Чтение онлайн

— Иван погиб, а тебе смешно? — возмутился Погорел. — Меня самого на крышу загнали со снайперской винтовкой прикончить невинную, а тебе смешно?

— Все мы смертны, Вадик, часом раньше ли или тремя минутами позже, но мы все там будем, — вздохнула она печально. — Подобные шоу, по-твоему, устраивают идиоты, готовые из-за любого промаха отправляться за решетку? Иван сам все это устроил, сам угнал машину, сам первым начал палить, сам же и попал. И для всех он теперь — угонщик, а теперь еще и утопленник, который сам угнал и сам утонул, никто больше того не виноват в его проблемах, чем он сам. Столкнул нас лбами, а сам загорает сейчас где-нибудь на Канарах и в ус не дует, а вы как хотите, так и выкручивайтесь, как выжимаемое белье в стиральной машине после большой стирки. Да мы все бы только легким розыгрышем и отделались, если бы не твой этот охранник в коме и не тронувшаяся мозгами американка, в чем я очень сильно сомневаюсь. Но допустим, что он в коме по-настоящему, в этом случае даже и копать не надо в поиске виновного, дружки-менты, с которыми договорился твой Иван, первыми же его и сдали бы, коснись чего, вот он и нашел способ, как вовремя исчезнуть. И главной причиной его исчезновения стала реальная трагедия в той ночной аварии, и заметь, что про кому ты мне сказал, а не я тебя, с которой все и началось. Я всего лишь сделала выводы. И американка эта, что памяти лишилась, эту ведь тоже на него повесили бы. Подсудное дело… Как докопаются, что авария была устроена специально, так и суши сухари. А кому охота седеть на сухариках, да еще с такими деньжищами, как у него. Вот твой дружок и слинял. Слинял он, а посадят тебя, мой милый. Думаю, что именно в этом и весь фокус. Он всех поимел, — Кира взглянула на Погорела и усмехнулась. — Ты не в курсе, что у его банка отозвали лицензию, так вот я тебе сообщаю, так что ищи своего дружка за границей, в том же Киеве, где всякие уроды кучкуются, но только уже под другой фамилией, в нашей стране его больше уже ничто не держало. Я даже не сомневаюсь, что все его деньги были переведены туда заранее, а все остальное — лишь прощальный вальс в свое удовольствие со своими друзьями в их преисподней. Все только ради этого и затевалось, чтобы свалить как можно естественней. Вот и выходит, что я такая же жертва его махинаций, как и ты. Как ты думаешь, сколько мы еще протянем, зная всю подноготную, день или два?

— Ну ты и дрянь, — произнес Погорел сквозь зубы, не понимающий сейчас лишь одного, как он вообще мог в эту стерву влюбиться. Ведь был же уже опыт, обжигался по молодости и на тебе на старости лет так влипнуть.

— От тебя ничего другого и не ожидала, все вы мужики одинаковы, — сверкнула она глазами, выпустив в него несколько убийственных молний.

— Может и «Майбах» тоже бутафорский? — предположил Погорел. — Если вокруг везде ложь, почему он должен быть правдой?

— Может и так, — не стала спорить Кира.

— Только труп Ивана в нем настоящий! Таким бы путем все на Канары и отправлялись.

— Достал уже со своим трупом, спроси сам у него, — возмутилась Кира, которой уже порядком надоело оправдываться, да еще перед кем, перед тем, кто палец о палец не ударил для ее спасения. — Твой дружок обещал все устроить самым наилучшим образом, какие ко мне претензии? Ему и скажи спасибо, что всем теперь должен. Откуда я знаю, бутафорский «Майбах» или нет, мне об этом не докладывали. Не исключаю, что это вообще была тачка твоего дружка. Тогда ты должен миллион покойнику, расслабься.

— И откуда такое предположение?

— Диванчик в машинке классный, хоть и старый, при определенных действиях даже не скрипит. Но врать не буду, может и не в этой, у твоего Ивана машин было много. Дуракам вообще везет в этой жизни больше чем всем остальным недотепам.

— Один из которых даже успел уже переписать на тебя свою квартиру, чтобы тебя не тронули. Пока есть, чем с жертвы поживиться, ее обычно не убивают.

— Спасибо, милый, но я никого об этом не просила, — отмахнулась она тут же от его «подарка». — Приду немного в себя и верну, не расстраивайся, мне чужого добра не надо. Говорю же, сколько раз повторять, — произнесла она нервно, — что все сразу как-то пошло не так в этом розыгрыше. В кювет должна был слететь старенький «бычок», чтобы появилась причина для снятия тебя с рейса, потому что ты покинул место происшествия. Никаких реальных смертей, самый обычный розыгрыш, какие по телевизору устраивал Валдис Пельш в свое время, он еще и не такое вытворял. Повторяю, никто на дороге разыгрывать трагедию не собирался. Твой «БМВ», кстати, тоже никто не планировал разбивать, автомобиль должна была слегка подрезать грузовичок с пустыми бутылками и все, а потом лишь немного съехать в кювет, а водитель из твоей машины должен был скрыться, забыв «случайно» на сиденье всю информацию по рейсу твоего вылета. Все задумано было очень просто…

— Сложности возникли в исполнении потом, понимаю, — кивнул Погорел, закуривая.

— Понятия не имею, как вклинилась фура с настоящей водкой между «бычком» и твоим автомобильчиком, зацепив и еще одну легковушку с этой настоящей миллиардершей за рулем. Кабриолет должен был съехать с дороги сам, очень тихо скатиться. Вроде доходчиво объяснила, третий раз объяснять уже не буду.

— Хорошо, — сказал Погорел, — допустим, что именно все так и случилось, как ты говоришь, но зачем потом эту неумеху потребовалось еще и убивать?

— Убивать кого? — не поняла Кира.

— Ту особу, никчемную жизнь которой мне конкретно предложили обменять на твою драгоценную. Вы хорошо подурачились! И когда я ее не убил, а спрятал в надежном месте в качестве гарантии твоей и своей безопасности, то тебя сразу же и «освободили», чтобы уже ты убедила меня закончить начатое и прикончить бедняжку.

— То есть замочить одну, я правильно тебя поняла, чтобы даровать жизнь другой?

— Убрать вовремя свидетеля ваших никчемных дел, само по себе уже большое дело.

— Долго думал? — рассмеялась Кира. — Я ее в глаза не видела.

— Увидишь, когда она в суде против тебя начнет давать показания.

— Против нас показания? — изумилась Кира.

— Против кого же еще, — кивнул Погорел, — так что нашу с Иваном безобидную забаву в метро можешь считать всего лишь маленькой репетицией к вашему с ним же большому празднику. Я твою версию выслушал, а теперь ты послушай мою. Для чего была спровоцирована та ночная авария на дороге? Для чего угодно, но только не для того, чтобы отправить в кювет грузовичок с пустыми бутылками или даже с водкой.

— А для чего же?

— Для того чтобы отправить на тот свет эту богатенькую иностранку.

— Ты спятил!

Утверждение, с которым он даже не стал спорить, спятил, так спятил…

— И когда это убийство на дороге с первого раза не удалось, тогда и было решено, что я должен буду ее убрать уже другим способом. А как же иначе, ведь изначально весь розыгрыш и затевался, чтобы повеселить меня, поэтому именно мне и поручалось больше всех веселиться. Не знаю, с какого уж ты там боку пристроилась во всем этом веселье, но вижу, что не очень удачно. С Иваном ли, в чем я очень сильно сомневаюсь, но тебе придется ответить за все, не одному же мне отдуваться.

— Бред! — выкрикнула Кира. — Ты только на меня свои проблемы не вешай. Если тебе поручили валяться в этом дерьме, то сам в нем и валяйся, а меня им не пачкай.

— Фу как грубо, — поморщился Погорел. — Не всякий фельдфебель подобное выдаст.

— Заткнись, были учителя похлеще некоторых! Я понятия не имею, о чем ты толкуешь, о какой иностранке и о каком таком празднике, я тебя никого убивать не просила. А если крыша поехала, то это уже не ко мне, это, Вадим Сергеевич, вам надо уже к доктору. Игра закончена, можешь продолжать дальше пить свою водку и шляться по шлюхам, ты свободен на все четыре стороны.

— Просишь закончить начатое? — усмехнулся он. — Хорошо, я сделаю это и прикончу несчастную. После чего они и тебя уберут как лишнюю свидетельницу.

— Ты специально мне сказал про убийство, чтобы сделать соучастницей! — выкрикнула она. — Так вот, я об этом тебя не просила, не надо посвящать меня в подробности, — тут же открестилась она от его дел. — Сам вляпался, сам и выляпывайся, ты свободен. И мой тебе совет, раз уж дело зашло так далеко, отпусти ты эту бедняжку, она и так уже нахлебалась. Слетали, блин, в отпуск! Лучше бы я тебя вообще никогда не встречала.

— Когда-то ты заявляла совсем другое, что очень счастлива, — вздохнул он грустно.

— Погорел, ты заигрался, тебе срочно надо на работу, твоя бодрость после отличного отпуска просто зашкаливает. Кому я нужна, меня убирать? Лиц их я не видела, они всегда были в масках, место, где меня прятали, тоже не знаю, я даже не смогу указать им на ту елку, на которой восседало два дятла, пока один не упал. Меня туда привезли с завязанными глазами.

— Так и сделаю, — кивнул Погорел, поняв, что большего он все равно от этой фифы не добьется. Она или и в самом деле не имеет никакого отношения к происходящему, к заказу американки, или очень хитрая и осторожная бестия, которая и под пытками не расколется. И так уже сообщила достаточно…