Чтение онлайн

– А вот и я!
– Застыв на пороге, я с замиранием сердца ждала Мишиной реакции.

Он медленно обернулся и взглянул на меня. Его глаза начали медленно расширяться от удивления.

– Саша?
– неуверенно произнёс он.
– Это ты?

– Ну кто же ещё?
– улыбнулась я в ответ.

– Тебя не узнать!
– удивлённо протянул он, разводя руками.
– Ты что, ночью в парикмахерскую слетала?!

– Я сама себе парикмахер!
– счастливо рассмеялась я, польщённая его реакцией.
– Ну как? Идёт?

– Да не то слово!
– ответил Миша, и в его голосе прозвучала искренность.
– Ты стала ещё прекраснее!

– Спасибо, - кокетливо опустила я глаза.

– И это всё ради него… - вдруг мрачно пробормотал он, и лицо его сразу потемнело.

– Ты о чём?
– удивилась я, подходя ближе и устраиваясь на подлокотнике его кресла.

– Не о чём, а о ком!
– почти зло выкрикнул Миша.
– Сегодня же допрос Артёма! Я обещал тебя взять. И вот ты с утра - с новой причёской…

– Миш, не неси ерунды!
– поморщилась я.
– Верь или нет, но, пока я всё это делала, о бывшем муже и не вспоминала. Я думала только о тебе. А если ты снова не веришь… - Я нарочито медленно поднялась и сделала шаг прочь, втайне надеясь, что он меня остановит. И он оправдал мои ожидания.

Миша схватил меня за руку, притянул к себе и, уткнувшись лицом в волосы, хрипло прошептал:

– Я просто ревную! Как ты не понимаешь…

Я крепче прижалась к нему и, вздёрнув голову, оказалась с ним нос к носу.

– Никогда не ревнуй меня. Раз уж я с тобой, значит, больше мне никто не нужен…

Такого чудесного утра у меня ещё не было. Проснулась Аня, и мы все вместе завтракали на кухне. По дому витал аромат кофе. Я сидела, прижавшись к стене, смотрела на самых дорогих людей и буквально таяла от счастья. Так хотелось верить, что с появлением Миши каждый наш день будет таким - спокойным, уютным и безмятежным.

В реальную жизнь я вернулась, полная сил. Оказавшись в здании полиции, я уверенно зашла в кабинет и уселась на печально знакомый диван. Миша был мрачен, и я не могла понять, всегда ли он такой на работе, или просто нервничает из-за нашей встречи с Артёмом.

Я и сама потихоньку начинала сходить с ума. Встреча с мужем, который давно погиб для тебя, - занятие не для слабонервных. Я то и дело поглядывала на часы, пытаясь предугадать наш разговор. Что он скажет? Как будет оправдываться?

Минуты текли томительно медленно, и, когда дверь наконец распахнулась, я с ужасом поняла, что совершенно не готова его видеть. Сердце перевернулось в груди и заколотилось с бешеной скоростью.

За эти четыре года Артём почти не изменился. Казалось, будто только вчера он, поцеловав меня на прощание и пообещав Ане привезти подарок из Благовещенска, ушёл… Ушёл навсегда, оставив после себя лишь боль.

Я смотрела на когда-то родное лицо сквозь пелену навернувшихся слёз. Оно расплывалось у меня перед глазами, и я изо всех сил старалась сдержаться, чтобы не разрыдаться. Обида, так долго сидевшая в сердце занозой, поднялась комком к горлу. Язык чесался от невысказанных слов.

Конвоир, приведший Артёма, усадил его на стул и скрылся за дверью. Мой муж старательно отводил взгляд.

– Впервые провожу допрос с «мёртвым» человеком'.
– насмешливо хмыкнул Миша.
– Ну что, Артём Валерьевич, будем каяться?

Артём нервно дёрнулся и зло посмотрел на следователя.

– Что вы хотите от меня услышать? Что я сволочь? Ну хорошо, я сволочь! Я бросил жену и ребёнка и сбежал с другой женщиной! Просто так сложились обстоятельства! И Сашка, между прочим, тоже виновата!

– Нет, ты не сволочь!
– прозвучал чей-то голос, и я с опозданием поняла, что это мой.
– Ты - трус! Подлый, мерзкий трус! Ты предпочёл скрыться, прикинуться мёртвым, лишь бы не говорить со мной честно!

– Не льсти себе!
– скривился Артём, наконец поворачиваясь ко мне.
– Стал бы я тебя бояться! Мне жизнь подарила шанс, и было бы глупо им не воспользоваться! Окажись я тогда дома, тебе пришлось бы хоронить меня по-настоящему! И твоей вины в этом нет совсем!

– Ну и в чём же её вина?
– вклинился в наш разговор Миша.

– В чём?
– Артём уставился на него взглядом, пышущим от негодования.
– Да в том, что она клуша! Домашняя курица! Поведи она себя иначе, может, я бы и не ввязался в эту авантюру! А она ничего не замечала! Зациклилась на доме, на ребёнке, а до меня ей и дела не было! Её папаша был против нашей свадьбы и даже после неё продолжал настраивать против меня свою дочурку!

– Это ложь!
– Я вскочила с дивана, не в силах сдержать гнев.
– Ни папа, ни мама ни разу не сказали о тебе плохого слова! Даже когда мы ссорились, они уговаривали меня быть терпимее, говорили, что у тебя своё мнение и мне нужно с ним считаться! Как ты смеешь порочить их память?!

– Когда они разбились, я наконец вздохнул свободно!
– прошипел Артём.
– Смог ходить по собственному дому, не опасаясь колючего взгляда твоего папаши! Думаешь, я не видел, как твоя мамаша каждый вечер демонстративно принимала свои капельки на кухне, вздыхая?

– У мамы было больное сердце!
– я буквально задыхалась от ярости.
– Она принимала эти капли шесть лет, ещё до того, как мы с тобой познакомились!

– Патологическая неуверенность в себе… - Миша откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и с видом знатока наблюдал за нашей перепалкой.
– Вам, Артём Валерьевич, повсюду мерещились враги, что красноречиво говорит о заниженной самооценке.

– Хватит корчить из себя психолога!
– рявкнул Артём.
– Она всё врёт! Всё было именно так, как я говорю! Да, я был рад, когда мои «любимые» тесть с тёщей отправились на тот свет! Но эта дура ревела целыми днями! Полгода она ходила с опухшим лицом и не слышала ни единого моего слова! Я терпел это только ради дочери!

– О, как же ты о ней заботился!
– я сорвалась на крик и зашлась кашлем.

Миша молча подал мне стакан воды. Сделав пару жадных глотков, я сжала в пальцах прохладное стекло - оно помогало хоть как-то сохранять самообладание.

– Будь твоя любовь к Ане настоящей, ты никогда бы так не поступил!
– намного тише добавила я.

– Она была совсем маленькой! Разве дети в её возрасте понимают что-то о смерти?!

– Дурак!
– снова выкрикнула я, захлёбываясь гневом.
– Бестолковое чудовище! Ты хоть представляешь, сколько я после твоей «гибели» по врачам с ней таскалась?! Знаешь, сколько сил ушло, чтобы она снова заговорила? Она замкнулась в себе полностью! Справиться помог только психолог! Ты знаешь, как она скучала? Она до сих пор хранит твоё фото в шкафу и думает, что я не в курсе! Видел бы ты, как она смотрит на детей, которые гуляют с папами! Ты - эгоистичное ничтожество! Ты знаешь, что это такое - верить, что человек уже никогда не вернётся, и не иметь даже возможности его похоронить? Я хотела свести счёты с жизнью, а ты в это время наслаждался ею в объятиях какой-то бабы!