заметны: её грудь полнее и настолько чертовски чувствительна, что я заставил её кончить вчера, просто перекатывая соски.
— О чём ты там думаешь? — спрашивает она, хихикая.
— Эм.
— Лучше бы ты щеголял стояком из-за меня. Вот, — она протягивает мне свою сумочку. — Прикрой.
Я забираю сумочку у неё, держа перед собой. Когда мы садимся в машину, я даю таксисту адрес отеля.
— Шикарно, — восторгается она, глядя, как город появляется в поле зрения. — На самом деле я никогда здесь не была, — она смотрит на Бруклинский мост. — Как ты думаешь, у нас будет время сходить к Статуе Свободы?
Моя рука тянется, чтобы обнять её.
— Конечно, мы найдём время. Что ты хочешь сделать в первую очередь?
— Я думаю, что это очевидно. Я хочу пойти и заняться йогой в Центральном парке, — когда мы заселяемся, её глаза открываются ещё больше, стоит нам войти в наш пентхаус с видом на Центральный парк. Из окон от пола до потолка открывается панорамный вид. Она стоит в углу, пока швейцар оставляет наш багаж в спальне.
Я подхожу к ней, притягивая её за плечи к себе.
— Он выглядит таким оживлённым, — бормочет она, наблюдая, как маленькие жёлтые такси мчатся по улице. — Посмотри туда, — она указывает вниз на парк, где мы видим море зелени и маленькие точки, которые должны быть людьми. — Я хочу туда.
— Тогда давай переоденемся и пойдём, — предлагаю я.
— Должно быть, ночью здесь действительно круто, с городскими огнями и всем остальным, — она отходит от окна. — Интересно, если б мы выключили свет, а ты прижал меня к окну и трахнул, люди бы увидели? — она улыбается мне, как маленькая шалунья, которой она и является. — Возможно, я взяла с собой кое-какое бельё, вроде такого, которое не требует от тебя ничего снимать, — она проводит руками по моей груди и вниз, обхватывает мой член. — Вроде того, что обеспечивает лёгкий доступ. Знаешь, если бы я наклонилась и раздвинула ноги, ничто не помешало бы тебе врезаться в меня.