Чтение онлайн

– Мам, что это на тебе? Ты новые брюки купила? Зря. Они тебе не идут, слишком молодёжные, - не дав мне и слова вставить, тараторила Анюта.

Андрей лишь хмыкнул, отводя взгляд. Его отстранённость ранила меня. Моя совесть была чиста - я искренне привязалась к мальчику, полюбила его, - но он всячески избегал лишних разговоров со мной.

Игнорируя его хмурый вид, я со смехом рассказала о своём злоключении.

– Ой, мам, тебе очень больно?
– забеспокоилась Аня.

– Ерунда!
– отмахнулась я.
– Ну а у вас что новенького?

– Да ничего особенного, - пожала плечами дочь.
– Всё как всегда. Мам, а мы не можем больше не ходить в школу?

– Аня, мы же сто раз это обсуждали!
– закатила я глаза.

– Но там так скучно!
– заныла она.

– Там правда ужасно, - неожиданно поддержал её Андрей.
– Какой интерес проводить целый день под присмотром учителей? Вечно «не трогай», «туда не ходи», «не бегай», «сядь, отдохни». Могли бы уже и в куклы играть велеть.

– Ну, если всё настолько плохо… - я растерянно развела руками.
– Ладно, можете не ходить. Придётся бабушку напрячь.

– А мы что, сами не можем полдня побыть?
– огрызнулся мальчик.
– Мы не маленькие! Не будем совать пальцы в розетки и играть со спичками!

– Нет!
– решительно заявила я.
– Да мы с Мишей с ума сойдём от беспокойства, если вы останетесь дома одни! Так что выбор невелик: или школа, или бабушка.

– А третий вариант есть?
– скривилась Аня.

– Нет!
– отрезала я и поспешила перевести тему: - Мороженое хотите?

– Да!
– обрадовалась дочь.

– Какое?
– Подойдя к ларьку, я достала кошелёк.

– Мне клубничное!
– Анюта ткнула пальцем в витрину.

– Андрей, а тебе?

– Не хочу, - отвернулся мальчик.

– Почему?
– удивилась я. Уж от чего-чего, а от мороженого Андрюша никогда не отказывался.

– Голова болит, - буркнул он.

И тут я наконец заметила, что мальчик выглядит неестественно бледным.

– Ты в порядке?
– встревожилась я, тут же забыв о мороженом, и приложила ладонь к его лбу.
– Температуры вроде нет…

– Какая температура в такую жару?
– отмахнулся он, уклоняясь от моего прикосновения.
– Не выдумывай. У тебя что, голова никогда просто так не болела?

– Бывало, - согласилась я. Разумом я понимала, что ему могло стать плохо от духоты, но на душе было неспокойно.

Мы быстро купили мороженое и отправились домой.

Войдя в прохладную квартиру, с облегчением выдохнули. Дети тут же бросились к холодильнику и, достав бутылки с минералкой, стали жадно пить.

– Осторожнее, горло простудите!
– предостерегла я, убирая подтаявшее мороженое в морозилку.

Зная, что в такую жару никому не захочется горячего, я быстро приготовила окрошку. Взглянув на часы, с ужасом поняла, что опаздываю к следующему ученику.

Велев детям поесть, я переоделась в лёгкий сарафан, привела в порядок растрёпанные волосы и, попросив соседку присмотреть за ребятами до моего возвращения, выскочила из квартиры.

Софья, моя вторая ученица, была на редкость неприятным ребёнком. Впрочем, чему удивляться: яблочко от яблони недалеко падает. Её мать, Алла, воспитывала дочь одна и с порога дала понять: никаких личных разговоров, никаких чаепитий - только русский язык, ничего лишнего.

Девочка оказалась под стать. Она садилась за стол, прилежно выполняла задания, но смотрела на меня с холодной враждебностью. Её знания и так были вполне удовлетворительными, и я не понимала, зачем им понадобился репетитор.

Приходить сюда я ненавидела. Эти два часа всегда казались каторгой. В отличие от улыбчивой Марины, к Соне я ходила дважды в неделю.

Отбыв положенное, я с облегчением вырвалась на раскалённую улицу. И тут же зазвонил телефон.

– Александра Леонидовна?
– узнала я голос классной руководительницы Андрея.

За глаза он называл её Грымзой. И был по-своему прав. Людей, которые постоянно кричат и едва ли не бросаются на детей с кулаками, на пушечный выстрел не стоит подпускать к школе.

– Да, это я.

– Андрей умолял ничего не рассказывать родителям, - неожиданно мягко начала она, - но я считаю своим долгом вас предупредить.

– Что случилось?
– похолодела я.

– Сегодня в обед ваш мальчик потерял сознание. Медсестра быстро привела его в чувство, сказала - от жары. Но вы должны были это знать.

– Конечно, - кивнула я, забыв, что она меня не видит.
– Спасибо.

Мне внезапно стало холодно. Тревога болезненно кольнула сердце. Что-то не так с нашим сыном… Да, вы не ослышались, я считаю Андрея своим ребёнком и беспокоюсь о нём ничуть не меньше, чем об Ане.

Поймав такси, я попросила водителя гнать что есть мочи.

Глава 2

– Андрей!.
– закричала я, едва переступив порог.
– Андрей, ты где?

Он выглянул из гостиной.

– Что случилось?

– С тобой всё в порядке?
– тревожно спросила я, беря его лицо в ладони и заглядывая в глаза.

– Саш, да отстань!
– оттолкнул он меня.
– Чего ты от меня хочешь?

– Почему ты скрыл, что в школе падал в обморок?
– спросила я прямо.

– А с чего бы я стал тебе что-то рассказывать?
– огрызнулся Андрей.
– Ты мне не мать!

Его слова впились в сердце острой болью. Я застыла на месте, не в силах вымолвить ни слова. Потом опустилась на стул в прихожей и стала расстёгивать ремешки босоножек, но пальцы дрожали и не слушались. В глазах появились предательские слёзы, и я изо всех сил старалась сдержаться, не желая, чтобы дети видели мою слабость.

Из комнаты вышла Аня. Увидев мои мучения, она молча присела и ловко расстегнула все пряжки.

– Мам, не слушай его!
– обняв меня за шею, горячо прошептала дочь.
– Потерпи ещё немного, он обязательно привыкнет!

– Всё хорошо, малыш.
– Я погладила её по спине и тихо спросила: - Давно он на себя не похож?

– Давно, - кивнула Аня.
– Всё на голову жалуется, за компьютером подолгу не сидит - говорит, глаза устают. А на прошлой неделе, когда мы с Джеком гуляли, у него так голова закружилась, что он чуть не упал. А сегодня вот и вовсе в обморок…

– Почему же ты ничего не сказала раньше?
– не удержалась я.