Чтение онлайн

– В каком смысле? – удивилась Ариада.

– Адепт сумрака – уже не совсем человек у адепта иные цели жизни, если так можно выразиться. Он больше не принадлежит ни одному миру, только сумраку.

– Я тебя не понимаю.

– Ну… как бы тебе объяснить. Адепт сумрака чем-то похож на наркомана. Он может стремиться к тем же целям, что и обычный человек: деньги, власть, любовь, счастье, но в то же самое время без сумрака он жить не может. От этого невозможно избавиться, ибо сумрак живёт в нас самих. Первый шаг в сумрак и ты его, целиком и полностью. Это меняет нас, мы становимся другими, мы уже не совсем люди. Вот что я имела в виду. Подумай сама, смогла бы ты сейчас вернуться назад в свой родной мир, отринуть сумрак, магию и жить жизнью обычной певицы?

Аксикуб задумалась. В самом начале она действительно страстно хотела вернуться к нормальной жизни, но сейчас…

– Нет, не смогла бы и не хочу.

– Вот видишь. Я нисколько не принижаю всего остального, но для адепта – сумрак всегда на первом месте.

– А любовь? – не поверила блондинка.

– Это не совсем то. Любовь – это прекрасное чувство, но адепт может любить, а может и не любить, а вот без сумрака он жить не сможет.

– Не сможет… – тупо повторила Ариада и с неожиданной яростью воскликнула, – Не верю! Отказываюсь верить…

Прима печально улыбнулась, погладила подругу по плечу и негромко успокаивающе произнесла:

– Не забывай это лишь моё личное мнение, я могу ошибаться. Будет хорошо, если ты найдёшь свою собственную дорогу, и не будешь следовать по следам кого-либо.

– Я верну её, мы снова будем вместе, – упрямо буркнула аксикуб, смотря в землю.

– Воскрешение тела и души невозможно, можно только… – бывшая стражница запнулась, хотела поправиться, но было уже поздно, певица, доселе достаточно рассеяно слушавшая её, буквально впилась в неё своими голубыми глазами.

– Что только?

– Ничего. Это не воскрешение…

– Ответь, что ты знаешь, – потребовала Ариада, преобразился даже её голос, став холодным, одержимым.

– Я не думаю, что…

– Прошу, – аксикуб протянула руки, взяла спутницу за плечи, заглядывая в лицо, и хоть брюнетка не могла видеть, она почувствовала этот взгляд полный боли и мольбы.

– Обмен, – выдавила Прима, мысленно кляня себя за болтливость, – Я не знаю подробностей, но это не приблизит твою мечту. Это не воскрешение, это замена одной души другой. Вы всё равно не будите вместе, ты будешь мертва…

– Ну и пусть, – оборвала аксикуб одержимым срывающимся голосом, – Как проводится ритуал?

– Я не знаю. Я вообще не уверенна, что этот ритуал реально провести.

– А я узнаю, – странно улыбнулась певица.

– Я не знала Белит лично, – осторожно произнесла бывшая стражница, – Но если она тебя хоть капельку любила она была бы категорически против того, что ты собралась сделать.

– Она всё поняла бы… нет, не так, она всё поймёт.

– Не думаю, – мрачно прокомментировала Прима.

– Да что ты вообще знаешь! – моментально взъелась Ариада и неожиданно осеклась, взгляд стал более осмысленным, и девушка пробормотала, – Извини… я… на меня что-то нашло…

– Тебе необязательно извиняться.

– Почему мне все это говорят? – тусклым, безжизненным голосом осведомилась аксикуб.

– Может быть, потому что действительно так.

Певица пожала плечами и встала. Молча собравшись, они двинулись в путь к арке. Какое-то время шли в тишине, потом Ариада негромко с горечью в голосе произнесла:

– Слишком часто я не знаю чего-то.

– В принципе невозможно знать всего, а ты лишь недавно адепт, так что не думаю, что это твоя вина, ты всему научишься.

– Снова ты меня успокаиваешь, – грустно вздохнула аксикуб и добавила, – А кто может мне помочь? Эльфы?

– Не думаю, они в принципе редко кому помогают кроме других эльфов.

– Белит тоже так говорила, эльфы для эльфов, эльфы ради эльфов… – певица совсем не весело скривила губы в безрезультатной попытке усмехнуться.

– А кто тогда… боги?

– Они тоже редко вмешиваются.

– Точно! – неожиданно вспомнила Ариада, – Надо найти того клыкастого из Скалистых Чертогов я уже однажды заключала с ним сделку, я должна…

– Ты что?! – неожиданно вскрикнула Прима.

Аксикуб удивлённо даже слегка ошарашено уставилась на спутницу и неуверенно повторила:

– Я заключила с ним сделку… я, правда, не знаю его имени, но если мы…

– Он же был мёртв, о нём все забыли, ему никто не молился и он впал в спячку, которая не должна была прекращаться… – пробормотала бывшая стражница и неожиданно повернула лицо к собеседнице.

– Ну… это я… у нас не было выбора, мне пришлось дать ему своей крови… – певица закусила губу, наблюдая побледневшее лицо брюнетки, потом осторожно уточнила, – Но ведь всё не так плохо?

– Поздравляю с воскрешением одного из самых кровавых богов, – саркастично хмыкнула слепая.

– Я… мы… иначе мы погибли бы… – пробормотала Ариада, прекрасно понимая, сколь жалким оправданием это звучит.

– Ладно, сделанного не воротишь, – смягчилась Прима, – Хоть боги не могут переходить из мира в мир, но этот найдёт лазейку, будем надеяться, ничего особо кровавого не заварится, типа новой войны мир на мир. Впрочем, теперь я – не стражница и это меня не касается. А ведь это была грандиозная победа…

– Ты о чём?

– Стражи порядка прошлого приложили руку к тому, чтобы этого бога забыли. Хоть они иногда ошибались, но в целом я по-прежнему убежденна, что они делали хорошие вещи.

– Убийства – хорошие вещи? – возмущённо воскликнула аксикуб.

– Нет, но это малая кровь, меньшее зло.

– Я не думаю, что правило меньшего зла тут уместно. Те, кто прошёл ваш “отбор”, становятся сильнее и злобнее, от этих гонений.

– Возможно, но стражей порядка больше.

– Как будто это вам помогает, – буркнула певица, – На тех же ведьм из Ведьминой Башни вы нападать боитесь.

– Не боимся, просто это крупномасштабная операция, к которой надо готовиться десятилетия. Они живут как на вулкане.

– Ну не знаю… неплохо живут, насколько я видела.

– Ты была в этом оплоте зла? – удивилась Прима.

– Ну… я вообще-то официально зачислена в ведьмы… хотя я ничего такого не делала, ни в каких ритуалах не участвовала и вообще… я тебя расстроила?

– Правда всегда кусается, – отозвалась брюнетка не слишком весело, потом пожала плечами и со смешком добавила, – Впрочем, какое это имеет значение? Мы с тобой спорим словно ты – злобная ведьма, а я – стражница порядка. Мы ведь обе – не те, кто должен отстаивать стороны добра и зла. Ты – нейтральна, я – вообще никто.