Чтение онлайн

– Элечка, – ласково начинает он. – Ты все еще болеешь?

– Нет, я прекрасно себя чувствую, – хмыкаю я.

– Скажи мне, солнышко, с чего ты решила, что я тебя отпущу от себя?

– Да ты меня не удержишь, – веселюсь я.

Раевский ненадолго задумывается, а потом выдает шокирующий меня план.

– Мы сейчас поужинаем, а потом поедем к тебе. Буду просить твоей руки, – он морщится, – у Геры.

– Эм… Олег, в двадцать первом веке не обязательно просить руки у родителей или даже дяди.

– В семье, где девочка осталась невинной до двадцати пяти лет, лучше попросить. И официальное предложение не даст тебе слинять от меня, – отвечает Раевский.

Я приподнимаю бровь, сам-то он меня уводит почти из-под венца.

Догадавшись, догадавшись, о чем я думаю, Олег рявкает:

– Да я глаз с тебя не спущу! Ведьма!

– Что? Страшно? – подкалываю я Олега, когда мы сидим в машине у моего подъезда.

– Нет, – Раевский вцепился в руль и собирается с духом. – Слова подбираю.

Наивный. Он думает, что к моей семье можно быть готовым. Это еще папы с мамой нет. Мама, конечно, на первый взгляд из нас самая адекватная, но это только на первый взгляд.

– И что за слова? Будешь рассказывать, как ты мне прохода не давал, как в трусики залезал, за грудь хватал? – троллю я его.

– Эля!

– Что, Эля? Разве не так все было?

– Ты мне теперь до конца жизни это припоминать будешь?

– Ты вот сейчас сам подписываешься на пожизненное проедание плеши, – довольно скалюсь я. – Или о своем благородстве рассказывать: как на даче мужественно не трахнул?

– У меня, кстати, дрова теперь все переколоты. Но я не думаю, что эта информация полезная для Гериного здоровья.

– Его, может, и дома нет еще. Так, что предлагаю отложить мероприятие до тех пор, пока ты не придумаешь, что врать, на вопрос: это так ты позаботился о моей племяшке?

– Хрен тебе, Эля, – скрипит зубами Раевский. – Пока я буду придумывать, ты себе опять мужиков наберешь. Лисянский так и трется рядом, напрашивается на удар в бубен. Так что звони дяде, дома он?

Олег выглядит так, будто готовится к битве.

Похихикивая, набираю дядю Геру:

– Алло, привет! Ты дома?

– Подкидыш? Я в пятьдесят девятой, – как-то уныло отвечает он.

Ага, у ба, значит. Отличненько. Главные люди в сборе.

– Сейчас поднимусь.

Кладу трубку и кошусь на окна квартиры ба. Так и есть. Занавеска колышется, и на фоне освещенного окна появляется узнаваемый силуэт. Сто пудов, в бинокль смотрит. Сейчас Раевский встретит главного человека в нашей семье, и это не дядя Гера. Меня переполняет злорадство.

– Пойдем, – говорю я.

– А чего это ты такая счастливая? – подозрительно спрашивает Олег. – Полчаса назад упиралась как ослица.

Чтобы не заржать, быстренько покидаю салон, и Олегу ничего не остается, кроме как последовать за мной.

Поднявшись на свой этаж, я застаю милейшую картину и начинаю думать, что сегодня вселенная на моей стороне. В лучших традициях моего детства Серега Скворцов торчит в открытых дверях квартиры и треплется с девчонкой. Точнее, похоже, что до моего появления они целовались.

Серега мне кивает, и девочка воспитанно здоровается.

– Здравствуйте, – отвечаю я, гремя ключами от квартиры ба. – Сережа, это твоя одноклассница? Что ж ты в гости не приглашаешь?

Серега, зная меня довольно хорошо, слыша мой елейный голос напрягается не на шутку.

– Это Катя, моя девушка.

– Как Катя? Вчера же была Оля? – удивляюсь я и просачиваюсь в квартиру, утягивая за собой Олега.

На лестничной клетке разгорается скандал.

– Ну ты и стерва, – присвистывает Раевский.

– Ты все еще хочешь на мне жениться? – уточняю я.

– Это кто тут женится? – возмущенный голос бабушки нарушает наше чудное уединение в уютной темноте прихожей.

Разборки за дверью набирают обороты.

– Олег, позволь представить тебе мою бабушку Розу Моисеевну.

– Добрый вечер, – Раевский ощутимо теряется под пристальным взглядом ба.

– Ба, это Федорас Тихуилович. Он женится, – отчитываюсь я.

– Герочка, слышишь? – Роза Моисеевна повышает голос так, что мне кажется, что ее слышит не только дядя Гера в гостиной, но и весь подъезд. – Все женятся, и только ты не модный!

– Я бы хотел переговорить с Германом, – приходит в себя Олег.

– Конечно, проходите, – дозволяет ба, но пристально следит за руки Раевского, которые в данный момент цепляются за мою талию, как за спасательный круг, но во мне нет ни капли жалости. Я еще помню, как мне пришлось понервничать.

В гостиной дядя Гера сидит на диване и трет переносицу, похоже, ба его довела до мигрени. Вид у него настолько кислый, что меня раздирает любопытство, что ж там такое ба проворачивает, еще эти ее созвоны с подружками и обсуждение «Герочкиного холостяковства».

– Олег, рад видеть. Какими судьбами? – удивляется дядя.

– Я бы хотел с тобой кое-что обсудить. Наедине, – уже бодрее выдает самоназванный жених.

– Вы можете пройти в Левушкин кабинет, – предлагает ба, но дядя ее быстро раскусывает.

Кабинет деда ничего не стоит подслушать, там замочная скважина такая, что ухо пролезет.

– Пойдем ко мне, – зовет Раевского дядя Гера, и к досаде Розы Моисеевны мужчины уходят.

Однако, у нее остаюсь я.

– Детка, я видела, что ты опять приехала верхом на этом Федорасе. Что происходит? А как же Марк?

– Ба, с Марком все сложно. Похоже, мы с ним поторопились, – развожу я руками.

– Ну-ка, ну-ка…

Я коротко рассказываю о своем звонке жениху и об Ольге.

– И она даже не учительница музыки, – вздыхаю я. – Ну и что нам делать? Ну вот поженимся мы с Марком, и я каждый раз буду нервничать, что они там на работе встречаются, смотрят друг на друга, вздыхают… И ведь не выдержат, и будут у меня шикарные развесистые рога…

– И ты решила превентивно наставить их Марку сама? – всплескивает руками Роза Моисеевна.