Чтение онлайн

6. (1) Кефисодот был архонтом в Афинах, римляне выбрали консулов Гая Лициния и Гая Сульпиция. В течение срока их полномочий Дион, сын Гиппарина и наиболее выдающиеся из сиракузян, бежали с Сицилии[31] и при помощи своего благородного духа освободили сиракузян и других сицилийских греков следующим образом. (2) Дионисий Старший имел детей от двух жен, первая была локрийка, родившая Дионисия, который унаследовал тиранию, и вторая, дочь Гиппарина, известного сиракузянина, родила двух сыновей Гиппарина и Нисая. (3) Случилось так, что брат второй жены был Дион, человек, который имел большие познания в философии[32], а в мужестве и ловкости в деле войны далеко превосходил других сиракузян своего времени. (4) Дион, из-за его высокого происхождения и благородства духа, попал под подозрение тирана, он считался достаточно сильным, чтобы свергнуть тиранию. Так, опасаясь его, Дионисий решил предотвратить его ход, арестовать и приговорить к смертной казни. Но Диону, становится известно об этом, сначала он скрывался в домах некоторых своих друзей, а затем бежал из Сицилии в Пелопоннес в компании своего брата Мегакла и Гераклида, который был назначен тираном командиром гарнизона. (5) Когда он высадился в Коринфе, он умолял коринфян[33] помочь ему в освобождении сиракузян, и сам начал набирать наемников и собирать доспехи[34]. Вскоре многие прислушались к его просьбам, и он постепенно набирает большие запасы брони и много наемников[35], затем, наняв два торговых судна, он грузит на борт оружие и людей, в то время как он сам на этих транспортах отплыл к Сицилии из Закинфа, который расположен рядом с Кефаленией, он оставил позади Гераклида ведущего следом несколько триер, а также торговых судов в Сиракузы.

7. (1) Когда происходили эти события, Андромах из Тавромения[36], отец Тимея, автора Истории, который отличался богатством и благородством духа, собрал людей, которые пережили разрушение Наксоса Дионисием. Поселившись на холме выше Наксоса, называемом Тавр и оставаясь там длительное время, они назвали его Тавромений - "оставшиеся на Тавре"[37]. И так как город быстро развивался, жители накопили большие богатства, и город, который приобрел большую известность, наконец, при нашей жизни, впоследствии Цезарем[38] был сделан колонией римских граждан, а жители Тавромения были изгнаны с родной земли.

(2) Когда происходили эти события, жители Эвбеи вступили в борьбу между собой, и когда одна сторона позвала беотийцев на помощь, а другая афинян, война разразилась по всей Эвбее. Произошло очень много почти равных сражений и стычек, в которых иногда фиванцы брали вверх, а иногда и афиняне добывали победу. Несмотря на то, что незначительные организованные бои велись до конца, когда остров был опустошен внутренней войной и многие люди были убиты с обеих сторон, в конце концов, под влиянием бедствий, стороны пришли к соглашению и заключили мир друг с другом[39].

Теперь беотийцы вернулись домой и оставались в покое, (3) но афиняне, которые страдали от восстаний на Хиосе, Родосе, и Косе, более того, в Византии, вмешались в войну, называемую Союзнической, которая продолжалась три года[40]. Афиняне выбрали стратегами Хареса и Хабрия и отправили их с армией. Два стратега приплыли на Хиос, где нашли прибывших для оказания помощи союзников: Хиана из Византия, родосцев, косцев, а также от Мавсола[41], тирана Карии. Затем они стянули свои силы и начали осаждать город и с суши, и с моря. Когда Харес, который командовал пехотой, двинулся против стен по суше и начал борьбу с врагом, который повалил на него из города, Хабрий, прорвался в гавань и завязал тяжелый морской бой и попал в трудное положение, когда его корабль был разрушен ударом тарана. (4) В это самое время, пока люди на других кораблях отходили назад и спасали свои жизни, он выбрал смерть со славой, а не поражение, сражался на своем корабле и скончался от полученных ран[42].

8. (1) Примерно в то же время Филипп, царь македонцев, который одержал победу над иллирийцами[43] в великой битве и покорил все народы, которые живут вокруг озера называемого Лихнитским[44], вернулся в Македонию, устроил выгодный мир с иллирийцами и завоевал признание среди македонцев за успехи в связи со своей доблестью. (2) В след за тем, установив, что народ Амфиполя[45] плохо относится к нему и предоставил много поводов для войны, он выступил в поход против них со значительными силами. Собрав осадные машины против стен[46], и начав трудный продолжительный штурм, он преуспел в разрушении части стены своими таранами, после чего, войдя в город через пролом и убив многих из своих противников, он полностью овладел городом и изгнал тех, кто был недоволен им, но к остальным отнесся милостиво[47]. (3) Так как этот город был удобно расположен в отношении Фракии и соседних районов, он внес большой вклад в возвышение Филиппа. Действительно, он сразу же покорил Пидну[48], и заключил союз с Олинфом[49] на условиях, что он согласен взять для них Потидею, город, которым олинфяне всем сердцем желали обладать. (4) Поскольку Олинф многонаселенный и важный город и из-за своего огромного населения оказал большое влияние на ход войны, их город был предметом раздора для тех, кто стремится расширить свое господство. По этой причине афиняне и Филипп соперничали друг с другом за союз с Олинфом. (5) Как бы то ни было, Филипп, когда Потидея была вынуждена ему сдаться, вывел афинский гарнизон из города и, обращаясь с ним заботливо, отправил обратно в Афины, потому что он был особенно заботлив по отношению к народу Афин в следствии важности и авторитета этого города, но, продав жителей в рабство, он передал его олинфянам, представив одновременно со всем имуществом земли Потидеи. (6) После этого он отправился в город Крениды[50], и, увеличив его размеры большим числом жителей, изменил название на Филиппы, дав ему свое имя, а затем, отправившись на золотые прииски на его территории, которые были очень скудны и незначительны, значительно увеличил добычу многочисленными улучшениями, что смогло приносить ему годового дохода более тысячи талантов. (7) И так как от этих шахт он вскоре накопил богатство, с изобилием денег он поднимал престиж македонского царства все выше и выше плоть до наивысшего положения, так как золотые монеты, которые он чеканил, стали известны по его имени как Филиппики[51], он организовал большой отряд наемников, и с помощью этих денег взятками побудил многих греков стать предателями своей родной земли. Но относительно этих вопросов некоторые события далее будут объяснены подробнее, а мы должны теперь переключить наше внимание обратно на события в порядке их возникновения.

9. (1) Когда Агафокл был архонтом в Афинах, римляне избрали консулами Марка Фабия и Гая Попилия. В течение срока их полномочий, Дион сын Гиппарина отплыл на Сицилию, намереваясь свергнуть тиранию Дионисия, со скудными ресурсами, меньше чем у любого завоевателя до его времени, ему удалось вопреки всем ожиданиям свергнуть величайшую во всей Европе власть. (2) Кто на самом деле поверил бы, что, причалив к берегу на двух[52] торговых судах, он сможет победить деспота, имеющего в своем распоряжении четыре сотни военных кораблей[53], пехоты численностью почти сто тысяч, десять тысяч всадников, и очень большой запас оружия, продуктов питания, и денег, кто один обладал всеми возможными средствами, чтобы щедро поддерживать вышеупомянутые силы; и, помимо всего, мы уже говорили, город был крупнейшим из городов Эллады, с портами и доками и укрепленными крепостями[54], которые были неприступны, и, кроме того, большое количество могущественных союзников? (3) Причинами успехов Диона были, прежде всего прочего, его благородство духа, мужество, и готовность поддерживать тех, кого должен был освободить, но еще более важным, чем всё это было малодушие тирана и ненависть подчиненных к нему, ибо, когда все эти условия совпали в критический момент, они неожиданно привели к успешному завершению дела, которое считалось невозможным.

(4) Но мы должны отказаться от этих размышлений и обратиться к подробному описанию событий, как они по отдельности происходили. Дион, отплыв от Закинфа, который лежит на Кефалении, на двух торговых судах, высадился в гавани Акраг называемой Миноя. Она была основана в древности Миносом, царем Крита, во время погони за Дедалом, он был принят Кокалом, царем сиканов[55], но во времена, с которыми мы имеем дело, этот город принадлежал карфагенянам, и его наместник, по имени Парал[56], был другом Диона, принял его с энтузиазмом. (5) Дион, выгрузив из торговых судов пять тысяч доспехов, передал их Паралу и просил его переправить их на повозках в Сиракузы, а сам, взяв с собой наемников[57] числом в тысячу, повел против Сиракуз. По пути он убедил народы Акраг, Гелы, и некоторых из сиканов и сикелов, которые жили во внутренних районах, а также народ Камарины, принять участие в освобождении сиракузян, а затем отправился свергать тирана. (6) Так как многие люди с оружием стекались потоком со всех сторон, вскоре было собрано более двадцати тысяч солдат. Кроме того, было призвано множество греков из Италии и Мессены, и все пришли в спешке с большим энтузиазмом[58].

10. (1) Когда Дион был у границ Сиракузской территории, встретиться с ним пришло множество людей без оружия, как из сельской местности, так и из города; ибо Дионисий, будучи полон подозрения к сиракузянам, разоружил многих из них. (2) Примерно в это самое время тиран временно проживал в недавно основанном городе[59] на побережье Адриатического моря с большими силами, и командиры, которым было оставлено начальствование над гарнизоном Сиракуз, сначала пытались отвратить сиракузян от восстания, но когда порыв толпы уже нельзя было остановить, они впали в отчаяние и, собрав наемников и тех, кто выступал опорой тирана, и, пополнив ими ряды, решились атаковать повстанцев. (3) Дион распределил пять тысяч панцирей[60] тем из сиракузян, кто не имел оружия, и снарядил остальных оружием, что попадалось под руку. Затем он, созвав их всех на общее собрание, объявил, что пришел освободить греков Сицилии, и призвал их избрать в качестве полководцев тех людей, которые были хорошо подготовлены, чтобы осуществить восстановление своей независимости и полностью разрушить тиранию. Толпа в один голос закричала, что они выбрали Диона и его брата Мегакла[61] как стратегов с полной властью[62]. (4) Таким образом, он поставил свою армию в боевую линию сразу же по завершении собрания и выступил на город. Поскольку никто не соперничал с ним на открытой местности, он подступил бесстрашно к стенам, проделав свой путь через Ахрадинский[63] стан по рыночной площади; никто не осмелился выступить против него. (5) В общем, число солдат у Диона было не менее пятидесяти тысяч[64]. Все они с венками на головах спустились в город под руководством Диона и Мегакла, а вместе с ними тридцать[65] сиракузян, которые одни из изгнанников в Пелопоннесе были готовы вступить в битву со своими собратьями-сиракузянами.

11. (1) Теперь, когда весь город надел одежды свободы вместо рабских, и счастье изменило угрюмые взгляды угнетенных на праздничное веселье, каждый дом был наполнен жертвоприношениями и весельем, горожане возжигали курения на своих очагах, благодаря богов за их настоящее благословение, и давали обеты на благосклонность в будущем. Женщины тоже подняли великий крик радости от неожиданной удачи и собирались в толпы по всему городу. (2) Не было ни свободного человека, ни раба, ни чужестранца, не спешившего посмотреть на Диона, и все рукоплескали доблести человека, проявившейся слишком возвышенно для простого смертного[66]. И у них были веские основания для таких чувств из-за масштаба и неожиданного характера изменений, ибо после пятидесяти лет[67] рабства они забыли смысл свободы за этот промежуток времени, они были внезапно освобождены от несчастья доблестью одного человека.

(3) Дионисий, когда все это происходило, проживал вблизи Кавлонии[68] в Италии, и он послал за Филистом, своим полководцем, который был со своим флотом в походе по Адриатическому морю, и приказал ему плыть в Сиракузы. Оба поспешили прибыть на место, но Дионисий прибыл через семь дней после возвращения Диона[69]. (4) Сразу же, по прибытии, желая перехитрить сиракузян, он послал посольство к миру, и дал много признаков того, что откажется от своей власти как тиран, чтобы народ принял демократию в обмен на важные привилегии. Он просил их отправки посланников, чтобы он мог заседать с ними и закончить войну[70]. (5) Сиракузяне, соответственно, в приподнятом настроении с надеждой, отправляют в качестве посланников наиболее значимых из своих мужей, но Дионисий, поместив их под стражу, отложил заседание и, заметив, что сиракузяне из-за своей надежды на мир ослабили несение гарнизонной службы и боеготовность, вдруг открыл ворота крепости на острове[71], и выдвинулся вперед со своим войском в боевом порядке.

12. (1) Тогда сиракузяне собственными силами строили заградительный вал от моря до моря; наемники проломили стену с шумом и страшными криками, убили многих солдат гарнизона и, попав внутрь стены, сражались с теми, кто спешил на помощь. (2) Дион, будучи неожиданно обманут нарушением перемирия, пришел, чтобы встретить врага со своими лучшими солдатами, и вступил в боевые действия, переходящие в бойню. Ибо схватка происходила словно на стадионе, в узком промежутке предоставляемом поперечной стеной, где множество солдат сгрудилось в тесном пространстве. (3) Причинами выдающейся храбрости, проявленной людьми с обеих сторон были: для наемников Дионисия размер обещанного вознаграждения, для сиракузян - надежда на освобождение, что привело к высокой степени ожесточения, с начала боя держалось равновесие, так как доблесть обеих сторон в схватке была равной. Многие пали, и немало было раненых, получивших все удары в грудь; одни в первых рядах мужественно встретили смерть, защищая остальных, а другие, выстроились за ними, прикрывая их щитами, там, где они упали, и держались стойко в отчаянном положении, преодолевая большие опасности ради завоевания победы. (4) После этого дела Дион, желая показать свою доблесть в бою и добыть победу для своего дела, бросился в гущу врагов и там, в героической схватке убил многих и, разорвав боевую линию наемников, был внезапно отрезан и изолирован в толпе. Много снарядов брошенных в него он принял на свой щит и шлем; он укрылся под защитой своей брони, но получив рану в правую руку, отступил под тяжестью удара, и едва избежал захвата врагом. (5) Сиракузяне, опасаясь за безопасность своего полководца, бросились на наемников плотным строем и спасли терпящего бедствие Диона из опасности, вслед за этим, враг, имеющий перевес, вынудил их бежать. Однако, в другой части стены у сиракузян было превосходство, наемники тирана были загнаны за ворота внутрь Острова. Сиракузяне, одержавшие победу в крупном бою и надежно восстановившие свою свободу, установили трофей в ознаменование победы над тираном[72].