Чтение онлайн

– Танцевать я вас не приглашаю, - сказал Костин, который видимо, уже пожалел о том, что вообще решил пообщаться с Настей.

– Чего же так? Зверев не велел?

Парень нахмурился:

– При всём моём уважении к Павлу Васильевичу, в таких вопросах он мне не указ. Просто я вижу, что вы хромаете. Что случилось? Ногу подвернули? Что, на каблуках ходить не привыкли?

– Туфли у меня новые, вот и натёрла ногу.

– Вот и не правда! Ногу вы можете стёрли, но хромаете вы явно от того, что у вас щиколотка припухла. Это по-видимому растяжение.

– И когда же вы мои ноги разглядеть успели?

Костин смутился, но тут же нашел что ответить:

– Я ж теперь опер, вот и стараюсь примечать всё вокруг, все мелочи так сказать, ну и выводы делать соответственные.

– Вот ты где!
– раздалось за спиной. Настя вздрогнула, обернулась и увидела Зверева. В голове путалось: Павел Васильевич сегодня был как обычно гладко выбрит, но помятое лицо и синяки под глазами, свидетельствовали о сильном утомлении. Наверное провёл очередную бессонную ночь. Когда Корнев вызвал Настю к себе, и довольно прямолинейно, в привычной для него манере сообщил, что хочет включить её в группу, созданную для выполнения особого задания, девушку охватил душевный подъём. Секретное задание, внедрившийся в организацию враг. Однако, когда Настя узнала, что возглавлять следственно-оперативную группу будет капитан Зверев, она смутилась и хотела было уже отказаться, но скрепя сердце согласилась. К Зверю, как его здесь называли, у Насти было особое отношение.

– Ну что выяснил что-нибудь по краже?
– строго спросил Костина Зверев, словно бы игнорируя Настю.

– Всё перерыл, в наших архивах ничего нового, - ответил Костин.

– Плохо, значит придётся туда съездить. Я уже звонил в Печоры, начальник там, правда не особо любезный, не захотел мне помочь, но думаю, что вам он окажет содействие.

– Нам?

– Вам вам, тебе Веня и вот этой, - Зверев словно только сейчас заметил девушку, - барышне.

– Я вам не барышня!
– возмутилась Настя, - и вообще, в цивилизованном обществе принято здороваться.

– Здравствуйте товарищ Анастасия, давайте не будем придираться к словам, мне нужна любая информация по краже из монастыря. Я, как руководитель группы, даю вам, Анастасия Игоревна, официальное поручение - отправиться в Печоры и всё выяснить про кражу иконы. Вам нужно будет не только посетить местное отделение милиции, но по возможности, ещё и наведаться в монастырь. Меня интересует всё: что ещё было украдено, кто вёл дело, что стало с похитителями. Очень прискорбно, что в наших архивах по этому делу ничего нет.

– Всё ясно товарищ капитан. Прикажите отправляться в монастырь немедленно?

– Почему же немедленно? Праздник всё таки, послушайте музыку, по танцуйте.

– Не до танцев мне сегодня, дело прежде всего. Так что я готова убыть в ваши Печоры прямо сейчас. Готова даже постриг принять, если прикажете.

Зверев впервые улыбнулся:

– А вот с этим не торопитесь, к тому же, как мне известно, вы у нас не верующая.

– Надо же, вы и это знаете. А что вы ещё обо мне знаете? Ой, вы же тоже у нас опер, тоже все мелочи примечаете, как и ваш подопечный.

– Вы это о ком?

– Это она обо мне!
– уяснил Костин. Анастасию Игоревну возмутило то, что я заметил её опухшую лодыжку.

– А что у неё с лодыжкой?
– встревожился Зверев

– Растяжение.

– Тогда может я другого кого отправлю?

– Ничего страшного, - перебила Настя, - поездки в монастырь - это не помешает. Вот и замечательно, тогда после праздника и поедем. Встречаемся на автостанции в девять, а пока, - Костин бегло огляделся по сторонам, - раз товарищ Потапова у нас сегодня не танцует, думаю, что мне следует поискать себе другую, более подходящую партнёршу. Костин решительно направился в толпу, и вскоре уже кружил делопроизводителя Юленьку Кравченко. Зверев и Настя остались наедине.

– Хотите мороженого?

Настя посмотрела на Зверева с недоумением:

– Вы что же, опять?

– Что опять?

– Начинаете ко мне свои дурацкие приставания.

– Вот что, вы вовсе не в моем вкусе, и я желаю чтобы наше общение ограничилось лишь работой, - Зверев улыбнулся, пожал плечами, - просто чертовски жарко, я захотел мороженого, а есть самому и не предложить даме, это ведь неприлично. Верно?

– Вот ещё, идите и ешьте свое мороженое, не знаю зачем вы вообще рядом со мной встали - Настя отвернулась, но Зверев определённо не спешил уходить. Настя закусила губу, проклятый Костин оставил её тут с этим. Опер он понимаешь ли, ну растяжение, и что? Если не особо кружится, то можно было бы и по вальсировать. Только не со Зверевым конечно.

Словно прочитав её мысли, Павел Васильевич вдруг сказал:

– Обожаю эту мелодию, если согласитесь, что мы бы с вами могли потанцевать . Нет, я понимаю что у вас повреждена нога и всё такое, но не обязательно же рвать себя до упора, можно ведь не спеша, потихоньку, обещаю что буду беречь вашу ногу, и уж точно не дам вам упасть.

Настя хотела выдать очередную колкость, но вместо этого почему-то спросила:

– А как же мороженое?

– Обойдусь. Так что?
– Зверев оживился, шагнул к девушке, протянул руку, - ну давай, по скалься у меня ещё.

– Ну да, хочется у меня танцевать и что? Почему я должна себя ограничивать?

– А давайте!

Оркестр заиграл «на сопках Маньчжурии».

– О боже, да будь что будет.

Спустя мгновение они уже кружили в общей толпе. Настя была поражена тем, что вовсе не чувствовала боли, Зверев придерживал её за талию не сжимал, а лишь мягко касался её пальцев. И Насте казалось, что он всё делает за нее. В глаза он ей смотрел лишь изредка, его рот был слегка приоткрыт, глаза были слегка прищурены. Настя прикрыла глаза, все навалившиеся на нее напасти, словно в одночасье исчезли. Она забыла про кучу вывалившегося из бочка мусора, про испорченное платье и вовсе не вспоминала, про поврежденную ногу. Оркестр на мгновение умолк, но тут же заиграл снова. Все громко кричали, смеялись, и даже напевали. Настя открыла глаза, но ощущение лёгкости не исчезло. Кто-то задел ее локтем и Настя чуть было не упала, но Зверев удержал её рукой. Рядом, довольно неуклюже вальсировали начмед Карен Робертович и его неизменная помощница Софочка. Зато архивариус Эмилия Эдуардовна, которую на этот танец ангажировал Свистунов, несмотря на природную грузность, танцевала очень даже умело.

– Так так, улыбочку!
– откуда ни возьмись из толпы вынырнул Настин коллега по криминалистическому отделу со смешной фамилией Штыря.

Штыря Борис Фёдорович, которого за глаза все называли Борькой, сегодня, впрочем как и обычно, был одет по последнему слову моды: в белых наглаженных брюках, в клетчатом жилете, и в лихо заломленой на затылке шляпе. Боренька уже нацелил на Настю и Зверева свой новенький фэт и принялся энергично крутить объектив фотоаппарата ( Фэт - серия советских дальномерных и шкальных, малоформатных, фотоаппаратов, производимых в 1934 по 1996 годы.)

– Нет нет, не стоит!
– Настя тут же остановилась и закрыла лицо рукой.

– Чего же Анастасия Игоревна делаете?, - тут же надулся, возмутился Штыря, - испортили понимаешь ли такой кадр.

– А вы почему без спросу фотографируете. Я вам кажется своего согласия на этого не давала.

– Подумаешь какая цаца, разрешение я видите ли у неё не спросил, мне между прочим сам Корнев приказал, для стенгазеты снимков на делать, а у меня вот плёнка кончается, - сердито продолжил Штыря и перевёл взгляд на Зверева, - если бы он меня заранее велел, я бы запасную пленку взял, а то получается что каждый снимок на вес золота а Анастасия Игоревна руками закрывается.