Чтение онлайн

Здесь можно привлечь внимание читателя к таблицам 1 и 2 (глава 4), которые показывают, почему желательнее нападать на две части вооруженных сил любого противника по отдельности, чем на обе вместе, и почему можно добиться успеха, даже если суммарно эти две части по численности больше, чем нападающие.

Мы можем увидеть это, если посмотрим на таблицу 1 и отметим, что если две вооруженные группы людей численностью 1000 человек каждая находятся поблизости друг от друга и если группа А сумела вовлечь в бой половину группы Б, то есть 500 человек, то это будет означать разгром половины группы Б, и в группе А останется еще 841 человек, чтобы вступить в бой с другой половиной группы Б (500 человек). Ссылка на конец третьего периода в этой таблице показывает также, что если вооруженная группа людей численностью 789 человек вступает в бой с группой вооруженных людей численностью 523 человека, то в первой группе останутся еще 569 человек после того, как в первой никого не останется. Поэтому в вооруженной группе людей численностью 1000 человек, которая вступает в бой поочередно с двумя группами вооруженных людей по 500 человек в каждой, останется более пятисот человек после того, как те две другие группы будут уничтожены; а если она вступит в бой с этими двумя объединившимися группами, то обе стороны будут постепенно терять людей, сохраняя равенство сил, пока в них не останется ни одного бойца.

Интересно отметить, что этот простой факт является ключом к большинству стратегических и тактических операций; что (при условии наличия людей, кораблей, пушек, торпед и боевой техники) ключ к их успешному использованию состоит в том, чтобы просто воспользоваться всеми возможностями и изолировать одну часть вражеских сил от остальных, а затем атаковать ее вооруженной группой, превосходящей ее по силе. Если таких возможностей нет, то следует, разумеется, попытаться создать их, вынудив противника отделить какую-то часть своих вооруженных сил при условиях, в которых вы можете атаковать ее или ослабленную основную группировку его сил своими превосходящими силами. Естественно, следует пытаться не дать противнику проделать тот же маневр.

Это не означает, что усилия боевых действий должны быть сосредоточены исключительно на искусном применении либо стратегии, либо тактики. Иногда исключительные усилия стороны, которая ощущает себя сильнее, направлены на то, чтобы навязать решающее сражение, а усилия стороны, ощущающей себя слабее, – на то, чтобы избежать его. Однако прежде чем превосходство или слабость будут установлены, стратегия каждого командира состоит в том, чтобы создать ситуацию, в которой его вооруженный отряд будет иметь преимущество. Когда такое преимущество достигнуто и признано (или оно существует и признано), стратегия настаивает на том, чтобы навязать сражение по той причине, что каждый поединок ослабляет проигравшую сторону больше, чем победителя.

Это не означает, что всегда разумно вступать в бой с более слабой группой вооруженных людей, временно отделенной от основных сил. Например, вполне понятно, что это было бы неразумно в двух случаях:

1. В случае, когда более слабая группа не намного слабее и является частью вооруженных сил настолько больших, чем общая численность меньшего отряда, что выигрыш в бою между двумя вооруженными отрядами будет недостаточно велик, чтобы компенсировать потери, которые повлечет за собой бой. Например, таблица 1 демонстрирует, что в вооруженном отряде А численностью 1000 человек, вступившем в бой с вооруженным отрядом Б численностью 800 человек, останутся 569 человек, когда в отряде Б не останется ни одного бойца. Это впечатляет. Но если бы вооруженный отряд Б был частью отряда общей численностью 2000 бойцов – иными словами, если бы поблизости находился еще один отряд Б численностью 1200 человек – а у отряда А остались бы 569 бойцов, чтобы противостоять 1200 бойцам, это соотношение было бы менее выгодное, чем то, с которого все начиналось: 1000 к 2000 человек.

2. В случае, когда отряд Б разделился с явной целью соблазнить отряд А атаковать; при этом приняты все меры к тому, чтобы меньший по численности отряд Б просто сдерживал бы отряд А до тех пор, пока остальная часть отряда Б не придет к нему на помощь, а также для того, чтобы это все произошло прежде, чем отделившаяся часть отряда Б понесет серьезные потери.

Следует обратить внимание на таблицу 2 – продолжение таблицы 1. Она представляет то, что случилось бы, если бы отряд из 1000 бойцов сражался по отдельности с двумя группами вооруженных людей численностью одна 800, а вторая 200 человек. В колонке 1 отряд А сначала вступает в бой с группой из 200 человек, сокращается до 970 человек (см. таблицу 1) и затем вступает в бой с группой из 800 человек. В колонке 2 отряд А сначала вступает в бой с группой из 800 человек, уменьшается до 569 человек (см. таблицу 1), а затем вступает в бой с группой из 200 человек. Таблица показывает, что нет практически никакой разницы в том, сражается ли отряд А сначала с более сильной или более слабой группой.

Колонка 3 демонстрирует, что в вооруженном отряде из 841 бойца (часть, оставшаяся от отряда численностью 1000 человек после того, как он уничтожил отряд из 500 человек) останется 653 бойца после того, как он уничтожит второй отряд из 500 человек.

С учетом колонок 1 и 2 все указывает на то, что легче победить два отдельных, равных по силе отряда, чем два отдельных, неравных по силе отряда с одинаковой суммарной численностью; что худший способ деления вооруженных сил – это деление их на равные части. Этот факт математически продемонстрирован г-ном Ф.У. Ланчестером в недавней книге под названием «Летательные аппараты в военных действиях».

Рис. 1

Рис. 2

Вовлечение в бой отдельных частей вооруженных сил обычно называют «сосредоточением», но слово «изоляция» кажется более подходящим по той причине, что преимущество вытекает из того, что та часть вооруженных сил, которая подверглась нападению, изолирована от других частей и не получает их поддержки. Этот случай представлен на рисунке 1, на котором отряды А и А1 обстреливают отряд Б, не получающий поддержки от Б1. Случай, когда отряд Б имеет поддержку от Б1, изображен на рисунке 2. То, что нет никакой выгоды в простом «сосредоточении» на отряде Б, показано в таблице 3, так как в то время как отряд Б быстро теряет людей от сосредоточенного огня отрядов А и А1, а сами эти отряды гораздо медленнее уменьшаются в численности от огня отряда Б, отряд Б1 вообще не сокращается и продолжает обстреливать отряды А и А1 и тем самым сокращать их численность.

Т а б л и ц а 3

Читая отчеты о стратегических и тактических операциях, мы видим три постоянно повторяющихся слова: сила, быстрота и направление. Слово «сила», использованное здесь, – это не сила в инженерном или математическом смысле; оно означает материальное множество – число солдат, количество и размеры кораблей и пушек. Сила сравнима с весом дубинки. Тогда как быстрота означает, конечно, скорость передвижения. Поэтому эти три слова, которые мы с таким постоянством видим в военных хрониках, означают те же самые вещи, что и факторы любого наносимого удара, – масса, скорость и направление.

Цель любого удара – преодоление сопротивления. В механике он измеряется массой, которая наносит удар, и квадратом скорости, с которой это происходит. Математическая формула: Е = 1/2 М x V2. В этой формуле М – это масса оружия, которое наносит удар, и она пропорционально весу. Говоря математическим языком, М = W : 2g, где W – вес, а g – ускорение свободного падения. Всякий раз, когда удар преодолевает сопротивление тела, это происходит благодаря энергии, заложенной в нем, которая тратится на совершение работы по преодолению сопротивления тела. Если дубинка проламывает череп человека, или стрела пронзает его тело, или снаряд пробивает броню линкора, то энергия тратится на преодоление сопротивления черепа, тела или брони на данном расстоянии. Функция черепа, человеческой плоти или брони – защищать жизненно важные части от таких ударов, и эта функция хорошо выполняется пропорционально их прочности; а эта прочность состоит, главным образом, в таком расположении молекул, что части, соприкасающиеся с той частью, которая получает удар, могут прийти к ней на помощь. Если прочность невелика, то невелико и оказываемое сопротивление. Но если она большая, как у брони линкора, то части, прилегающие к той части, которая получает удар, быстро приходят к ней на помощь и отражают попытку снаряда разбить часть, отделенную от прилегающих частей, и заставить ее отступить.

Здесь мы видим один этап так называемого «состязания между пушками и броней», которое началось с изготовления заостренного оружия и средства защиты от него – щитов. Причина того, что люди начали делать оружие с острием, состоит в том, что они поняли: чем меньше площадь нападения, тем меньше оказываемое сопротивление. Стало понятно, что, если сосредоточить удар на небольшой площади, общее сопротивление прорыву будет меньше, чем в случае, если бы удар наносился по большей площади. Смысл этого тот же самый, что и в сосредоточении атаки на отделившейся части вражеских сил, прежде чем другие части придут к ней на помощь. И в то же время было ясно, что если придать оружию, скажем копью, большую скорость, то у частей, окружающих место, подвергнувшееся нападению, будет меньше времени, чтобы прийти на помощь, и прорыв будет осуществлен с большей вероятностью. Иными словами, результат от заострения копья и придания ему большой скорости был один и тот же: чтобы осуществить прорыв путем отделения одной части от других, которые могли бы прийти к ней на помощь. Если вы посмотрите на оконное стекло, в которое был брошен камень, и на другое стекло, пробитое пулей, выпущенной из винтовки с большой скоростью, то в первом случае вы увидите трещины – свидетельство отчасти удачной попытки со стороны стекла вблизи части, подвергшейся удару, прийти к ней на помощь. А во втором случае вы увидите ровное отверстие – свидетельство менее успешной попытки оказать сопротивление из-за нехватки времени. И если вы изучите отверстие, пробитое в броне снарядом, вы увидите убедительное доказательство упорства, с которым металл вокруг этого отверстия пытался прийти на помощь части, подвергшейся удару.

Эти рассуждения показывают, что при совершении любого нападения, как и при нанесении любого удара, необходима скорость, чтобы помешать соседним частям прийти на помощь атакованной части. Аналогично, при отражении любой атаки или удара необходима скорость, чтобы быстро привести все соседние части на помощь к части, подвергшейся нападению.

В ходе боевых действий между двумя враждебными вооруженными силами чем более сосредоточены те или иные вооруженные силы, тем больше их общая сила и, следовательно, больше способность наносить и отражать удары. С другой стороны, чем более рассредоточены вооруженные силы, тем меньше их сила и, следовательно, способность наносить и отражать удары из-за трудности достижения взаимопомощи между разными их частями. По этой причине стратеги стараются, чтобы сухопутные и военно-морские силы вступали в сражение, собравшись вместе; то есть когда различные их части находятся на расстоянии, на котором они могут оказать друг другу поддержку. Если бы две армии или два флота можно было сосредоточить в двух точках, их можно было бы привести в столкновение друг с другом, в результате чего армия или флот, обладающие большей энергией, моментально победили бы противника. Разумеется, невозможно в настоящее время сосредоточить их в такой полной мере, но задача стратегии при помощи тактики – приблизиться к этому настолько, насколько позволят реальные ограничения возможностей обеспечения и тактики.