Чтение онлайн

Во время привала раскрывают шатёр для вождей и их истинной.

Лисах снимает меня с коня Олса и несёт в шатёр на руках. Устраивает меня между Олсом и собой на удобных мягких подушках перед низким столиком.

Алирх напротив нас. Смотрит на меня неотрывно.

От тёмного нечитаемого взгляда старшего вождя я робею, и ещё… как бы я не отводила взгляд, он всё равно притягивается к его украшенному шрамами телу.

Ловлю себя на том, что стоит отвлечься, как я снова смотрю на гармоничные узоры, рассматриваю извилистые линии. Даже на его молодом лице, узоры выглядят красиво.

Я вдруг понимаю, что все три брата — на самом деле молоды. Может, лет на пять-десять старше меня. Из-за загрубевшей от степных ветров плотной кожи и непривычного зелёного цвета они кажутся старше и страшнее, чем они есть.

Особенно Алирх, из-за шрамированного узора, но теперь, когда у меня есть возможность рассматривать и сравнивать их лица, мне всё более очевидно, насколько все трое вождей красивы. Только смущение не позволяет мне пялиться на них открыто.

Тем временем Олс и Лисах накладывают для меня еду.

Лисах с лукавой усмешкой, которая так ему идёт, протягивает мне небольшие кусочки незнакомой, но одуряюще пахнущей еды.

Ммм… как вкусно!.. Щурюсь от удовольствия, просто тает на языке.

Вдруг чувствую, что-то не так. Распахиваю глаза и понимаю, что все трое смотрят на мои губы, на моё лицо: жадно, неотрывно, с нетерпеливым огнём в глазах.

От этих взглядов мне становится горячо-горячо…

Особенно от взгляда Алирха — именно от него я засмущалась сильнее всего.

Робость перед старшим вождём я всё-таки страшную испытываю. К Лисаху и Олсу я уже немного привыкла, но Алирх… меня к нему однозначно тянет, но и пугаюсь я его совершенно точно сильнее остальных.

Не знаю, как я смогла доесть. Наверное, потому что Лисах и Олс по знаку Алирха отводят от меня взгляды и сами принимаются за еду, даже Лисах больше не предлагает мне ничего из еды, и не трогает меня.

Потом мы выходим из шатра, и Лисах подхватывает меня и сажает на коня к… Алирху!

Вот теперь я не на шутку пугаюсь. Съёживаюсь в его громадных украшенных узорами шрамов руках и опускаю голову.

Странно, но Алирх не пытается меня поцеловать. Просто приподнимает меня за талию, как пушинку, усаживает на подушке перед собой и трогает коня.

Постепенно я расслабляюсь. От тяжёлой руки старшего вождя на моём животе мне горячо.

Сама не замечаю, как устраиваюсь удобнее и облокачиваюсь на него, огромного, рельефного. С удивлением понимаю, как же мне в кольце его могучих рук хорошо.

Очень хорошо. Спокойно. Надёжно. Старший вождь не пытается меня трогать как-то иначе или говорить со мной. Просто держит, чтобы я не упала с коня, и всё.

Вдруг понимаю, что мне очень хорошо так ехать с Алирхом… спокойно. Надёжно.

Прислушиваясь к его глубокому ровному дыханию, я незаметно засыпаю. Всё же мало спала.

Просыпаюсь, когда уже темнеет. Мы въежаем в новый лагерь, раскинутый под степным небом.

С коня Алирха меня снимает Олс, берёт меня на руки, бережно прижимая к себе, и несёт меня в шатёр.

Здесь, в шатре Олса, только мы вдвоём, хотя я опасалась, что снова придёт Лисах или Алирх. Слишком уж сильно я смущаюсь их всех, даже Лисаха.

В шатре у одного края накрыт небольшой столик, он уставлен едой. Оказывается, я дико голодна. Начинаю есть, поглядывая на Олса. Он невозмутимо ест, изредка останавливая на мне свой властный тяжёлый взгляд, но, заметив, как я ёжусь от этого, опускает глаза и возвращается к еде.

Когда мы поели, оказывается, здесь есть тёплая вода в большой бочке. Олс даёт мне возможность помыться за плотной занавесью. Я загораживаюсь от него тяжёлой тканью, расшитой богатыми узорами. Торопливо моюсь. Опасаюсь, что зайдёт…

Я же понимаю, к чему всё идёт. Олс будет присваивать меня, как и его младший брат.

Олс больше Лисаха. Меня страшит предстоящая близость. То, что она будет, мне уже очевидно.

Впрочем, я помню, как Лисах говорил, что он не будет ничего делать, если я откажу. Могу ли я отказать среднему брату?

Намывшись, я просушиваюсь артефактами, создающими поток воздуха вокруг меня, надеваю приготовленную для меня одежду — шёлковый красный халат с широким поясом и узорами. Красиво… Ткань льнёт к телу. Хорошо, что он длинный и закрытый.

Робко выхожу из-за занавеси. Олс стоит у входа, смотрит на звёзды.

— Ева, подойди, — тихо приказывает Олс.

Тон его низкого голоса звучит мягко, но властные интонации дают понять — ослушаться нельзя.

Я осторожно подхожу, и Олс берёт мою руку. Гладит кончиками крупных пальцев чёрточки будущего цветка на моём пальце. Наклоняется к моей руке, целует её, а потом ведёт меня к пышной постели с многочисленными подушками у дальней стены шатра.

— Отдохни с дороги, — говорит Олс, внимательно глядя на меня, — я тоже ополоснусь.

Он уходит за занавесь, но я не хочу ложиться. Хожу вдоль постели туда и обратно.

Вряд ли предводители орков будут причинять мне вред. Они явно куда-то торопятся. К жертвеннику этому? Слово “жертвенник” всё-таки меня пугает. Какую жертву они там собираются принести? Очень надеюсь, что всё же не меня…

Уж слишком заботятся обо мне. Следят за моим удобством, чтобы я достаточно пила, ела, гуляла и могла ополоснуться во время привалов.

У меня красивая удобная одежда и обувь, амулеты от дорожной и верховой усталости… всё, о чём только можно подумать, у меня всё есть.

Я обхватываю себя за плечи. Смотрю на постель со страхом, хотя и чувствую в теле томление и… предвкушение…

Да, с Лисахом мне было очень хорошо… но я боюсь Олса.

Сегодня Олс целовал меня так, что я про всё забыла, даже хотела пойти с ним немедленно в шатёр.

Но… сейчас, когда из-за занавеси доносится плеск воды, наедине с собой, у меня множество страхов и сомнений.

Осторожно отхожу от постели и выглядываю из шатра. Вот что мне делать? Я бы сбежала, но куда?..

Мне точно не выбраться из лагеря. Наткнусь на любой патруль или на стражу, вон неподалёку темнеют молчаливые силуэты здоровенных орков.

Смотрю в ночное небо. Я очень надеюсь, что Олс, как и Лисах, скажет о моей возможности отказаться. Я бы тогда отказалась. Наверное…

Любуюсь ночным небом. Красиво. Жаль, что это не может унять все мои страхи и тревоги.

На мои плечи вдруг опускаются тяжёлые ладони. Я вздрагиваю от неожиданности. Разворачиваюсь и смотрю в глаза среднего брата.