Чтение онлайн

– Нам нужно больше света, – произнесла Джулия. – Почему мы не взяли с собой фонарики?

Она подошла к двери на улицу, которую мы только что пытались открыть. Как и ожидалось, она была заперта изнутри на засов, и когда Джулия открыла дверь, в темное промозглое помещение пробился слабый луч солнечного света.

Но нам этого хватило, чтобы разглядеть на неровном бетоне возле дверного проема отпечаток ноги.

– Это кровь, – определила Джулия, нависая надо мной, когда я присела на корточки. – Разве не так?

– Я не эксперт, но похоже на кровь. – След был того же цвета, что и пятна на теле Терезы.

– Это след убийцы, – решительно заявила Джулия. – Кто еще стал бы ходить по свежей крови? И он, похоже, вышел через эту дверь.

Я поднялась.

– И что потом? Он обошел здание спереди и вернулся на вечеринку весь в крови? – Я в этом сомневалась… Но разве было какое-то другое объяснение? – Почему он не поднялся обратно по той же лестнице в подвал, если собирался вернуться в вашу квартиру?

От Дор мы знали, что остальные гости – Нил, Тед, Джонни и Марк – разошлись по домам около трех часов ночи. Прошло слишком много времени после того, как мы с Терезой вышли, чтобы она все еще ждала такси… не так ли?

А вызвала ли она такси на самом деле? Кто-нибудь видел, что она воспользовалась телефоном? Знали ли мы наверняка, что ее кто-то подвезет, кроме Джонни? Или это была просто история? В разговоре со мной она упомянула, что будет ждать такси…

Я смотрела на кровавый след, и эти мысли вихрем проносились в моей голове.

Если бы все мужчины ушли почти в то же время, а она все ждала такси, они наверняка увидели бы Терезу – и у убийцы не было бы шансов ее убить.

Итак… единственное возможное объяснение заключалось в том, что тот, кто убил Терезу, спустился в вестибюль – вероятно, по лестнице – сразу после того, как мы с ней вошли в лифт. Он подождал, пока я благополучно перейду улицу, а потом подошел к ней, заманил в темный угол и затащил в подвал. После этого вернулся на вечеринку и ушел вместе с остальными.

Я прикинула в уме время – две-три минуты на то, чтобы преодолеть два лестничных пролета. Я в вестибюле не задержалась, так что к тому времени, когда он спустился, Тереза уже стояла одна. Схватить ее, утащить в подвал, вонзить нож…

Вероятно, все это заняло не более десяти минут, от силы пятнадцать. Если бы кто-то заметил его отсутствие, он бы мог запросто ответить, что отлучался в туалет. Или мог все отрицать и утверждать, что никуда не выходил.

Тот, кто это сделал, обладал невероятной выдержкой, раз спокойно вернулся на вечеринку после того, как убил женщину. Но он не мог не запыхаться, не мог не ощутить прилив адреналина. Возможно, кто-то из гостей вечеринки заметил такие перемены.

Как бы то ни было, факт оставался фактом: тот, кто зарезал Терезу, был бы весь в крови. Значит, он вышел на задний двор и подошел к парадному входу? Зачем ему это понадобилось?

– Может быть, он пытался там привести себя в порядок, – задумчиво произнесла я. – Где ему было удобнее себя осмотреть? В свете луны?

– Вытереть руки можно было снегом, – заметила Джулия. – Или надеть перчатки.

Я посмотрела на нее.

– В этом есть смысл. А потом он либо снял свое испачканное кровью пальто, либо надел его поверх одежды в пятнах крови, чтобы ее скрыть.

– И он обошел вокруг дома, так что снег стер кровь с его подошв, – добавила Джулия. – Но на ботинках капли, скорее всего, остались. Поэтому нужно искать на подозреваемых грязную обувь – или чересчур чистую!

Мы направились к двери. Вдруг нам повезет обнаружить что-нибудь во дворе? Джулия отодвинула засов, и мы вышли наружу.

Я шла вдоль стены, высматривая неизвестно что, когда Джулия вдруг закричала.

Она отошла в дальний угол двора в поисках улик и теперь держала в руках что-то, похожее на обрывок ткани.

Мы направились друг к другу, и она сунула мне в руки тряпку:

– Он и мой фартук украл!

Этот фартук я видела на ней много раз, а теперь он был забрызган кровью.

– Это объясняет, почему на его одежде не было крови, – поняла я, разглядывая темно-коричневые пятна.

– Значит, он украл мой нож и фартук…

– С явной целью убить Терезу Лоньон, – пробормотала я, все еще глядя на фартук. Нужно было передать его инспектору Мервелю. – Интересно, как полиция это упустила.

– Скорее всего, плохо осмотрели двор, – предположила Джулия. – Они шли по следам. А фартук лежал под кустом. Теперь понятно, что убийца делал здесь, во дворе.

– Это, безусловно, было продуктивно. – Я свернула фартук в комок. – Я отнесу его детективу вместе с сумочкой. – Мне не терпелось указать ему на то, что он или его люди упустили из виду важную улику. Ненавязчиво, разумеется.

– И это не забудь! – Джулия протянула мне кусочек желтого спичечного коробка. – Теперь, когда мы нашли для инспектора Мервеля две улики, думаю, пора отправляться на рынок!

– И вы видели тело? – спросила Мари-Четыре-Сезона. Ее темные глаза светились одновременно интересом и печалью. – La pauvre mademoiselle [48] . Конечно, весь рынок на улице де Бургонь был полон слухов об убийстве. – Такое нападение, да еще и в нашем районе, – продолжала мадам Мари, прикуривая сигарету. – Я думала, что с уходом проклятых немцев все проблемы закончатся.

– Это было ужасно, – сказала Джулия, роясь в корзинке с красной картошкой с гладкой кожурой. – Бедняжка. Но Табита ведет собственное расследование.

Я ахнула от дерзости подруги и резко толкнула ее локтем.

– Не занимаюсь я никаким расследованием, – заверила я мадам Мари. – Это задача police judiciaire [49] .

Джулия цокнула языком, открывая сумочку, чтобы заплатить за выбранные ею картофель и лук-шалот, но, к моему облегчению, больше об этом не упоминала.

– Но вы ведь говорили с этой девушкой, non? – спросила мадам Мари. – Мадемуазель Найт, вы с ней встречались?