Чтение онлайн

– Это уж точно. У нас тут вообще райончик неблагоприятный. Тут у моей соседки Нюрки Костроминой давеча корову украли. Но вы ведь Нюркину корову искать не будете? Верно?

Веня не сдержал улыбки.

– Да уж, корову уж как-нибудь без меня.

– Раз дело такое, то вам же наверняка где-то ночевать нужно. А где же вы остановитесь? Гостиниц-то у нас нет.

Веня пожал плечами.

– Честно говоря, я рассчитывал этот вопрос с участковым решить. Не знал я, что он в соседней деревне живет.

– Так можете у меня пока на постой стать… – тут же предложила грудастая, а ее товарка прыснула в кулак.

– Ну ты даешь, Танюха! Быстро все смекаешь, хотя… А что, и в самом деле. Танюха у нас баба вдовая, одна живет! Напоит, накормит, ну и насчет того, где спать, тоже позаботится.

Танюха надула щеку и дернула свою спутницу за рукав, Веня снова улыбнулся.

– Спасибо за предложение, Татьяна, я обязательно над ним подумаю.

– Правда?

Танюха оживилась.

– Правда-правда! А пока покажите же мне наконец дом, где Арслановы живут.

Женщины наперебой стали объяснять, как ему найти нужный дом, и спустя минут десять Веня оказался на месте.

Зеленый дом с резными витиеватыми наличниками и добротной тесовой крышей был окружен невысоким забором, также выкрашенным в густой ядовито-зеленый цвет. На заборе сушился цветастый ковер, прямо у калитки рос раскидистый пожухлый терновый куст, в тени которого в лужице плескались два жирных серых гуся с массивными шишаками на клювах. Тут же чуть поодаль на привязи щипала траву старенькая пегая кобылка с ухоженной гривой и белой звездочкой на лбу. Когда Веня подошел, лошадь подняла голову, тряхнула ею и несколько раз фыркнула, со стороны двора послышалось рычание. Веня заглянул через забор и увидел возле дома, у самого крыльца, основательно сколоченную деревянную будку, из которой вышла крупная старая псина черно-белой масти.

Собака была не на цепи, поэтому она просто выбежала во двор, села на дорожку и с интересом посмотрела на гостя. «Лайка! Точная копия Булата. – Веня ощутил прилив энергии. – Не исключено, что эта лайка и Булат щенки одних и тех же родителей». Все указывало на то, что он не зря притащился в такую даль.

– Тебе кого? – спросила вышедшая из сарая круглолицая, кареглазая и хмурая хозяйка дома. В ушах у женщины висели массивные дешевенькие серьги, лицо казалось усталым. Одета в цветастый сиреневый халат, голова затянута бордовым платком. Глаза у женщины были пустые и безликие. В руках хозяйка дома держала лукошко с только что собранными куриными яйцами, рукава халата были закатаны, к пальцам прилипли птичий помет и сырые опилки.

– Сания Назимовна Арсланова – это вы? – спросил Веня.

– Для кого и Назимовна, а для кого и нет, – беззлобно усмехнулась женщина. – Все местные меня обычно Сонькой зовут! Это в лицо, а за глаза я для них Сонька-татарка.

– Вы не против, если я буду звать Сания?

– Зови как хочешь! Так ты кто такой?

– Я из милиции. Можно войти?

Женщина подошла к крыльцу, возле которого стояли несколько ведер с водой, вымыла руки и поднялась на крыльцо.

– Ты что же, тоже по поводу моего Ильдара явился? Входи, раз пришел, калитка не заперта.

– А пес не укусит?

– Не укусит. Он у нас людей не трогает!

– А кого трогает? – тут же задал вопрос Веня.

– В последнее время никого, а раньше ух и лютая зверюга была! Хоть на медведя, хоть на кабана или лося без страха бросалась, даже с росомахой как-то схватилась. Такая вот она у нас отважная.

Женщина подошла к собаке, та тут же завиляла хвостом.

– Значит, эта красавица самка? – Веня тоже подошел.

– Самка.

– Восточносибирская лайка, верно?

Женщина повернулась к Вене.

– А ты, я вижу, в этом деле разбираешься.

Веня пожал плечами и признался:

– Честно говоря, не особо. Просто недавно пришлось столкнуться с этой породой. Погладить можно?

– Ну погладь.

Веня присел и потрепал собаку за загривок.

– Значит, ты у нас охотница. – Веня поднялся.

– Была охотницей, а теперь наша Риза вот дом сторожит. Только я на цепи ее не держу. Тяжко ей на цепи, этим собакам простор нужен, воля. До недавних пор Ильдар с ней гулял, а теперь…

Женщина отвернулась, провела по лицу рукой.

– Риза – это имя собаки? – уточнил Веня.

– Ну не мое же. Старенькая она у нас, а в свое время почитай все местные охотники за ее щенками чуть ли не в очередь вставали. Эх…

Арсланова махнула рукой, Веня тем временем отметил про себя: «Значит, Риза не сестра, а, судя по всему, мать Булата».

Хозяйка направилась к дому и поманила Веню рукой.

– Заходи в дом, что ли, чего на дворе-то стоять? Раз ты из милиции, значит, дело у тебя ко мне. Не собаку же ты сюда мою смотреть пришел.

Веня улыбнулся, но пояснять, что пришел сюда в том числе, чтобы поглядеть на собаку, не стал.

Когда они вошли в дом, Веня огляделся. Самая обычная русская изба, состоящая из двух смежных комнат, с печкой, полатями и обычным для деревни набором мебели. На стене у окошка в деревянной рамке висел семейный коллаж, на одном из фото Веня без труда узнал саму хозяйку дома. Рядом с ней стоял чернобровый мужчина в вышитой тюбетейке. На втором, возле уже знакомого Вене дома с резными наличниками, были запечатлены трое ребятишек – от пяти до тринадцати лет. Один из ребят – помладше – сидел на деревянной лошадке-качалке, в буденовке и с игрушечной саблей в руке, двое других стояли. Они были одеты в белые рубашки и шорты. На шеях у обоих мальчишек были повязаны пионерские галстуки, один, тот, что повыше, держал в руках новенький «Букварь».

На третьей фотографии были все те же трое мальчишек, только в уже более поздние годы. Здесь все трое стояли с граблями в руках возле силосной молотилки. На еще одном фото Веня увидел все того же чернобрового человека, но на этот раз в шапке-ушанке и тулупе. В руках мужчина держал ружье, в ногах у него сидела все та же, похожая как две капли воды на Булата Риза.

Сделав пару шагов назад, на другой стене Веня вдруг увидел то, что снова заставило его занервничать. На резном медальоне из дуба висел полевой тетерев-косач со стеклянными глазами и расправленными в стороны крыльями. Веня тут же вспомнил о том, что Зверев видел в доме Войнова кабанью голову. Еще одно чучело, на этот раз чучело птицы. Может, именно здесь знают имя того, кто сделал эти чучела. Несмотря на то что ему очень уж хотелось порасспросить хозяйку про висевшую на стене птицу, Веня решил начать с фотографий:

– Ваши муж и сыновья?

– Были.

– А как их звали?

– Тимура наши местные Тимкой называли, Руслана – Русликом, а мужа Захаркой, хотя по-нашему он Закир был. Ну а Ильдар у меня до недавней поры на Илюшку откликался. – Сания указала Вене на стул. – Садись, чего стоять-то?

Веня сел, хозяйка затопила самовар, поставила перед гостем тарелку с лепешками, тут же поставила чак-чак и мисочку с медом.

– Ильдар – это тот, что в буденовке на лошади сидит?

– Он, младшенький мой! Муж и оба старших сына с войны так и не вернулись, а когда Ильдар объявился, я наглядеться на него не могла. Хороший он был, хозяйственный. На работе его ценили, грамоты всякие давали, хвалили. На войну он у меня самый первый отправился. – Женщина тяжело выдохнула и подала Вене чашку с чаем. – Ты сам-то, поди, тоже воевал?