Чтение онлайн

Новейшие исследования показывают, что в середине VII тысячелетия до н. э. наиболее высокого уровня развития достигли общества, населявшие территорию Анатолии, особенно Конийской долины, где плотность населения была выше, чем в других местах. В долине Конья открыто 22 раннеземледельческих поселения с центром в Чатал-Хююке, раскопанном в 1961–1963 гг. английской экспедицией Дж. Меллаарта. Здесь на площади 12 га обнаружены следы поселения, 13 строительных горизонтов которого отражают развитие здешнего общества от начала VII тысячелетия до приблизительно 5700 г. до н. э. Едва ли не каждый слой заканчивается следами разрушительных пожаров. На месте сгоревших поселений создавались новые, но таким образом, что первоначальный план не нарушался. Дома прямоугольной формы строились из высушенного на солнце кирпича-сырца. Они террасами поднимались по склону холма и вследствие этого находились на разной высоте. Наружные стены были плотно прижаты друг к другу. Каждый третий-четвертый дом был храмом или святилищем, отличавшимся от жилых домов богатством внутреннего убранства. В них в большом количестве найдены настенная роспись культового содержания и скульптура из мягкой глины. В более поздних слоях появляется расписная керамика. Таких храмов Меллаарт насчитал 48, что позволило ему предположить, что им открыт «жреческий квартал». По-видимому, это были родовые святилища, и каждое из них находилось в окружении жилых домов, принадлежавших тому же роду.

Тематика настенных рисунков и скульптуры, так же как способ захоронения, свидетельствует о наличии верований, аналогичных верованиям других народов Азии. Наряду с древними охотничьими культами здесь, как и в Палестине, Месопотамии, Иране, главенствовал культ «великой матери», что говорит о доминирующем положении женщины, которое утвердилось с развитием земледелия.

О культе женских божеств говорят не только многочисленные глиняные фигурки, изображавшие женщину как источник жизни, но и женские погребения под полами некоторых святилищ. Это, равно как и отсутствие мужских захоронений в местах культа, очевидно, говорит об особом положении женщины-богини, женщины-жрицы, символизировавшей единство жизни и смерти.

Прочих покойников, снабдив их всем, чем они пользовались при жизни, иногда хоронили под полами жилых домов. В захоронениях обнаружены орудия труда, оружие, посуда с остатками пищи, разнообразные украшения, иногда из меди или свинца. Необычайно ценны находки обуглившихся тканей — самые ранние свидетельства возникновения ткачества.

В могилах IV слоя найдены керамические печати с геометрическими узорами — находки, которые роднят культуру Чатал-Хююка с культурой Иерихона и Джармо, с одной стороны, и с эгейской культурой — с другой. Так, в районе Неа Никомедеа обнаружены земледельческие поселения VII тысячелетия до н. э. Керамика и печати в них идентичны анатолийским и свидетельствуют о переходе от докерамических культур к культурам, которым известна керамика, разведение коров и пр. Не исключено, что носители этих культур в юго-восточной части Балканского полуострова, а также на Украине были пришельцами из Анатолии.

Все эти находки говорят о том, что Чатал-Хююк представлял собой высокоразвитое земледельческое поселение, где одной из форм хозяйства продолжала оставаться охота (на буйволов, медведей, львов и леопардов) и где определенную роль играло разведение овец, корон и коз. Кроме того, возникают ремесла, и древнейшее из них — плетение, на основе которого позднее разнилось ткачество. Гончарное ремесло появилось лишь в начале VI тысячелетия до н. э. Обнаружены первые признаки обработки металлов. Но следов отделения ремесла от земледелия и выделения скотоводства в самостоятельную отрасль хозяйства пока не найдено.

Мастерство в выполнении некоторых изделий позволяет предполагать, что внутри отдельных больших семей произошла специализация. Ремесленное производство на том этапе являлось занятием сезонным и, за исключением металлургии, по-видимому, было делом женщин. Не исключено, что некоторые изделия приобретались в обмен на обсидиан, месторождения которого были легкодоступны для жителей Чатал-Хююка.

Находки в Чатал-Хююке существенно расширили наши представления об эволюции ближневосточных обществ до середины VI тысячелетия до н. э. Стало очевидно, что керамика, появившаяся почти одновременно на территории Ирана, Анатолии и Балкан, была вторичным результатом развития земледельческих культур. Открытия в Анатолии позволили также внести некоторые поправки в наши представления об истории техники. Оказалось, что в Чатал-Хююке в VII–VI тысячелетиях до н. э. уже существовала добыча и обработка меди и свинца. Фрагментарность наших знаний не позволяет с уверенностью говорить о том, что это явление имело лишь локальный характер, связанный с доступностью месторождений металлических руд. Многочисленные изделия из металла, обнаруженные в последние годы в Месопотамии (Ярым-тепе, Телль-Сото), свидетельствуют о том, что металлургия и в этом районе возникла не позднее начала VI тысячелетия до н. э.{6}. (До сих пор считалось, что большинство обществ Ближнего Востока научилось обрабатывать металлы лишь в V тысячелетии до н. э.)

Перечень достижений обществ Ближнего Востока был бы неполон, если бы мы не указали на формирование в этот период общинной собственности.

Вполне естественно, что человеческие коллективы защищали свои угодья: ведь от этого зависела их жизнь. С началом обработки земли и возникновением скотоводства люди научились более четко осознавать существующую внутри коллектива связь, обусловленную фактическим или воображаемым кровным родством, происхождением от общего предка. Возросла необходимость защиты от внешней опасности при известной внутренней консолидации, поскольку построенные совместными усилиями поселения являлись общим имуществом всего коллектива, так же как общими были плоды труда всех его членов.

Одновременно с формированием представлений о родовой общности (фактической или воображаемой, но в том и другом случае — экономической), очевидно, должны были появиться и зачатки общинной организации. Трудно сказать, существовала ли уже в то время общинная собственность на землю — ведь поля диких злаков были достаточно обширны, а численность населения невелика, зато с полной уверенностью можно говорить о собственности общины, которую составляли само поселение и все, что добывалось его жителями, — пленные, стада одомашненных животных и пр. Люди берегли свои богатства и воздвигали оборонительные стены даже там, где хозяйство носило еще присваивающий характер. Что же касается земельной собственности родовой общины, то она появилась в результате развития производящей экономики.

На основе возникавших различий сформировались основные конфликты, характерные для всех без исключения ближневосточных обществ, и не только в эпоху родового строя, но и в историческое время. Это были конфликты между оседлым и полукочевым населением, между производящим и присваивающим хозяйством.

Обособление ремесел и его социально-экономические последствия

Социально-экономические перемены, начавшиеся с середины VI тысячелетия до н. э. в жизни обитателей Анатолийского плато в юго-восточной части Иранского нагорья (Элам), решающим образом повлияли на дальнейшее развитие ближневосточных обществ. В области искусства эти перемены повлекли за собой возникновение (в середине VI тысячелетия) расписной керамики, что было явлением новым и в высшей степени знаменательным. Первые следы росписи на керамике датируются серединой VI тысячелетия до н. э. и зафиксированы в Чатал-Хююке, а затем и в Хаджиларе. Первоначально расписывали отдельные глиняные сосуды, а позднее всю или почти всю продукцию. Постепенно обычай украшать керамические изделия, используя многообразно форм и узоров, распространился на обширном пространстве от Средней Азии до Дуная. Исключение составили лишь южные районы в Палестине, где до IV тысячелетия до н. э. пользовались нерасписной керамикой, а в Африке керамика вообще появилась лишь в начале IV тысячелетия до н. э. (Фаюм А). Эти примеры показывают, что различия, обозначившиеся уже в VII тысячелетии до н. э., в более позднее время углубились.

В VI тысячелетии до н. э. расписная керамика характеризовала наиболее развитые общества. Ее совершенство говорит о профессионализме гончаров, которые не только превосходно знали свойства глины, но и обладали великолепным вкусом. Они создавали высокохудожественные, прекрасные по своей простоте и изяществу керамические изделия, форма которых гармонически сочеталась с рисунками. Это свидетельствует о немалом опыте, а он мог появиться только в результате многолетней ежедневной практики. Такой результат был бы невозможен, если бы гончарным ремеслом занимались традиционно в каждой семье и лишь после окончания полевых работ. Необходимо было освободить определенную группу людей от земледельческих работ. Это и произошло в середине VI тысячелетия до н. э., когда земледельческо-скотоводческое хозяйство в отдельных местах достигло такого уровня, при котором стало возможно разделение труда.

Выделение в наиболее развитых обществах небольших групп ремесленников-гончаров, не занятых в земледелии и скотоводстве, повлекло за собой ряд дальнейших социально-экономических преобразований. Этот процесс удобнее всего проследить на материале Анатолии.

В те же годы, когда был открыт Чатал-Хююк (1957–1960), еще одна экспедиция Дж. Меллаарта вела поиски в Юго-Западной Анатолии. Там, в окрестностях деревни Хаджилар, было обнаружено крупное поселение, древнейшие слои которого содержали следы раннеземледельческого общества VII тысячелетия до н. э. В следующем строительном горизонте обнаружены остатки поселения, современного последнему периоду Чатал-Хююка (6700–5600). После того как оно погибло при пожаре, на его месте возникло новое поселение, представлявшее третью фазу развития этой культуры. В целом развитие Хаджилара прослеживается до 5000 г. до н. э., и его заключительные фазы, таким образом, отражают прогресс, достигнутый на протяжении всего VI тысячелетия до н. э.

Чрезвычайный интерес для историка имеет характер застройки Хаджилара. То обстоятельство, что в обеих фазах поселение было обнесено стеной, служит еще одним свидетельством возможных конфликтов между племенами, жившими в различных экологических условиях.

Как же был застроен Хаджилар? Вдоль двух сторон прямоугольной площади располагались большие дома (их длина достигала 10 м, ширина — 6 м), в которых, как и в Чатал-Хююке, жили, по-видимому, большие семьи. Хозяйство Хаджилара, так же как и Чатал-Хююка, базировалось на земледелии и скотоводстве. Гончарное ремесло и ткачество представляли собой сезонные занятия отдельных семей.