Чтение онлайн

– Сообщников не обнаружили? – уточнил Николай.

– Сообщников там и не могло быть, – отозвался Матвей, не сводя глаз с дороги. – У нас определенно собственник, эгоист и нарцисс. Истинную эмоциональную привязанность скорее имитирует, чем испытывает, хотя мог делать это неосознанно.

Форсов кивнул, зная, что ученик заметит это через зеркало заднего вида. У Николая не было времени внимательно изучить дело семьи Шевис, но по отчетам только такой вывод и складывался. Максима Увалова не устраивала бабушка, ставшая его опекуном, и сразу после ее смерти он вычеркнул из своей жизни все воспоминания о ней. Некоторое время он оставался один, но потом рядом появились Шевисы, которые имели неосторожность отнестись к нему слишком тепло.

Максим решил, что они подходят на роль его семьи. Почему нет? У него никого не осталось, а дети Шевисов определенно недостаточно ими интересуются, чтобы получить таких родителей. Максим решил, что, если он просто примет на себя роль нового сына, остальной мир подстроится.

Шевисы же не были готовы к столь резким переменам, постоянное присутствие соседа в их жизни напрягало. Они начали потихоньку обозначать границы: неотвеченными звонками, не поступившими приглашениями… Максим все еще работал на них, они ему платили, и им казалось, что этого достаточно. Какова была вероятность, что они распознают опасного психопата? Да практически нулевая.

Сообразив, что новых мамы и папы, принимающих его с распростертыми объятиями, не будет, Максим устроил весь этот спектакль с болезнью Валентины. Вряд ли он верил, что таким образом заставит Шевисов полюбить его. Но настоящая любовь была ему и не нужна, ему требовался контроль, и это он как раз получил. Он не просто убил их, заменив лекарства и установив в доме газовое оборудование, он наблюдал за этим. Некоторое время он даже верил, что всех перехитрил, ведь полноценного расследования не было, дети Валентины и Анатолия пусть и скорбели, но ни в чем не сомневались. У Максима были все основания праздновать победу – до появления профайлера.

– Под суд пойдет, – завершил рассказ Матвей. – Он и адвокат, насколько я знаю, планируют делать ставку на помешательство. У них ничего не выйдет, экспертиза признает его вменяемым, от наказания не отвертится.

– Да уж… Раньше нам приходилось беспокоиться только о реальных людях, теперь еще из чужих голов выползают виртуальные персонажи, – усмехнулся Николай.

– Не так уж сложно отличить одно от другого.

– Это тебе с твоими знаниями. Обычные люди уже путают, а когда нейросети разовьются еще больше, начнем путать и мы.

Матвей отвечать не стал, не похоже, что его волновало будущее. Да и Николаю куда важнее был настоящий момент. Когда он запросил возможность осмотра того самого поселка, где изнасиловали Настю Токареву, Бояров легко согласился. Так же легко, как когда-то пустил на эту территорию полицию, да и понятно, почему: он научился заметать за собой следы. Вместе с тем он дал понять: на сотрудничество он идет последний раз, следующего осмотра придется добиваться через суд… И, скорее всего, потерпеть поражение, потому что не будет оснований.

Поэтому Николай и пригласил с собой учеников. Собирался обойтись только двумя: Матвей и так освободился, Таиса и не была занята, ей как раз требовалось на что-то отвлечься после той истории с гибелью Балавиной. Их бы хватило, но на место встречи без приглашения явился Гарик, заметно избитый, однако привычно сияющий улыбкой. Отговорить его от очередной авантюры хором пытались Таиса и Вера, Николай и Матвей предпочли не тратить время на нечто заведомо обреченное на провал. Так что к коттеджному поселку они направлялись на трех машинах.

Бояров лично встречал их у ворот, изображая смирение. Впрочем, он не слишком старался, просто перестраховывался на случай, если его снимают скрытой камерой. Взгляд у продюсера при этом оставался настороженным и злым.

– Показать вам, где проходили съемки? – поинтересовался Бояров.

– Нет нужды, – покачал головой Форсов. – Коттедж, в котором проходили съемки, подвергся особенно внимательному обыску со стороны полиции. Но кто угодно догадался бы, что так будет, и вы не стали бы совершать преступление там.

– И что же вы тогда планируете делать?

– Погуляем просто, – бодро отозвался Гарик. – День-то какой хороший! Это что, приволжский лупоглазый зяблик? Вы только взгляните на эту прелесть!

Николай был больше чем уверен, что подобного вида не существует, да и птицы там, куда указывал профайлер, не было. Но Гарик играл гораздо убедительней Боярова, и кто угодно поверил бы, что он и правда позабыл о расследовании в стремлении разглядеть редкую птаху.

Он первым направился в центр поселка, остальные последовали за ним. Может, при иных обстоятельствах Бояров и попытался бы помешать, но теперь он разглядывал ветви, пронизанные солнечными лучами, пытаясь найти среди них загадочное пернатое.

Место было красивое, никто не удивился бы тому, что его выбрали локацией съемок. При строительстве поселка старый лес проредили, однако не уничтожили полностью, и то тут, то там поднимались к выжженному летнему небу вековые сосны, наполняющие воздух пряным ароматом. Среди их стволов белыми камнями насыпали дорожки, теперь припорошенные сухой хвоей. На месте вырубленных деревьев посадили новые – небольшими группами или длинными аллеями. Цветы и кустарники предпочитали не откровенно садовые, скорее, встречающиеся в природе и так – белый и розовый шиповник, жасмин, сирень, незабудки, ромашки. В оформлении поселка вроде как не было единой схемы, ничего такого, что можно было изобразить строгими линиями и объяснить. Но при этом не было и ощущения хаотичности насаждений, все находилось строго на своих местах, и даже аккуратные деревянные домики смотрелись так, будто выросли из земли по соседству с грибами.

Такое обманчиво уютное место… И при этом оставляющее достаточно возможностей перенести куда-то потерявшую сознание девушку. Хотя то, что это выполнимо, не означает, что это было сделано, на суде такое не аргумент.

Гарик метался из стороны в сторону, восторгаясь то птицами, то белками, то пометом, указывающим на возможное присутствие полинезийского дикобраза. Матвей отошел вперед, разглядывая окна домов. Таиса же оставалась неподалеку от учителя и возмущенно сопящего Боярова.

– Нагулялись? – не выдержал продюсер. – Или у вас такой хитрый способ бесплатно пробираться на места отдыха? Так попросили бы, я бы подарил вам билет, зачем унижаться!

– Вы нервничаете, – равнодушно заметил Форсов. – Могли бы просто злиться, а в итоге нервничаете. Значит, что-то тут все-таки есть. Случай Насти не был единичным, вы делали это раньше и сделаете снова.

– Вы опять за старое?!

– У меня и моих спутников всегда была только одна цель, она осталась неизменной. Вы ведь могли прислать сюда кого-то из своих помощников, но потратили время сами. Вам нужно быстро отреагировать, если мы все-таки что-то найдем, поручить такое кому-то вы не могли.