Чтение онлайн

Скажи, Вадим Сергеевич, — назвала Кэт его вдруг по имени и отчеству, меняя тему или, скорее, продолжая прерванную, — Приятное это дело, правда, жизнями распоряжаться? Богом себя чувствуешь, когда в прицеле видишь человеческое лицо, или я ошибаюсь?

Несостоявшийся снайпер сжал зубы и отвернулся, крыть было нечем. Эта вредина или психопатка по сути ведь была права. Кто он был для нее — всего лишь несостоявшийся убийца, у которого… которому просто не хватило духу нажать на спусковой крючок, поэтому его и вырубили, просчитав наперед все его действия. Хотелось бы, конечно, себя обелить, но доведись ему отмотать время назад, отказался бы он от подобного предложения, убить какую-то сволочь во спасение любимой? Вряд ли… Какая разница, чьими руками творится злое добро! Встреча первая возле подъезда; встреча последняя — возле ночного клуба. Два ничем не связанных события, между которыми и пролегли те самые долгие в его жизни несколько секунд вечности, стоивших его любимой жизни. Выстрели он тогда и Кира была бы жива. Не выстрелил… И поэтому жива эта забинтованная, которая, возможно, все сама же и подстроила.

— Нет, — произнес он спокойно, — не ошибаешься, чертовски приятно было тебя разглядывать в оптический прицел.

— Знали, что не выстрелишь, поэтому и подставили…

— Сейчас бы выстрелил, — вдруг признался он, — если бы точно просчитал все последствия своего слюнтяйства.

— Все мы умны задним умом, — произнесла загадочно Кэт, разглядывая сосредоточенно барахтающуюся мушку в своем бокале пива, прикидывая, смогла бы она ее проглотить вместе с пивком?

А ведь старичок, скорее всего, прав, подумалось наблюдавшему за убийством насекомого Погорелу. Они все имеют дело с сумасшедшей.

И пока одна несколькими днями ранее еще томилась в подвале, другая в это время уже дышала свежим воздухом на свободе. Юго-восточная окраина Москвы, квартал № 138, напротив кафе, устроенного прямо в небольшой одноэтажной гостинице, появившейся здесь несколько лет назад на месте прогоревшего гастронома. С одной стороны — примыкающий к МКАД небольшой лесок из сосен с пустырем, с другой — спальный муравейник из старых девятиэтажек, детская площадка с качелями, дворовая дорога с машинами и несколько не снесенных почему-то еще «ракушек». Запомнилось только это, и еще ему заполнился хмурый день с редкими проблесками солнца в ее глазах и неприметная, цвета морской волны, уезженная «десятка», которая и привезла пленницу. Они стояли по разные стороны машины и смотрели друг на друга. Щебетали птички, легкий ветерок теребил ее спутанные волосы. Кира даже попыталась улыбнуться, убирая пальцами прядь с глаз, но у нее это слабо получилось. Рукав на некогда белой блузке был разорван, обнажая большую царапину на предплечье, не хватало несколько оторванных пуговиц снизу, придавая всему ее облику не очень презентабельный вид, что и неудивительно, провести столько времени в заложницах. Когда смерть прохаживается по краю жизни и минута мгновения растягивается на год ожидания, то уж и в самом деле не до презентабельности. И если бы не дешевый автомобиль, стоявший все еще между ними, то он увидел бы, что она еще и босая с облупившимся лаком на ногтях, что вообще не имело уже никакого значения. Кира была жива и свободна! Предательские слезы заполнили его глаза, и он ничего не мог с этим поделать. Да и не хотел, если честно… Значит, он все сделал правильно, раз ее выпустили. Полез в карман за сигаретой, но руки так тряслись, что сигарета сломалась в неуверенных пальцах. Сломалась и вторая сигарета и третья, а четвертой уже в смятой пачке и не нашлось. Возраст, сентиментальность и все такое прочее, когда тебе почти полтинник, то можно и поплакать, ничего с другими не станет.

— И так, — произнесла спокойно Кира, делая первой шаг навстречу своему слезливому счастью, обходя автомобиль, — я свободна. Что ж, милый, спасибо. Ты не очень спешил, хочется заметить. Отрывался со шлюхами в красненьких автомобильчиках, топил зачем-то чужие автомобили в речке, сигал как обезьяна из окон на деревья, получал по морде и это в твои-то годы, Вадик. Ты совсем себя не жалеешь.

— Я старался, — кивнул он, пораженный ее осведомленностью и тем издевательским тоном, с каким были перечислены все его «подвиги» во славу ее освобождения. Впрочем, ничего удивительного, его недруги тоже не прохлаждались, сложа руки, старались во всю, подкидывая информацию о его похождениях, чтобы и ей пребывание в заточении раем не казалось, пока ее престарелый дружок развлекался с молодыми девками.

— И кто оказался прав? — спросила с ехидцей она.

— Ты о чем?

— О той книжке перед полетом, — напомнила Кира, — которую и ты тоже уже прочел.

— Так ведь самолет не разбился, — ответил он, не понимая, зачем она вообще затеяла весь этот разговор, неужели после всего пережитого и поговорить больше не о чем, как о какой-то паршивой книжонке из такси.

— Да, не разбился, — согласилась она, — но спокойно мог сгореть в воздухе, если бы мы вдруг на нем полетели.

— Не факт, — отозвался он, недоумевая, что их встреча началась не с объятий, а сразу с каких-то разборок. — Мы и не должны были на нем лететь, у нас даже билетов на него не оказалось, забыла? Вместо этого какая-то сволочь решила покатать нас на кукурузнике, который почему-то тоже не взлетел. Сначала я думал, что просто угнали мой джип, который и попал под раздачу, но потом, вспомнив книжку, что ты как бы случайно дала мне почитать перед взлетом и, сопоставив все последующие события, я стал самым серьезным образом подозревать, что меня с тобой самым наглым образом разводят.

— Скажи еще, что мы с тобой литературные герои, затесавшиеся в реальный мир, — рассмеялась истерично недавняя заложница.

— Про героев не знаю, — но чей-то сдвинутый сюжетик на на наш с тобой реал точно наложился.

У тебя все просто, — возразила она, — а мне пришлось пережить такое, тебя c улицы не тырили! Сюжетик у него наложился…

— Мы просто зашли не в то турагентство, дорогая, которое все и подстроило, — продолжил он гнуть свое. — В аэропорту же сожгли отлетавшее свое хламье, в котором сидели оплаченные «пассажиры», тут же его и покинувшие сразу после нас, поэтому нам на этот лайнер билетов и не хватило.

— Долго думал?

— До сих пор думаю, — кивнул Погорел. — Был я в том здании, где мы выкупали путевки, и никакого агентства там не обнаружил. Нас обоих поимели за наши собственные же деньги. Ты вспомни, тебя там спрашивали о моем дне рождения и сколько мне лет?

Кира утвердительно кивнула, якобы вспомнив нечто подобное, попробуй тут вспомни месячную давность, когда и вчерашний день после пережитого как в тумане. После чего Погорел напомнил ей еще о старой кассете с фильмом «Игра», где в главной роли снялся Майкл Дуглас. В том фильме главному герою тоже исполнялось 48 лет, такое вот маленькое совпадение, где герой в самом начале картины оказался на помойке. Ей в агентстве не предлагали этот фильм посмотреть, чтобы чуть позже и самой прочувствовать нечто подобное?

— Да, — кивнула Кира, — мне дали эту кассету, но я ее не смотрела. Не люблю пересматривать всякое старые.

— Особенно со своим в нем участием. Ты не в курсе, что нас еще и на видео засняли, когда мы в леске сексом занимались?

— В курсе… Но только мне вдруг подумалось, что это твоих рук дело, милый, чтобы избавиться от меня. Ты ведь собрался жениться, но только не на мне, насколько мне стало известно, — язвительно произнесла она, — вот и придумал, как от меня избавиться. Затащил меня в лесок и подговорил своего дружка все это снять, только тебя не видно на видео, зато я во всей красе — скачущая всадница. Ты ведь любишь розыгрыши, правда? Не пойму одного, раз уж решил избавляться от меня, так дело надо было доводить до логического конца. Я ведь теперь могу за это и в суд на тебя подать, материала у меня предостаточно. И подам, будь уверен.

— Кира!

— Не произноси мое имя, ненавижу тебя! — выкрикнула она, сжимая в кулаки тонкие пальцы. Ненавижу каждой клеточкой своего тела, ты мне всю жизнь испоганил. Тебе мало было просто слетать на Канары и позагорать на пляже, розыгрыш подавай, чтобы было весело, в молодости не навеселился еще? Двух войн мало, устроил третью…

— Если мне память не изменяет, то именно ты нашла это агентство.

— Да, но только с твоей подачи, забыл уже, как ты мне предложил идейку слетать в отпуск куда-нибудь? А я помню, твой звоночек с адреском заведения, куда надо зайти, чтобы выбрать тур, вот я и зашла. Сначала сама, а потом уже вместе с тобой.

— Я тебе не звонил, это ты предложила, а я согласился. Я и сейчас адреса не знаю, только визуально.

— Пупкин звонил, — съязвила Кира, — и твоим голосом сообщил телефон и адрес. Совсем уж меня за дуру-то не держи.

— Да не звонил я тебе, я вообще в этих агентствах ничего не понимаю.

— Значит, кто-то звонил с твоей подачи, — уперлась Кира, не хватало еще, чтобы ее же еще за все ее страдания и сделали виноватой. — И я даже знаю, кто тебя сподобил на все это издевательство надо мной, Ванечка и сподобил. Вам одного издевательства над женщиной в метро оказалось мало, вот вы и придумали продолжение.

— Не городи ерунды! — возмутился Погорел.

— Твой дружок организовал все по-взрослому, — уцепилась Кира за мысль и готова была уже испепелить взглядом своего ненаглядного, так ее подставившего, — открыл липовое агентство, организовал его посещение, организовал угон твоей тачки, зря что ли вызывал тебе своим звонком в Химки! Звоночком и засветился, я ведь умная, анализировать умею.

— Я тебя не разыгрывал.

— Верю! Угробить свою машину ради розыгрыша, на тебя это не похоже. Значит, этот твой контуженный на всю голову придурок разыграл нас обоих, подставив в свое удовольствие. Просто человеку скучно стало жить без войны, вот он ее для нас в мирное время и устроил. Ты говорил ему, что собираешься в отпуск?