Чтение онлайн

13. (1) После этого Дионисий, который потерпел неудачу, и ныне отчаялся в сохранении своей тирании, оставил сильный гарнизон в цитадели, в то время как сам, заручившись разрешением, приступил к выполнению обязанностей по отношению к павшим, числом в восемьсот человек, предал их тела великолепным похоронам, увенчав их золотыми коронами и завернув в тонкий пурпур; он надеялся, что такие заботы воодушевят выживших на энергичную борьбу в защиту тирании, и тех, кто вел себя храбро, он удостоил богатыми дарами. И он направил послов к сиракузянам, договориться об условиях примирения. (2) Но Дион постоянно откладывал прием посольства, выдвигая правдоподобные оправдания, и, когда он между прочим в свободное время достроил оставшуюся часть стены, он тогда вызвал посольство, надеясь перехитрить[73] врага, поощряя его надежды на мир. Когда обсуждались условия урегулирования, Дион ответил послам, что только одно решение возможно, а именно, что Дионисий должен уйти в отставку со своего поста тирана, а затем снизойти принять определенные привилегии. Дионисий, так как ответ Диона был высокомерным, собрал своих командиров и начал обсуждать лучшее средство защитить себя от сиракузян. (3) Имея изобилие всего кроме зерна и контроля над морем, он начал грабить деревни, и столкнувшись с трудностями снабжения пропитанием партиям фуражиров, он направил купцов с деньгами на закупку зерна. Но сиракузяне, у которых было много военных кораблей, причалив в подходящих местах, перехватывали большую часть поставок, которые присылали торговцы.

Таково было положение дел в Сиракузах.

14. (1) В Греции Александр, тиран Фер, был убит своей женой Фивой и ее братьями Ликофроном и Тисифоном[74]. Братья сначала получили широкое признание как тираноубийцы, но потом, изменив свои намерения и подкупив наемников, они разоблачают себя как тираны, убив многих из своих противников, и, умудрившись представить свои силы значительными, удержали власть насильственным путем. (2) Клан фессалийцев, называемый Алевады, который пользовался широко известной славой ввиду их благородного происхождения, выступил против тиранов. Но, не имея достаточно сил, чтобы бороться самостоятельно, они призвали Филиппа, царя македонцев, как союзника. И он, войдя в Фессалию, победил тиранов а, когда он утвердил независимость их городов, показал свое истинное дружеское расположение к фессалийцам. А потому в ходе последующих событий не только сам Филипп, но и его сын Александр использовали фессалийцев всегда как соратников.

Рис. Филипп II Македонский.

(3) Среди историков Демофил[75], сын летописца Эфора, рассматривает в своем труде историю так называемой Священной войны, которую продолжил от своего отца, начав свой отчет с захвата храма в Дельфах и разграбления Оракула Филомелом Фокейцем. Эта война продолжалась одиннадцать лет[76] вплоть до уничтожения тех, кто разделил между собой священную собственность. (4) И Каллисфен[77] написал историю событий в эллинском мире из десяти книг и окончил их с захватом храма и нечестивым актом Филомела Фокейца. (5) Диилл[78] Афинянин начал свою историю с разграбления святыни и написал двадцать шесть книг, в которые он включил все события, происходившие в этот период, как в Греции, так и на Сицилии.

15. (1) Когда Элпин был архонтом в Афинах, римляне избрали консулов Марка Попилия Лаена и Гнея Мамилия Империя[79], и состоялась сто шестая Олимпиада, на которой Пор[80] Малийский выиграл забег на стадию. В течение срока их полномочий, в Италии собрались в Лукании множество людей из всех областей, смесь всякого рода, но по большей части беглые рабы. Они поначалу вынужденные вести разбойную жизнь и привыкшие к жизни под открытым небом, делая набеги, упражнялись и приобретали боевой опыт, и, следовательно, так как они постоянно брали верх в стычках с местными жителями, они приобретали все более возрастающее значение. (2) Сначала они взяли осадой город Терина[81] и разграбили его полностью, а затем, взяв Гиппоний, Фурии, и многие другие города[82], они создали общее правительство и назвались бруттийцами из того, что большинство из них были рабами, так как на местном наречии беглых рабов называли "bruttians"[83].

Таково было начало[84] народа бруттиев в Италии.

16. (1) В Сицилии Филист, полководец Дионисия, отплыл в Регий и доставил в Сиракузы более пятисот кавалеристов. Пополнив этот отряд и взяв две тысячи пехотинцев, он совершил экспедицию против Леонтины, которая восстала против Дионисия, и ночью, успешно проникнув за стены, захватил часть города. Последовал немедленный ответ, и сиракузяне пришли на помощь Леонтинам, так что Филист потерпел поражение и был изгнан из Леонтин. (2) Гераклид, который были оставлен Дионом в качестве командира боевых кораблей, был задержан бурями на Пелопоннесе[85], и опоздал к возвращению Диона и освобождению сиракузян, но теперь он пришел с двадцатью боевыми кораблями и пятнадцатью сотнями солдат. Будучи человеком очень знатного происхождения, и считаясь достойным высокого поста, он был избран адмиралом Сиракуз, и, будучи назначен главнокомандующим вооруженных сил вместе с Дионом, участвовал в войне против Дионисия. (3) После этого Филист, который был назначен стратегом, и, снарядив шестьдесят триер, провел морское сражение с сиракузянами, которые имели примерно столько же. Когда бой стал жестоким, Филист сначала брал вверх из-за своей храбрости, но потом он был перехвачен врагом, сиракузяне, окружили корабль со всех сторон, делая энергичные усилия для захвата стратега живым, но Филист, боясь пыток в плену, убил себя после того, как выполнил очень много очень важных услуг для тиранов и зарекомендовав себя самым верным другом властителей. (4) Сиракузяне, после того как они выиграли морское сражение, расчленили тело Филиста, протащили его через весь город, и бросили его впредь непогребенным; и Дионисий, который потерял наиболее действенного из своих друзей и не имел другого известного военачальника, будучи сам не в состоянии выдержать бремя войны, послал послов к Диону, первым предлагая ему половину своей власти, но потом дал согласие передать всю власть в его руки.

17. (1) Но когда Дион ответил, что было бы справедливо сдать сиракузянам акрополь, сохранив определенное имущество и привилегии, Дионисий был готов сдать цитадель народу при условии, что он заберет своих наемников, а свое имущество отправит за границу в Италию, и Дион советовал сиракузянам принять это предложение. Но людей убедили отказаться несвоевременные речи демагогов, считающих, что они могут принудить тирана к капитуляции осадой. (2) Впоследствии Дионисий оставил лучших своих наемников для защиты цитадели, а сам, забрав имущество и все атрибуты верховной власти, на борту судна отплыл тайно и сошел на берег в Италии. (3) Сиракузяне были разделены на две группировки, одни считали, что они должны доверить вооруженные силы и верховную власть в государстве Гераклиду, поскольку считалось, что он никогда не будет склоняться к тирании, а другие заявляли, что Дион должен иметь преимущество в правительстве. Кроме того, требовались крупные суммы на жалование пелопоннесским наемникам, которые освободили Сиракузы, а у города не хватало средств, таким образом, наемники, лишенные оплаты, более трех тысяч человек, взбунтовались, и так как все были отобраны за похвальное послушание и из-за их боевого опыта, они все были закаленными ветеранами, которые в доблести далеко превосходили сиракузян. (4) Что касается Диона, когда наемники попросили его, чтобы он присоединился к их восстанию и отомстил сиракузянам как общему врагу, он сначала отказался, но потом, под давлением критических обстоятельств, принял командование над наемниками, и вместе с ними вышел к Леонтинам. (5) Сиракузяне в полном составе, преследовали наемников, преградили им путь, и потеряв много людей[86], отступили. Дион, который победил их в блестящем бою, не питал злобы к сиракузянам, ибо, когда они послали к нему вестника, чтобы организовать погребение павших, он дал им разрешение и отпустил без выкупа пленных, которых было множество. Многие, во время бегства, будучи под угрозой убийства, заявляли, что они на стороне Диона и все по этой причине избежали смерти[87].

18. (1) После этого Дионисий отправил в Сиракузы стратега Нипсия[88] Неаполитанского, человека, который преуспел в доблести и в мудрости полководца, и с ним он послал торговые суда, груженные зерном и другими материалами. Нипсий отплыл из Локр и прибыл в Сиракузы. (2) Наемники тирана, размещенные в Акрополе, так как поставки зерна для них не удавались в то время, были в тяжелом положении из-за нехватки продовольствия, но какое-то время стойко переносили недостаток пищи, а затем, когда человеческая природа поддалась необходимости и они отчаялись в спасении своих жизней, ночью сошлись на собрание и проголосовали за сдачу крепости и себя сиракузянам на рассвете. (3) Ночь была почти на исходе, когда наемники послали глашатаев к сиракузянам, чтобы обговорить условия, но как раз на рассвете Нипсей со своим флотом стал на якорь у Аретусы[89]. Поскольку, теперь, когда нехватка вдруг переменилась на большое изобилие припасов, стратег Нипсей, после высадки своих солдат, провел общую сходку, представил доводы, подходящие к случаю, и уговорил людей рискнуть принять запасы. Так акрополь, который уже почти был отдан сиракузянам, неожиданно спасся вышеупомянутым образом, (4) но сиракузяне, укомплектовав экипажи всех своих трирем, поплыли против противника, так как он все еще был занят разгрузкой припасов. Поскольку нападение было неожиданным и наемники в цитадели могли только отступить в замешательстве от вражеских трирем, состоялось морское сражение, в котором у сиракузян было превосходство, и в самом деле они потопили несколько кораблей, захватили другие, и загнали остальные на берег. (5) Окрыленные своим успехом, они принесли великолепные жертвы богам в честь победы, и, предались обжорству и пьянству, из презрения к людям, которых они победили, пренебрегли выставить караулы.

19. (1) Нипсей, командир наемников, желая возобновить бой и исправить поражение, построил свою армию, и ночью неожиданно напал на стену, которую построили горожане. И, убедившись, что караульные из презрения к врагу и из-за пьянства отправились спать, приставил лестницы, которые были сделаны для подобного случая. (2) Храбрейшие из наемников взобрались на стены, убили охранников, и открыли ворота. Когда люди врывались в город, стратеги сиракузян, моментально протрезвев, пытались привести помощь, но их усилиям помешало вино, некоторые из них были убиты, а некоторые бежали. Когда город был захвачен и почти все солдаты из цитадели ворвались внутрь городских стен, и так как сиракузяне были в панике и растерянности от неожиданной атаки, случилась большая резня. (3) Солдат тирана насчитывалось более десяти тысяч, и их ряды были хорошо организованны, что никто не в состоянии был выдержать их явной силы, тогда так как шум и беспорядок, и, кроме того, отсутствие командования, усугубляли сиракузянам их час поражения.

(4) Овладев рыночной площадью, победители тотчас напали на жилые кварталы. Они захватили много имущества и увели в рабство много женщин, детей, и прислугу, помимо всего прочего. Там где сиракузяне собирались на узких переулках и улицах, чтобы встретить врага, происходили длительные стычки, и многие были убиты, и немало раненых. Так прошла ночь во взаимных убийствах в темноте, и каждый квартал изобиловал мертвыми.

20. (1) На рассвете величина бедствия стала ясна в полном объеме, и сиракузяне, чья единственная надежда на выживание заключалась в помощи Диона, послали всадников в Леонтины умолять Диона не заставлять страдать родной город, захваченный вражеским копьем, простить им ошибки, которые они сделали, и из жалости к их нынешним несчастьям, прийти и вызволить свою родину из бедствий. (2) Дион, человек благородный по духу и цивилизованный в своих суждениях из-за своего философского образования, не держал злобы против своих сограждан, даже после победы одержанной наемниками, немедленно собрался и, быстро пройдя путь к Сиракузам, прибыл в Гексапилы[90]. (3) После привала своих солдат в этом пункте, он пошел со всей возможной скоростью и встретил спасающихся из города детей, женщин и стариков, свыше десяти тысяч человек. Все они при встрече с ним слезно умоляли, чтобы он отомстил за их несчастья. Наемники из цитадели, уже получили что хотели, после разграбления домов у рыночной площади, подожгли их, и теперь, напали на остальные жилые дома и занимались грабежом. (4) В этот самый момент Дион бросился в город в нескольких местах и атаковал врага, занятого грабежом, убил всех, кого он встретил, тащащего предметы домашней обстановки различного рода на своих плечах. И из-за неожиданности его появления, беспорядка и путаницы, все те, кто занимался грабежом, были легко одолены. И, наконец, когда более чем четыре тысячи из них были убиты, некоторые в домах, а другие на улицах, остальные бежали в цитадель и, закрыв ворота, избежали опасности.

(5) Дион, совершив лучшее из всех каких-либо дел в его исполнении, спас горящие дома, потушив пламя, и, восстановив в хорошем состоянии городскую стену, заодно укрепил город и вал, блокирующий врагам выход к Большой земле[91]. Когда он очистил город от мертвых и воздвиг победный трофей, он принес жертвы богам за освобождение города. (6) Было созвано народное собрание, и люди, выражая благодарность, избрали Диона стратегом с полной властью и предоставили ему почести как герою, и Дион в согласии со своим прежним поведением щедро прощал всех своих личных врагов, сняв обвинения против них и, успокоил население, приведя их в состояние общего согласия. Сиракузяне с всеобщего согласия выработали сложные правила о допущении чествования своего благодетеля, как одного из спасителей родной земли[92].

Таково было состояние дел в Сицилии.

[1] В книге 1.3 Диодор излагает свой взгляд на Историю. Так как это «всемирная история», судьба одного человека, например Филиппа, вполне может быть распространена на значительные пределы, поскольку автор следует хронологическому порядку. Судьба Филиппа имеет особое преимущество в том, что Диодор может справиться с ней сжато — он описывает ее здесь в одной книге и по–прежнему придерживается своего хронологического плана.