Истинная. Перерождение. Второй шанс для темного мага
Шрифт:
– Кого? – напряженно уточнил Келлфер. – Я не могу убить демона, с которым заключил сделку, без его прямого приказа. Но он велел мне слушаться тебя, так что…
– Убей Чайора Гиросиросиаайе! – сразу же повторила Теа, понимая, что Келлфер имеет в виду.
Улыбка, промелькнувшая на губах мага, осталась незамеченной Теа, рухнувшей под следующей атакой Ми. Демоница играла с ней, как кошка с мышкой – с`аар мало того, что не имел над демоном превосходства, но и оказался меж двух огней: Теа, частично владевшая телом, явно направляла его под удар, в последний миг не давая твари защититься, глуша и направляя в пустоту его атаки.
Демоница поняла это быстро, и у меня сжалось сердце от осознания, что где-то в глубине этого существа еще есть борющаяся с ним наставница.
Ми же, исполняя неизвестную мне договоренность, набросилась на целительницу напрямую, целясь в горло, и миг спустя уже залила губы женщины мерзкой липкой массой, не дававшей ей ни сказать ни слова, ни вздохнуть. Та же жуткая субстанция опутала Теа целиком, изолируя, лишая возможности посылать в мир заговоры, которые демоница видела как волны вибрации пространства.
– Ни слова больше, мой дорогой друг, - глумливо протянула Ми. – Ни приказа, ни заклинания, ни побега.
– Спасибо, Теа, - заглянул в ошарашенно раскрытые, ненавидящие, пустые от боли и ярости глаза Келлфер. – Пойду выполню твой последний приказ.
– А я? – возмутилась Ми.
– А ты пойдешь со мной, - кивнул ей Келлфер. – Только свяжи мою… госпожу. Крепче.
– Эту цепь я оставила для моего хозяина, - высоко рассмеялась Ми, сдирая с себя иллюзию, как ветхое платье, и оставаясь обнаженной. – У меня на него большие планы. Как у него были на меня – и даже больше. Может, ему даже понравится.
– Эту ночь твой господин не переживет, так что цепь тебе не нужна, - оборвал ее Келлфер. – Но я дам тебе выпить его последний вздох, если ты сейчас же скуешь Теа.
– Я могу получить и больше, - пропела демоница. – Ты же не способен причинить им вреда как слуга, верно? Только надеяться на меня, что я стану твоими руками и голосом…
– Зато я способен, - обрушился на Теа сзади Роберт.
Я вздрогнула вместе с демоницей, не понимающей, как она не заметила появления воина. А Роберт даже не стал шептать – просто ударил Теа по шее сзади, оглушая, а когда она рухнула, в течение пары мгновений обволок целительницу в непроницаемый кокон поверх субстанции, в которую ее погрузила до этого Ми.
– Получилось, - вместо приветствия оповестил его Келлфер.
Воздух запылал, и Роберт с невероятной скоростью извернулся так, что тысячи раскаленных и острых, как иглы, потоков, не задели его кожи, лишь сорвали несколько прядей волос.
Но появившийся демон, воспользовавшийся задержкой, поймал Роберта в тиски – и сжал, ломая кости. Однако и тут каким-то чудом воин сумел вывернуться, оставляя в воздушном прессе часть собственной плоти, и рухнул наземь, огораживаясь от следующего удара.
Тут же на Чайора набросилась сзади его бывшая рабыня – и тот отшвырнул ее, протыкая когтями грудину, ломая ребра, дробя чудовищным ударом ноги. Женщина взвыла, но перевернулась, не давая своему мучителю насладиться победой, и оскалилась.
.
А за спиной Гиросиросиаайе уже стоял Келлфер.
Демон обернулся, мгновенно забыв и о корчащемся от боли Роберте, и о своей рабыне. Он перевел взгляд на Ми, подмигнувшую ему из последних сил, и потом снова на своего врага.
– Как ты смеешь? – прошипел Чайор.
– Ты приказал мне слушаться Теа, а Теа приказали мне убить тебя, - спокойно ответил Келлфер. – Пять с половиной сотен лет назад ты воспользовался моим отчаянием и заключил со мной сделку. Я благодарен тебе. Ты достойный соперник. Умри.
Золотые глаза удивленно расширились.
– Как интересно! – пропел демон, совсем как с`аар, говоривший со мной недавно. – Ничтожество...
И тут Келлфер сделал шаг в сторону – и Келлферов сделалось пятеро. Еще одно движение – и точных копий вокруг демона собралось еще в пять раз больше. Демоница досадливо поджала губы: она видела, что это всего лишь иллюзорный трюк, как, должно быть, видел это и Чайор. Демон расхохотался и бросился прямо на иллюзию, раздирая когтями пространство. И тут все копии Келлфера ударили разом.
Двадцать пять фигур сделали одинаковое, синхронное движение – тычок рукой вперед, и демон оказался проткнут со всех сторон воздушными клинками. Но не воздух был страшен. Ми плотоядно облизнула губы, ощутив знакомый запах жемчужного яда.
– Встроить эликсир в иллюзию невозможно, - выдохнула она с восхищением, вставая, без опаски опираясь на сломанную ногу, не замечая адской боли в груди. – Прекрасно. Конец, достойный черни, мой господин. Глупейшая и недостойная смерть. Каково это – быть первым демоном, погибшим от руки низшей твари, в которой демонической крови меньше, чем воды в магме священных гор? Как красиво!
Демон лежал на потрескавшемся обсидиане и хрипел, задыхаясь. Его белое лицо потускнело, щеки еще больше впали, превращая ео в скелет, обтянутый перламутром, глаза впали и помутнели, словно у давно выловленной рыбы. Изо рта вырывалось похожее на бульканье сипение. Он пытался шевелить когтистыми пальцами, и когти по-прежнему оставляли на камне щербины, но магию больше не источал.
Вместе с Ми я подошла к издыхающему чудищу и приблизила свое лицо к его, ловя последние вздохи жадными губами.
– Лучше не трогай его, - предупредил ее Келлфер. – Яд.
– Я только посмотрю, - прошептала бывшая рабыня. – Это восхитительно. Вос-хи-ти-тель-но, - пропела она, ловя последний стон лорда Чайора. – Вот и все, Келлфер, - распрямилась она неохотно. – Теперь вы можете взять себе демоническое имя, выходец из Альвиара. Я ваш свидетель, и замок примет вас. Какой нонсенс, какой плевок в лицо всем демонам.
Она подошла к Келлферу вплотную. Я глядела на любимое лицо чужими глазами и поражалась тому, насколько оно красиво. Ми же призывно провела руками по груди, скользнула мокрыми от крови пальцами по животу, а затем облизнула уже не скрытые пологом губы.
– У тебя есть ко мне какие-то претензии, леди Ориаасалайе? – серьезно осведомился Келлфер.
– Они в Альвиаре?
– Да.
– Ты приведешь их ко мне?
– Да.
– Он по-настоящему мертв?
– Да.
– Тогда нет никаких претензий, Келлфер Гиросиросиаайе, - сощурилась Ми.
Взор ее метался по щитам. Она чуяла в шепчущем слабость, рану, но не могла понять ни ее локализации, ни серьезности. Наконец Ми отступила, признавая его право жить.
– Забирай свою женщину, глядящую сейчас на тебя моими глазами, и будь свободен. Я сберегла ее для тебя, хоть она тебя и не стоит, человек, убивший демона.