Чтение онлайн

Во имя кого они все это делали? Во имя того белого существа, что сожрало мальчишку?

Безумие, полное безумие!

— «Цикута», — пробормотал Фэд и указал на крайний из кораблей, стоящий в тени.

Даже если ты никогда не видел ее, то ошибиться просто не мог. Вытянутое, похожее на наконечник стрелы судно кислотно-красного цвета казалось таким же чужеродным среди кораблей-разведчиков, как и обращенный волк среди людей. «Цикута» казалась не просто массивной и мощной — она будто дышала и излучала опасность, распространяя вокруг волны-предупреждения.

В голову некстати пришли мысли, что корабль наблюдал за нами и оценивал новых пилотов.

— Сможешь поднять ее в воздух?

Фэд бросил на меня испепеляющий взгляд.

— Если Падальщики смогли, то и я смогу.

— Тогда я открою грузовые ворота, — я предупреждающе ткнул пальцем в Каифу, — не спускай с нее глаз. Нам нельзя потерять этот корабль.

— Не учи ученого, умник.

Скрывшись за ящиками, я добрался до панели управления грузовыми машинами и воротами. Все еще никого вокруг, и, судя по последним дням, — этот можно считать самым удачным во всем этом долбаном приключении.

Набрав команду разблокировки, я поспешил вернуться к «Цикуте» и на несколько секунд подвис у открытого люка, больше похожего на беззубую пасть, чем на вход в корабль.

На душе было совсем неспокойно: не доверял я этой «птичке». Ворон тоже нервно ворочался и каркал, предупреждая, что все совсем не так сахарно и просто, как могло показаться на первый взгляд, и у меня не было причин не верить второй душе.

— Я все понимаю, приятель, но выбора у нас нет. Ши ждет.

Шагнув внутрь, я с дрожью наблюдал, как проход за мной зарастает, будто живой. Весь корпус корабля был сделан из незнакомого мне материала, теплого и мягкого на ощупь, как человеческая кожа. Внутри же «Цикута» оказалась даже больше, чем я предполагал.

Куда больше нашего корабля.

— Садись, вольный, — бросил Фэд, устроившись в кресле пилота. — Свяжись с Бардо и передай, где нас встретить.

***

— Так вот кто в моей голове копался.

Друг недовольно скрестил руки на груди и нервно постукивал пальцами по предплечью. Светлые волосы растрепались и скрывали часть лица, а густые брови сошлись к переносице, отчего лоб прорезали несколько морщинок.

Бардо переводил взгляд с Каифы на ее волка, а затем на меня и Фэда.

— Не хочу ничего знать, — отчеканил он и вернулся обратно в корабль, чтобы забрать остаток вещей.

При взгляде на «Цикуту» его пробрала крупная нервная дрожь, но друг быстро взял себя в руки. Лучший пилот, как-никак. Его не остановить какими-то там волнами ярости, пусть даже исходящими от очень древней железяки.

— И куда мы летим дальше? — Каифа только повернулась к магистру, как над пустыней грохнул выстрел. Сжавшись и отскочив в сторону, девушка сдавленно выругалась и даже пошарила по телу руками, но поняв, что стреляли не в нее, повернулась к волку.

Зверь даже не рыкнул. Повалился как подрубленное дерево, а большую часть черепа разметало по песку красным сцилом.

Обломки костей и кусочки мозга обуглились и слабо дымились, а ветер подхватывал черный жирный пепел и уносил в небо, подбрасывая и играя им на лету.

— Ты что творишь, ублюдок?! — завизжала Каифа и бросилась в атаку, которую оборвал еще один выстрел — ей под ноги.

— Я даю тебе последний шанс, Каифа, — холодно ответил Фэд. — Бардо!

Мужчина выглянул из корабля.

— Дай ей коды управления. Топливо еще есть?

— Достаточно для одного прыжка, — Бардо старался не смотреть на распростертое на песке тело.

— Вот и прекрасно.

Каифа опустилась на колени рядом с мертвым волком и положила руки на широкую грудь. Ее пальцы мелко дрожали, и я успел увидеть слезы на бледных щеках.

— Забирай корабль и проваливай на все четыре стороны, — Фэд убрал пистолет, но я знал, что он успеет его выхватить, если девке хватит ума броситься мстить. — Это мое первое и последнее предупреждение. В следующий раз я без раздумий пристрелю и тебя.

Каифа запрокинула голову и истерично расхохоталась. Было в этом смехе что-то от сумасшествия, дикого, необузданного безумия, которое уже невозможно остановить.

— Придут другие! Ты слышишь?! Они придут за тобой, больная мразь!

Вскочив на ноги, она выглядела совершенно обезумевшей.

Больной, разбитой на куски.

На скривившихся в злобной усмешке губах пузырилась пена, а в глубине глаз застыла дикая, необузданная ярость.

— Слабак! Ты просто не можешь убить меня. Не можешь, не можешь убить, сукин ты сын!

Прозвучавший выстрел был оглушительным и неожиданным. Я вздрогнул, в горле булькнуло, а тело девки упало на песок, как подрезанный косой стебель.

— Я не предлагаю дважды, — процедил магистр и, убрав пистолет, отвернулся и зашагал к «Цикуте».

***

— Я думаю, ты поступил правильно.

Бардо аккуратно поставил куб на небольшое возвышение у приборной панели и остервенело вытер руки об штаны, точно притронулся к ядовитой лягушке.

— Может быть, — Фэд устроился в кресле за пилотом и сцепил руки под подбородком. — Но я виноват в том, что с ней стало.

— То, что Каифа сделала с двоедушником — омерзительно, — проговорил я. — Возможно, ты поступил слишком мягко. Его она не жалела и мучала.

— А ты жесток, двоедушник, — усмешка магистра была холодной, но не осуждающей.

Он, возможно и жалел, что убил больную суку.

Но не потому, что она была когда-то ему не чужим, близким человеком, а потому, что не страдала за свои поступки.

Фэд о чем-то крепко задумался, а Бардо устроился за штурвалом и активировал основные системы. По красной глади корпуса прошла рябь, воздух вокруг слабо замерцал, а через секунду корабль подал голос.

— Приветствую, старый друг, — сказал он.

Точнее, она.

Голос был женским.

Но вот чего определенно никто не ожидал, так это ответа, раздавшегося с того места, где лежал куб.

— Здравствуй, вольная птица.

Меня колотило от ненависти, выворачивало наизнанку от черного разъедающего негодования, а внутренности горели огнем, расплескивая по венам кислоту и пламя, которое никак не получалось унять.