Чтение онлайн

Кристиан появился на кухне неожиданно рано — по меркам герцога, разумеется. Он выглядел отдохнувшим, собранным и… улыбающимся. Не просто вежливо или из-за светского настроения, а по-настоящему, с теплом, которое будто бы просачивалось в воздух и наполняло кухню солнечным светом, даже несмотря на то, что окна были на теневую сторону.

— Доброе утро, — поздоровался он, легко касаясь края стола и кивая мне.

— Доброе, — не смогла не ответить в тон, улыбаясь в ответ, даже не стараясь сдержать радость.

Мужчина сел, потянулся за чашкой и, к моему удивлению, оказался невероятно разговорчив. Расспрашивал Орлина о делах во дворе, расхваливал мою стряпню (а я покраснела сильнее, чем яйца в сковородке), даже пошутил — что-то про гусят, которые, кажется, начали командовать нами, а не наоборот.

Старик, не упустив возможности поворчать, что так рано герцог не завтракал с начала прошлой весны, всё же бросал на нас такие взгляды, будто читал между строк то, чего мы и сами ещё толком не понимали. Но, в отличие от своего обычного язвительного репертуара, на этот раз он промолчал. Ни комментариев, ни намёков — просто наблюдал, как будто берег атмосферу.

Когда завтрак уже подходил к концу, Кристиан вдруг отставил чашку и поднялся из-за стола.

— Мне нужно будет ненадолго отлучиться, — произнёс он, проверяя что-то в перчатках, которые достал из внутреннего кармана.

Я как раз помогала Орлину убирать со стола — собирала тарелки в стопку — и, услышав эти слова, резко обернулась. Посуда в руках качнулась, и я едва не выронила всё обратно на скатерть. Быстро моргнув, я опомнилась и, не говоря ни слова, поспешно донесла тарелки до мойки, а потом, не дожидаясь, пока он дойдёт до двери, выскочила в холл.

— Вы снова… возвращаетесь в ущелье? — вырвалось раньше, чем я успела подумать.

Но стоило взглянуть на него внимательнее — стало ясно, что мои догадки промахнулись. На Кристиане был не походный плащ и не привычная куртка — а старенький, но всё ещё опрятный костюм: приглушённого серо-синего цвета, с аккуратно приглаженными лацканами и потёртыми манжетами. В таком не собирают травы. И не идут в бой.

Герцог усмехнулся почти ласково.

— Нет. С походами на земли Чертополосья лучше не частить, если не хочешь попасть на обед к хищнику.

— Тогда… куда?.. — растерянно прошептала я, хотя уже понимала, что вопрос, скорее всего, неуместен.

— У меня дела в городе, — ответил он просто. И, хотя ничего не объяснил, его тон был мягким, почти заботливым. — Я не задержусь надолго. Обещаю.

Мужчина улыбнулся — коротко, но тепло — и шагнул к двери. А я осталась стоять в холле, немного растерянная и немного… тревожная. Почему-то не хотелось, чтобы он уходил. Сегодня — особенно.

Спустя пару минут из кухни неспешно вышел Орлин. Протирая руки полотенцем, он остановился рядом и тихо произнёс, почти вполголоса:

— Сегодня годовщина смерти матушки Его Светлости, — пояснил он, не глядя на меня, будто просто делился фактом, а не эмоцией. — Думаю, он едет в Вилантийский храм. Там она и похоронена.

И вдруг всё встало на свои места — и костюм, и молчаливый взгляд в окно, и почему-то особенно бережная, сдержанная улыбка.

Утро продолжилось вполне по-домашнему. Мы с Орлином вышли во двор, где нас уже встречала наша крылатая, пернатая и хвостатая банда. Кормёжка превратилась в настоящее шоу: цыплята галдели, гуси толкались, один особенно наглый индюшонок снова пытался командовать всеми, а я в очередной раз напомнила ему, кто тут старший. Ну, почти старший — потому что драконёнок всё равно был вне конкуренции.

Он, как всегда, держался особняком — на расстоянии, с видом осторожного наблюдателя, который вроде как с нами, но на всякий случай готов улизнуть. И всё же сегодня что-то изменилось. Пока Орлин насыпал корм и напевал себе под нос что-то совсем без слов, драконёнок приблизился. Медленно, настороженно, будто проверяя воздух.

— А ну, смотри-ка ты, — тихо проговорил мой напарник, вытянув руку ладонью вверх.

И к моему изумлению — малыш не убежал. Наоборот, он подошёл ближе и даже позволил старику коснуться головы. Поглаживание длилось всего несколько секунд, но было полным доверия. А потом дракончик, будто поняв, что это не так уж и страшно, фыркнул и даже ткнулся Орлину в локоть носом. Прогресс был на лицо — или, скорее, на мордочку.

После всей этой утренней суеты мы с Орлином направились к нашему новому огородику. Грядки стояли гордые, политые, ожидающие роста и внимания. Но, как оказалось, внимание к ним проявили не только мы — проворные гусята уже облюбовали один из рядов и пытались устроить там коллективный спа-процедур с грязевыми ваннами.

— Вот что будет, когда посевы взойдут, — проворчал Орлин, отгоняя пернатых. — Устроят карнавал с поеданием урожая и топтанием на косточках надежд.

— Ну уж нет, — засучила я рукава. — Пора ставить изгородь. До первых всходов ещё неделя, но я их знаю — как только появится хоть что-то зелёное, сожрут быстрее, чем мы глазом моргнём.

Так и начался наш великий строительный проект. Мы колотили колья, натягивали верёвки, подтыкали дощечки и даже использовали старый заборный прут — всё, что попадалось под руку. Работа увлекла, как ни странно, даже больше, чем ожидалось. Было весело, шумно, и, кажется, я впервые с детства получала удовольствие от копания в земле. Пока не раздались шаги.

— Кто-то к нам, — пробормотал Орлин, выпрямляясь, и как раз в этот момент в воротах появился Кристиан.

Он шёл неторопливо, чуть прищурившись от солнца, и сразу стало понятно: вернулся целый и невредимый. И теперь мы снова в полном составе.

— Ой! — выдохнула я. — А мы ведь обед забыли приготовить!

— Ничего страшного, — улыбнулся он. — Я вам помогу.

Я застыла, не веря своим ушам. Герцог — помогать на кухне? Ну, день сегодня точно удивительный.

— Иду переоденусь, — добавил он и ушёл в дом, а мы с Орлином кинулись быстро наводить порядок: собрали инструменты, сложили остатки досок, помыли руки в кадке у хлева, и, умывшись холодной водой, поспешили на кухню.

— Если и дальше так пойдёт, — сказала я, вытирая ладони о фартук, — то и до настоящей усадьбы с уставом доживём.

— Главное, чтобы и дракон не потребовал личного повара, — буркнул мой напарник, и мы оба рассмеялись, открывая дверь в наш уютный, ароматный и живой дом.

Кристиан Виери

После сытного завтрака я не стал задерживаться. Утро выдалось ясным: солнце уже поднялось над горизонтом, золотя верхушки деревьев и бросая длинные тени на мощёный двор. Я накинул лёгкий плащ, попрощался с Орлином и Александрой и, неспешно миновав ворота, вышел на главный тракт.