Источник света
Шрифт:
Но то, что было для них ошибкой, для Гарика сейчас обернулось возможной дорогой к спасению.
– Прости, Виталий Иваныч, но тебе придется сделать еще одно доброе дело, жертвуя собой, – тихо произнес Гарик.
А потом перевернул одну из бочек. Ее содержимое хлынуло на трех малолетних преступников, в этот миг оказавшихся рядом. Гарик прекрасно знал, что фактического вреда здоровью от этого не будет: судя по содержимому, они накосячили с химией, концентрация не та, обойдется без ожогов. Но ведь есть еще моральный вред! Те, кто оказался в подвале, не успели окончательно оскотиниться, как Новикова, и для них волна смерти, захлестнувшая их, могла обернуться годами ночных кошмаров.
И это, как ни странно, хорошо… Потому что порой только кошмары способны вернуть преступнику хоть какое-то подобие души.
Но все это будет позже, а пока Гарик добыл себе три-четыре секунды форы, не больше. Под потоком зловонной жижи даже девица утратила свою фанатичную преданность матери, орала она теперь так, будто ее кислотой облили. Может, этого и боялась? Она, в отличие от Гарика, не знала, что не растворится. Парни же застыли от ужаса, они, кажется, даже не заметили, как недавняя жертва пробежала мимо них.
Гарик не позволил себе ни мгновения паузы, не было у него подобной роскоши. Под влиянием адреналина даже головокружение отступило, вернув ему привычную легкость движений. Он взлетел вверх по лестнице и тут же захлопнул дверь. Замка снаружи не нашел, да оно и понятно: нормальные люди такой замок редко устанавливают. Но это ничего, дверь открывается в коридор, подпереть ее несложно, и она достаточно крепкая, удары выдержит.
Гарик заблокировал дверь журнальным столиком и из мстительности выключил в подвале свет. Он не сомневался, что скоро испуганный вой дополнится отчаянными ударами по дереву. Дожидаться этого момента Гарик не собирался, он достал из кармана смартфон, обнаружил, что устройство полет с лестницы как раз не пережило, и отправился искать альтернативу. Во многих домах городского телефона давно уже нет, тогда пришлось бы идти пугать своим видом соседей… Нет, мироздание решило поберечь им нервы, аппарат профайлер все-таки нашел и набрал номер полиции, отметив, что туда в последнее время звонит чаще, чем домой.
– Добрый день, я сейчас назову адресок, тут чрезвычайная ситуация… Дом явно чужой, а не тех, кто тут обосновался. В подвале полуразложившийся труп, который опознать не удастся, но я, по счастью, знаю, кто это. Рядом с ним мечутся великовозрастные детишки, которые и пытались его законсервировать. Но на фоне всего этого откровенного бардака вы, скорее всего, по старой традиции отправите за решетку меня.
Если бы Таиса была героиней фильма или какой-нибудь книги, она бы, конечно же, проигнорировала указание Форсова и рванулась навстречу приключениям. Однако Таиса была живым человеком – и ей очень хотелось остаться живым человеком. Поэтому, когда опытный психолог-криминалист подтвердил ее опасения насчет того, что за вывеской курсов саморазвития может скрываться секта, и посоветовал не соваться туда одной, она с готовностью подчинилась.
Таиса не собиралась закрывать на случившееся глаза, потому что секта такого уровня сама по себе не исчезнет. Но и влезать в это дело без подстраховки – предпоследний шаг перед самоубийством. Особенно при том, что Гарик и Матвей наверняка скоро освободятся. Таиса подумывала примкнуть к одному из них, помочь, чтобы дело пошло быстрее, и она даже решила, к кому именно, хоть и запретила себе раздумывать о том, почему сделала именно такой выбор…
Она просто не успела. Отправляться к другим ученикам Форсова нужно было точно не на ночь глядя, и Таиса планировала дисциплинированно дождаться утра, но за час до полуночи ее телефон изошел звонками, намекая, что какой-то обладатель незнакомого номера очень хочет с ней поговорить.
Теоретически это мог оказаться Гарик, которому скучно, и отвечать ему как раз не следовало. Но при профессии Таисы отмалчиваться было опасно, и она просто пообещала себе, что за шутки открутит кому-нибудь нечто наименее ценное, например, голову, и все-таки приняла вызов.
Это был не Гарик – потому что он ни при каких шутках не способен шептать напряженным девичьим голосом.
– Я знаю, что ты меня ненавидишь, но мне реально нужна помощь, а больше никто сейчас не подходит.
– Оля? – поразилась Таиса и зачем-то посмотрела на экран, хотя цифры по-прежнему оставались незнакомыми и ничего не гарантировали. – Ты с чего вдруг звонишь на ночь глядя? Что-то с Денисом?
– С папой все так же, а будет хуже, потому что никто не собирается его защищать! Значит, это придется сделать мне.
– Оля, что ты задумала?
– Я знаю тетку, которая его в это втянула… Я и так была с ней знакома, а теперь нашла ее имя в документах в папином кабинете… Она явно в этой секте или самая главная, или одна из главных!
– Самый главный там мужик, – уточнила Таиса. – Если это вообще секта! Где ты? Я приеду к тебе, и мы все обсудим…
– Можешь приехать, но обсуждать я ничего не намерена. Хватит уже болтовни, надо действовать!
– Оля!
– Да со мной никто не говорит! – Девочка на миг сорвалась на крик, но быстро опомнилась и снова заговорила тихо. Она явно находилась в месте, где орать не следует. – Меня не воспринимают всерьез, только сюсюкают и мямлят, что все будет хорошо. Ага, само как-нибудь выправится, хрен там! Но поговорить можешь ты, ты же у нас психолог… Короче, или ты говоришь, или я действую!
– Хорошо, я поговорю с этой женщиной, где бы она ни была, завтра…
– Нет! Знаю я это «завтра»… тебе как раз хватит времени, чтобы сдать меня службе опеки! Сегодня, сейчас, пока она не подготовилась… Я знаю ее адрес, скину тебе. Если не приедешь, я сама все сделаю!
Оля завершила вызов, а спустя минуту с ее номера прилетело текстовое сообщение с адресом.
Логика все равно была детская: Таисе и десяти минут хватило бы, чтобы связаться со службой опеки, перебросить проблему им, отключить телефон и забыть обо всем. Но она так не могла… Во-первых, она вошла в жизнь этой девочки, а что она не хотела и не была готова – раньше надо было думать! Во-вторых, если под вывеской «Ноос-Фронтир» действительно скрывается секта, они все равно узнают про Олину диверсию и вполне могут избавиться от ребенка. Поэтому следовало сразу намекнуть им, что в это дело вовлечена не только маленькая девочка.
Неплохо было бы связаться с нынешним опекуном Оли, выяснить, как она вообще удрала посреди ночи, в каком была состоянии, что взяла с собой… Но с этим проблемы возникли сразу: у Таисы сохранились только контакты отца девочка, а он сейчас знает меньше всех, если вообще говорить способен! Нет, нужно самой… Как получится.
Свою машину Таиса брать не стала, вызвала такси, обеспечивая доказательство того, что она приехала по этому адресу – на случай, если дело покатится непонятно куда. По пути она отправила сообщение с подробным описанием своих планов Форсову, лучшей подстраховки она не придумала. Гарик и Матвей приехать не успеют, оба сейчас за городом… Да и вообще, есть еще вероятность, что там все пройдет мирно, нет смысла вызывать кавалерию!
Адрес, сброшенный Олей, привел Таису в элитный жилой комплекс – из тех, что окружены забором, а возле шлагбаума и калитки непременно находится будка охраны. Все, что угодно, для комфорта и безопасности жильцов. Это внушало надежду на то, что стремление Оли изображать доморощенную террористку разобьется о суровую действительность, и обе они вместо того, чтобы позориться, поедут по домам.
Но для того самого хэппи-энда оставалось Олю найти, а с этим наметились проблемы. Отпустив такси, Таиса обошла территорию по периметру, сделав вид, что гуляет. Оли по-прежнему нигде не было, поздний час постепенно тушил окна в нужном доме, и профайлеру это нравилось все меньше. Устав от ожидания непонятно чего, Таиса попросту набрала номер девочки.