Истинная на сдачу, дракон в комплекте
Шрифт:
Маленькое окно под потолком впускало мягкий свет, танцующий на стенах. В углу мерно потрескивал очаг, из глиняного горшка поднимался аппетитный пар, а у стола стояло три не слишком изящных, но крепких табурета.
Герцог молча поставил наши тарелки на стол, и мы сели, не обмолвившись ни словом. Обед был скромный — бобы с чем-то похожим на тушёные коренья, но я уплетала за обе щеки, даже не пытаясь делать вид, что мне не хочется есть. Лорд ел медленно, задумчиво. Орлин присоединился к нам с опозданием и сел в сторонке, чуть ли не на краешек табурета, как будто боялся случайно нарушить какое-то воображаемое правило.
Когда же тарелки опустели, я с неожиданной для самой себя решимостью встала.
— Я помою посуду.
— Вы?.. — удивился хозяин поместья, приподняв бровь.
Орлин чуть не уронил ложку.
Но я уже подошла к большому деревянному умывальнику, откуда шёл слабый пар, и принялась за дело. Приспособление, которым тут заменяли обычную мочалку, напоминало комок из высушенных корней, обмотанный грубой верёвкой. На удивление, оттирало всё отлично.
Мужчины молча наблюдали за мной. Я чувствовала их взгляды и, кажется, слегка наслаждалась моментом. Они, похоже, не знали, что больше поражает — мой энтузиазм, ловкость, с которой я управлялась, или сам факт того, что я, девушка с «аристократической дикцией», добровольно занялась такой работой.
Я обернулась, едва вытерла последнюю каплю с края деревянной миски и протёрла стол до блеска. Мужчины всё это время наблюдали за мной — сначала с удивлением, потом с каким-то непонятным интересом. Ну раз уж мы здесь надолго, стоит хотя бы представиться как следует.
— Как вы уже знаете, меня зовут Александра. Можно просто Саша… или Сандра, — проговорила я с лёгкой улыбкой, надеясь, что в этом мире такие варианты выглядят не слишком странно. По крайней мере, звучали они вполне удобно и привычно.
Я перевела взгляд на старика, что всё ещё держал в руках тряпку, будто не знал, куда её деть. Он кивнул мне, чуть склонив голову — жест, в котором чувствовались воспитание и уважение.
— А вы, как я понимаю, Орлин?
— Верно, госпожа, — мягко отозвался он.
Тогда я повернулась ко второму мужчине, чьё присутствие ощущалось особенно остро — не столько из-за его взгляда, сколько из-за той безмолвной оценки, что в нём читалась.
— А вы?.. — спросила я, с интересом уставившись на своего собеседника.
Он выпрямился, будто внезапно вспомнил, кем является, приосанился, и голос его зазвучал громко и гордо:
— Кристиан Виери. Герцог Вилантийский, наместник Нижнего Долеса, хранитель Чертополосского ущелья и правопреемник дома Виери.
Я едва заметно подняла брови. Да уж, титул внушительный. Если бы не полуразваленное поместье, висящие на нитке запасы и скромная трапеза из бобов, можно было бы подумать, что передо мной — настоящий правитель целой провинции. Хотя, кто знает… может, так когда-то и было.
Вот только если всё это правда — что же тогда пошло не так? Что случилось с его семьёй, с землёй, с положением? Вопросов становилось всё больше, и я знала: рано или поздно, но ответы мне понадобятся.
Похоже, мои размышления и безобидный интерес были восприняты Кристианом совсем не так, как я ожидала. Мужчина едва заметно дёрнул уголком губ, как будто собирался что-то сказать, но вместо этого резко подался назад, отступая к двери.
— Боюсь, мне нужно заняться делами, — коротко бросил он, не встретившись со мной взглядом. — Простите, мисс.
Он развернулся и поспешно покинул кухню, оставив за собой лишь лёгкий скрип половиц да ощущение внезапно повисшей тишины. Я моргнула, немного озадаченная. Уж не показалось ли мне, что разговор задел какую-то болезненную тему?
Орлин провожал удаляющегося господина взглядом, в котором читалась смесь понимания и тихой грусти. Старик покачал головой, как будто в сотый раз видел подобное, а затем, переведя взгляд на меня, едва заметно улыбнулся.
— Простите его, госпожа. Его Светлость многое пережил, — мягко проговорил Орлин, и в голосе его не было ни укора, ни осуждения. Только сочувствие. Я кивнула, хотя вопросов у меня стало только больше. — Пойдёмте, я лучше покажу вам вашу комнату, — вежливо предложил мне старый слуга, легко махнув рукой, приглашая следовать за ним.
Мы покинули уютную кухню, и я вновь оказалась в пустом коридоре, который вскоре вывел нас в центральный холл. Отсюда вверх вела широкая мраморная лестница — некогда, вероятно, величественная, а теперь с заметными трещинами на ступенях и слегка покосившимися перилами. Однако даже в своём запустении она всё ещё хранила отблеск былого величия.
Поднимаясь по ступеням, я старалась не смотреть под ноги — каждый шаг отзывался лёгким эхом, будто напоминая, что этому дому есть что сказать… если прислушаться.
На втором этаже Орлин уверенно свернул налево и остановился перед третьей дверью по коридору. Ручка поблёскивала латунью — видимо, её недавно чистили.
— Здесь ваша комната, госпожа Александра, — сказал он и слегка склонил голову. — А та часть, — он кивнул в сторону противоположного крыла, — принадлежит Его Светлости. Просил туда не заходить… Без надобности, конечно.
Я кивнула, не задавая лишних вопросов, хотя внутреннее любопытство тут же забилось крыльями.
— Всё левое крыло в вашем распоряжении, — добавил Орлин чуть живее. — В конце коридора есть библиотека. Правда… — он понизил голос, — книг годных к чтению там осталось немного. Остальные… — он почесал затылок, — ушли за долги.
Последние слова мужчина проговорил с лёгким смущением, словно ему было стыдно за то, на что не мог повлиять. Пожал плечами, словно извиняясь за дом, который уже давно жил не по аристократическим правилам.
Я всё же улыбнулась — не столько ему, сколько тому, что теперь у меня была хоть какая-то комната. И даже библиотека. Пусть и неполная.
Кристиан Виери
Я вышел из кухни с той внешней невозмутимостью, которую от меня привыкли видеть. Шаги были размеренными, спина прямая — всё как полагается человеку моего титула. Только вот стоило двери за спиной мягко, но ощутимо хлопнуть, как плечи будто сами по себе опустились. Шаг ускорился — не из-за спешки, а скорее из желания уйти от вереницы мыслей, что вдруг закружились в голове вихрем.
Она. Незваная, незапланированная, неожиданная. Словно мимоходом, сама того не понимая, девушка зацепила что-то важное. Что-то такое, что я годами прятал под слоем привычек, обязанностей и молчаливого смирения. Неужели всё это ещё живо во мне? Чувствительность, уязвимость… надежда?
Я нахмурился и ускорил шаг ещё немного, будто хотел убежать от самого себя. Вскоре оказался во внутреннем дворе — это место всегда помогало мне собраться. Здесь, среди серых камней, скрипов и запаха свежей древесины, всё становилось проще.