Чтение онлайн

Он упустил момент, когда к нему подкрались, и это определенно его оплошность. Зато ему повезло в том, что ударили недостаточно сильно: было больно, и перед глазами закружились черные пятна, но сознание он не потерял. У него даже каким-то чудом получилось отскочить в сторону, и тот, кто атаковал его, при попытке ударить снова повалился вперед, на пол. Гарик выиграл себе паузу, чтобы хоть как-то подготовиться к обороне.

Конечно, Виктория Новикова вполне могла у него эту паузу забрать, если бы поддержала своего союзника, бросилась на профайлера сама. Но она в бой не рвалась, себя она явно жалела. Все ее усилия ушли на то, чтобы метаться по комнате и истерично визжать:

– Убейте его! Убейте! Он мент, по ходу, выследила нас эта погань!

Развеивать подозрения Вики или вообще говорить с ней Гарик не собирался, он отчаянно соображал, во что вляпался. Новикова говорит с кем-то во множественном числе, это плохо. А вот то, что она не просит о помощи, а приказывает, – как раз хорошо. Похоже, эта истеричная бабища все-таки лидер группы, следовательно, ее подчиненные слабее, глупее или все сразу. В любом случае, это давало Гарику возможность выкрутиться, за которую следовало держаться до конца.

Он отступил, прижался спиной к стене, чтобы на него снова не напали сзади. Теперь, получив хоть какое-то прикрытие и оправившись от удара, он смог разглядеть, кто его ударил. Что ж, относительно предсказуемо… С ковра уже вставала размалеванная девица, на первый взгляд лет двадцати пяти-тридцати, по факту это были плохо накрашенные шестнадцать. И замечательно, что она оказалась такой же истеричной, как мать, атаковала Гарика сама, не дождалась, пока до дома добегут два ее ровесника, теперь поднимавшие эту голосящую дуру с пола. Силы любого из них вполне могло хватить, чтобы профайлер сразу отключился… Да и сейчас ему совсем не хотелось эту силу измерять, но выбора ему никто не давал.

– Нужно избавиться от него! – настаивала Новикова. – Вы знаете, как!

Очень интересно… Это тупость или хитрость? По сути, она только что сдала своих сообщников предполагаемому «менту», непрозрачно намекнув, что они уже от кого-то избавились. В другом случае Гарик заподозрил бы тонкий расчет, но, глядя на раскрасневшуюся, потную Новикову, допускал, что это такое простодушие тетки, которая слишком глупа, чтобы оценить масштаб преступления.

При этом рисковать собой Вика по-прежнему не планировала. Когда малолетки приблизились к Гарику, освободив выход, она тут же рванулась из комнаты. Она не собиралась даже наблюдать, чем дело кончится, затихающий топот указывал, что она ломанулась к машине. Даже если ее союзники победят, выбираться с места преступления им придется самим.

– Вы что, не соображаете, что ей плевать на вас? – не выдержал Гарик. – Вы – расходный материал, которым легко пожертвовали!

– Неправда! – огрызнулась девица. – Мама никогда нас не покинет!

– Она уже мчит в сторону Саратова.

– Заткнись!

Парни в разговоре не участвовали, но это не от внезапно включившихся мозгов и не от сомнений. Судя по лихорадочно горящим взглядам, эти двое были в такой же панике, как и девица, просто некоторые от страха молчат, некоторые – рот не закрывают.

Ну а страх этот не мог быть вызван только тем, что они один раз дали Гарику по голове. Получается, именно эти трое участвовали в убийстве Чарушина… И кто-то из них раздробил ему череп. Выяснять на собственном опыте, кто именно, Гарик не собирался.

Он по-прежнему не считал свое положение безнадежным – хотя бы потому, что это бессмысленно и сохранению жизни не способствует. Да, у них есть опыт убийства, это чертовски плохо. Но это было не убийство сопротивляющейся жертвы!

Поэтому он напал первым, быстро и уверенно. Рванулся на парня покрепче, ударил в полную силу, толкового сопротивления не встретил: как он и предполагал, малолетки никогда еще не сталкивались с равным. Со взрослым, который не боится бить только потому, что «они же дети». Да, судя по пухлым мордочкам, парням нет восемнадцати, да и то не факт, может, просто притормозили в развитии. Но тела у них были вполне взрослые, и недооценивать их возможности Гарик не собирался.

С одним малолеткой он бы справился без труда, но второй слишком быстро опомнился, пришел на помощь товарищу, да и девица эта с визгами то и дело путалась под ногами.

– Вы хотя бы понимаете, что вам будет за убийство мента? – спросил Гарик, в очередной раз откидывая истеричную малолетку. – Это не то же самое, что убить беспомощного деда! За него вы бы получили обеспечение государственным жильем лет на двадцать. Лучшие годы в заднице – но хоть не все! А за меня вас даже судить не будут, пристрелят при задержании, как бешеных собак, и конец игры!

Они не отвечали ему, но ответ он все равно получал: по их взглядам, по скорости движения, по тому, кричали они или просто возмущенно сопели в ответ. Ни на миг ни в чем не усомнилась только девица. Она была болезненно преданна Вике, полностью зависела от нее, и такое обычно не формируется за неделю, девочка и мать годами находились в отношениях паразита и носителя. Похоже, эта малолетка не способна принимать самостоятельные решения, даже если очень захочет – но она не захочет.

Парни – другое дело. Их в эту историю втянули извне, приманили чем угодно: любовью малолетней девицы, свободой, деньгами. Может, опоили и даже что покрепче подкинули. Ну а потом они замарались в истории с Чарушиным и отступить попросту не могли.

На них слова Гарика как раз действовали, они сомневались, то и дело переглядывались, били уже не так уверенно. Лишь поэтому им троим пока не удалось скрутить одного взрослого мужчину, получившего удар по голове. Но и ума на то, чтобы остановиться, им не хватило, и они метались по дому, пока не оказались возле очередной двери.

Гарик ожидал, что там будет еще одна комната – однако за дверью обнаружилась лестница, ведущая в подвал. Едва дверь открылась, оттуда ударила волна спертого воздуха, пронизанного головокружительной вонью. Гарик знал, что испускает такой запах, вариантов нет, и идти к этому ему не хотелось, но принимать решение профайлеру не пришлось. Он и в лучшие-то времена смог бы удержать равновесие лишь чудом, а теперь, когда у него кружилась голова после удара, и шанса не было. Лучшее, что он сумел сделать, – утянуть вниз обоих парней. Ну а девица, как покорная собачонка, поспешила за ними.

Он прекрасно помнил, что с телом Чарушина поработали еще на месте убийства, и знал, что увидеть тут может что угодно. Гарик был уверен, что им хватило ума за такой срок да при таких условиях избавиться от останков! Но нет, преступники оказались даже глупее, чем он предполагал. И тем обиднее было за человека, которого они уничтожили… С другой стороны, если бы убийцы оказались гениями, разве это что-то изменило бы для их жертвы?

Пока что Гарику следовало не за Чарушина переживать, а сохранением собственной жизни заниматься! Он сделал все, чтобы два малолетних дуболома оказались под ним, смягчили ему удар своими тушами, и в этом он преуспел, потому что только он знал, как правильно себя вести, пацаны совсем растерялись. При падении из них вышибло дурь, девица вниз еще не добежала, и Гарик получил долгожданную паузу, чтобы осмотреться.

Подвал был таким же аккуратным, как дом. Но если дом успели загадить, то тут было чисто, сюда принесли лишь две большие пластиковые бочки. Ну а потом не спускались, потому что крышек на бочках не было, Новикова и компания решили проблему в меру интеллектуальных способностей: закрыли дверь и, скорее всего, заткнули пространство под ней какой-нибудь тряпкой, чтобы запах не просачивался.

Несложно было догадаться, что они пытались сделать: растворить фрагменты так, чтобы никто ничего не нашел. Но поскольку Гугл в этом деле не помощник, а все знания преступников ограничивались фильмами и сериалами, получилось у них плохо. Вместо идеального сокрытия улик они добыли дополнительную статью к и без того длинному списку.