Чтение онлайн

— Зачем тебе сейчас? Оно у меня в кабинете… его еще надо найти.

Фарр убил Йоргена за измену. Называется ли изменой то, что творит отец? Отправила бы она его на казнь? И исполнил ли бы приговор хлюпик Барти?

И ведь его даже отстранить не может — совет воспротивится. Выплюй твою душу на берег сирена!

— Значит найди и принеси.

Исмея перевела на отца разъяренный взгляд и ей показалось, будто в его глазах промелькнул страх, будто он наяву увидел ее мысли. Только… казни Басса преданность народа пока не переживет. И все… ха… все «газеты» станут кричать перед булочными, что отцеубийце на троне не место…

Она отерла лицо. Вот тебе и вилка, малышка Ис… Не только ты и Фарр умели их строить. Попалась, как девчонка. Где не ожидала.

— Ис… — прищурился Тириан Басс с недоверием, — ты думаешь, что я обманываю тебя?!

Исмея скрипуче рассмеялась. Вся безмятежность утра рассыпалась в колючие осколки, сердце сделалось будто шелковым, больно вбирая в себя все острые концы. А разум ожесточенно работал.

— Даже не пытайся взывать к моим чувствам. У монарха их быть не должно. Тебе было бы выгодно избавиться от меня — признай, основания подозревать тебя в желании меня устранить вполне существенны. Ты — бывший король, умудренный опытом и благородно не отнявший трон у дочери после чудесного возвращения. Конечно, ни у кого и вопроса не возникнет, кому доверить империю на время моего отъезда.

О Видящий, как все просто… И уличить не в чем — с виду элементарная забота отца о дочери и советника о государстве.

— От тебя? Избавиться?! Видящий, Ис! Да как ты могла даже подумать такое! — король казался искренне потрясенным.

Но он запросто мог и играть. Как играл вчера и третьего дня. Обвинил в сложившейся ситуации ее и устроенный ею праздник, глупца Фальке с его предложением, измененную пикканту!.. Интриган. Чему еще его сирены на дне научили? Так мастерски гнуть свой план, а никто и не догадывался!

— Я, конечно, девочка, которой нет тридцати, малышка Ис, которую никто кроме Блэквингов не воспринимает всерьез, но народ меня обожает. И кто его знает, как бы он отреагировал, если бы ты отнял у меня власть силой. Но потерять меня в Тополе… оплакать… их обожание перейдет к тебе. Вместе с империей. Отличный расклад, папА.

— Отличный… — выдохнул Тириан Басс и взъерошил волосы пятерней.

Фарр тоже делал так. Исмее показалось, что какая-то струна внутри опасно задрожала и со стоном порвалась. Фарр, где ты, Фарр?!.

— Исси, ну какое «оплакать», что ты такое выдумываешь? Да, Тополь далек и мы знаем о нем мало, но это не значит, что ты не сможешь вернуться.

Еще неизвестно, о чем он еще с Аяном договорился в своей переписке.

— Если у тебя даже письма нет, тогда это однозначная измена.

Исмея всем существом надеялась, что ошибается. Не просто потому, что он — ее отец, и все это было бы противоестественно, но и… потому что как справиться с еще одной изменой во дворце, на сей раз без Фарра, она не имела ни малейшего представления.

Тириан вздохнул и вынул три конверта из внутреннего кармана камзола. Обманщик.

— Держи, — протянул он со вздохом. — Обрати внимание на печать. Хочешь прочесть всю мою переписку?

Ис прищурилась. Покрутила письма, перебрала по ребрышкам пальцами. Просверлила глазами честное лицо отца:

— Отчего было не показать сразу?

— Я же говорю — ты не в том настроении, чтобы решать такие…

Опять двадцать пять.

— Да, — оборвала императрица. — Я хочу прочесть всю переписку, которую ты с кем-либо вел после возвращения в Вестланд. Потрудись доставить ее в тайную канцелярию. И не покидай дворец — будь так любезен. Чтобы Барти не пришлось искать тебя по всей империи в случае, если возникнут дополнительные вопросы.

Она вышла из Белой Комнаты, сжимая злосчастные конверты с печатью Черного Тополя во вспотевшей ладони.

Господин Оак — посол Черного Тополя — явился на срочную аудиенцию быстрее, чем Исмея ожидала. Впрочем, ходят слухи, что он тоже друид, а тем, как утверждает вездесущая Тиль, все сообщают деревья. Даже то, что сказано шепотом и не для них. Так что неудивительно.

Жуть. И в их Затерянную Столицу ее приглашает король Аян?.. Кстати… судя по исследованиям Тильды, Вестланд основал младший брат короля… Аяна. А она никогда не задумывалась. Почему имя то же самое?.. Не прожил ведь он, честное слово, несколько сотен лет?

А вдруг друиды могут?.. Раньше ее это не заботило, но теперь… выйти замуж… За старика, которому несколько столетий…

Императрица одернула себя: будто маленькая девочка! Вопросы решаются по мере их поступления. Раз уж такое дело… истерить и накручивать себя — худшее, что она может сделать. Информацию соберем, обдумаем. Выпьем, в конце концов. Но позже.

— Эрл Оак, — жестом пригласила она топольца сесть напротив.

Эрл Дарек Оак не отличался многословием, но зато самыми длинными волосами при дворе мог гордиться по праву. Собирал их в гладкий хвост. Высокий, даже, вернее сказать, длинный, и черты лица будто деревянные.

Впору было задаться вопросом, что она в принципе знает о топольцах кроме того, что они живут в горных лесах, болтают с деревьями на досуге, добывают голубую ларипетру (исключительно для себя, рудники и каторжане — прерогатива Вестланда, да и место добычи им выделили далеко не самое выгодное, и работа стоит до сих пор, с тех пор как Странник совершил свой налет) и молятся на Затерянную Столицу. Альпурха и окрестные деревеньки — это лишь пограничная зона, настоящий же Черный Тополь чужаков не жаловал как в доимперские времена, так и в настоящие.

И это не было проблемой.

Но теперь неизвестного возраста король Аян приглашает ее… в эту самую столицу. Куда не всякий тополец ступал. Впервые за долгое время Исмее сделалось по-настоящему страшно, и никакие усилия воли не помогали. Потому что она не могла найти путей к отступлению. Их попросту не было.

Барти стоял за спинкой кресла, конечно, как верный страж, но… этого было мало, чудовищно мало.

Дарек Оак так и не проронил ни слова, хотя пауза явно затянулась. Ис кашлянула и начала:

— Полагаю, вы знаете, о чем я собираюсь говорить с вами, эрл Оак.

Тополец поднял кустистые, но при том странным, необъяснимым образом остававшиеся аккуратными брови.

— О вашем предположительном бракосочетании с королем Аяном Двенадцатым?

Двенадцатый. Не многовековой, значит. Одним страхом меньше. Императрица на мгновение прикрыла веки. Письма, полученные отцом, были весьма кратки, и за подробностями требовали обратиться к послу.

— Вы совершенно правы. Но почему король Аян Двенадцатый просит приехать меня? Что-то мешает ему лично посетить столицу?