Чтение онлайн

Несколько минут они молча ели. Аксикуб протянула брюнетке бурдюк с водой и уставилась на весело трещащий костерок. Солнце зашло окончательно и стало заметно темнее, но не холоднее.

Прима вернула бурдюк и легла, подкладывая под голову руки, будто бы смотря в ночное небо. Певица оторвалась от костерка, глотнула воды, заторможено ощущая на горлышке вкус губ спутницы. Смутившись, блондинка поспешно закупорила бурдюк и сделала из него импровизированную подушку, предложив брюнетке:

– Ложись.

Бывшая стражница кратко улыбнулась и переложила голову на предложенное место, ориентируясь исключительно на слух. Ариада легла рядышком, устроившись на походном мешке. Впрочем, лежать было не слишком удобно – кристаллы могущества оказались не слишком мягкими.

– На небе уже есть звёзды? – негромко спросила Прима.

– Нет, ещё нет.

– Я любила смотреть на звёзды, они всегда напоминали мне о нём.

– О твоём любимом?

– Да. Его звали Маркус. Он был звёздным архегом, классом со способностями завязанными на звёздах. Его возможности и даже скорость движения в сумраке менялись в зависимости от звёзд.

Аксикуб немного помолчала, рассматривая пустое, тёмное небо, потом ей стало грустно, она перевернулась на бок и, смотря на профиль стражницы, спросила:

– Во всех мирах звёзды одинаковые?

– Нет. Везде разные.

– Интересно на других планетах есть жизнь? Сумрак?

– Не знаю. Но параллельные миры, возможно, просто разбросаны по Вселенным, а арки – телепорты через миллионы световых лет. Я никогда не интересовалась этим.

Они помолчали, а потом певица осторожно придвинулась, прижалась к собеседнице и потёрлась об её обнажённое плечо щекой, тихо прошептав:

– Белит не любила одеял… она любила подушки и удобную одежду…

– А как это любить девушку? – поинтересовалась Прима, поворачивая лицо к Ариаде.

– Я не знаю, чем это отличается от любви к парню… – смутилась аксикуб, но не отодвинулась. Что-то внутри неё жаждало прикосновений к другому существу, буквально не могло жить без этого.

– Ах да… я забыла…

– Я… я ей никогда не изменяла… если это можно так назвать… я ведь моно-аксикуб… я люблю одного человека… но она… её нет со мной… я… – певица потянулась к бывшей стражнице, осторожно поцеловала в щёку, потом чуть отстранилась и с нахлынувшим смущением спросила, – Тебе приятно?

– Скорее да, чем нет.

– Зачем я это делаю? – риторически спросила блондинка, но брюнетка всё же предположила, чуть пожимая плечами:

– Вероятно, ты просто запуталась.

– Наверное, – рука Ариады легла на живот Примы, скользнула под нательную майку, скривив губы в жалком подобии на улыбку, аксикуб тихо спросила, – Я совсем-совсем запуталась, ведь так?

Бывшая стражница прижала певицу к себе и чуть грустно улыбнулась, целуя девушку в кончик носа:

– Всё будет хорошо.

– Я… – блондинка сомкнула губы, так ничего больше и не произнеся. Внутри её захлестнула горечь:

“ Ничего не будет хорошо. Но разве правильно произносить это сейчас? Разве это имеет значение? Кому есть дело до того, что я считаю правильным? ”

Брюнетка сама сдвинула руку своей собеседницы выше. Теряя над собой контроль, Ариада закрыла глаза, сперва осторожно, а потом всё более и более страстно лаская нежную, податливую плоть…

Прима не сопротивлялась, не возражала, даже сама помогла снять с себя майку и вот певица уже оказалась сверху, жадно целуя спутницу, аксикуб полностью отдалась в водоворот похоти, затмевающий рассудок, скользнула свободной рукой вниз, проникая под ткань штанов стражницы…

Всё было совсем не так как с Белит, но оргазм волнообразно накатил на Ариаду, перекидываясь с Примы подобный довольному, умиротворённому зверю. Аксикуб практически замерла на своей спутнице, переводя дыхание. Потом осторожно с неким смущением оправила на ней штаны, поцеловала в шею, в щёку, в губы и замерла окончательно…

– Это было не как с Маркусом, – тихим шёпотом поделилась бывшая стражница, обнимая свою наездницу за талию.

– И не как с Белит, – согласилась певица всё ещё смущённая и осторожно поинтересовалась, – Тебе понравилось?

– Да, очень. Просто это было иначе… и, разумеется, это не идёт ни в какое сравнения с обслуживание фавнов и оборотней, – со смешком добавила брюнетка.

Ариада невольно улыбнулась в ответ, чуть скованно, но всё же улыбнулась, потом, словно опомнившись, соскользнула с Примы, та улыбнулась:

– Мне вовсе не было тяжело. Ты – лёгкая.

– Я… просто… – промямлила аксикуб, перед её мысленным взором встала картина разговора с Белит, практически точно такого же. Внутри блондинка почувствовала примесь горечи, а потом и отвращения к самой себе. Она ощутила себя предательницей…

“ Почему я не могла остановиться? Зачем я сделала это? Что же теперь? Я пытаюсь отвлечься от мыслей при помощи секса? Я запуталась или я просто мерзкая дражайшая тварь? ”

По лицу певицы прошла волна чувств, но девушка всё же смогла перебороть нахлынувшее отчаянье и грустно погладила любовницу по щеке.

– Ты в порядке? – чутко уловив изменившееся настроение Ариады, спросила Прима.

– Я – развратная? – вместо ответа грустно уточнила аксикуб.

– Не думаю, – отозвалась стражница, – По крайней мере, ты – не более развратная, чем кто-либо другой.

– Такое чувство, будто я не могу прожить и дня без секса… а ведь… я… я искала отличия… извини… внутри так мерзко от осознания того какая же я дрянь… и ещё мне очень стыдно перед тобой… извини…

– А мне не стыдно и тебе не должно быть, я считаю, что ты к себе несправедлива и ещё я тебе благодарна.

– Благодарна? За что? – забитая мыслями одна поганее другой, спросила певица.

– За то, что перед своим концом ты помогла мне почувствовать себя живой и любимой.

– Любимой? – блондинка дёрнулась будто получив сильную пощёчину, внутри всколыхнулась злоба и отчаянье, – Я люблю Белит! Только её одну! Она же… она…

Ариада отвернулась от Примы не в состоянии сдержать слёз, в которых мгновенно переросла вспышка гнева. Бывшая стражница обняла её, прижалась к спине и тихо прошептала на ухо:

– Извини, я неправильно выразилась. Конечно я понимаю, что ты любишь Белит, а я лишь попалась тебе под руку, чтобы ты смогла выразить свою любовь.

“ Попалась под руку… выразить любовь… к Белит… она утешает меня… и она права… мне теперь ещё хуже… почему меня все утешают? Почему меня не ругают? ”

Певица несколько неохотно легла на спину, посмотрела на свою недавнюю любовницу и едва слышно прошептала: