Чтение онлайн

Нынешнее поколение должно сделать первый шаг к этой национальной реставрации; потомки сделают все остальное.

Брошюра Пинскера, написанная на немецком языке и напечатанная за границей с намерением обратиться к евреям Западной Европы, не произвела никакого действия на эту ассимилированную часть еврейского народа.

Однако в России он стал катехизисом движения «Любовь к Сиону» и, в конечном счете, сионизма и территориальнизма. Теория, изложенная в брошюре Пинскера, очень понравилась русским евреям не только своей близкой аргументацией, но и тем, что она дала сильное выражение тому пессимистическому настроению, которое, казалось, овладело ими всеми. Его самое слабое место заключалось в том, что он опирался на неправильную историческую предпосылку и на узкое определение термина «нация» в смысле территориально-политического организма.

Пинакер, по-видимому, упустил из виду, что евреи диаспоры, взятые в целом, не перестали образовывать нацию, хотя и своего типа, и что в новейшей политической истории нации такого «культурного» склада появились на сцена все чаще и чаще.

Не имея определенной практической основы, учение Пинскера не могло не приспособиться к палестинскому колонизационному движению, хотя его незначительные размеры совершенно не соответствовали далеко идущим планам автора «Автоэмансипации ".

К Лилиенблюму и Пинскеру присоединились старый националист Смоленский и бывший ассимилятор Леванда. «Ха-Шахар» и «ха-Мелитх «на иврите и «Рассвет «на русском языке стали литературными носителями нового движения. В противовес этим тенденциям «Восход» св.

Петербург отражал идеи прогрессивной русско-еврейской интеллигенции и защищал их старую позицию, состоявшую в том, что она была позициями гражданского освобождения и внутриеврейских реформ. Посередине между этими двумя крайностями стоял русский еженедельник «Русский еврей «в Санкт-Петербурге и еврейский еженедельник «А-Цефира «(«Рассвет») в Варшаве, выражавшие умеренные взгляды период Хаскалы, с решительной склонностью к националистическому движению.

Буря погромов не только сломала много молодых веток на дереве «просвещения», достигшем полного цветения в предшествующий период, но и искривила другие в чудовищные формы. Это ненормальное развитие особенно характерно для идеи религиозных реформ в иудаизме, возникшей в начале 80-х годов. За две недели до погрома в Елисаветграде, открывшего еще одну мрачную страницу в летописи русского еврейства, газеты сообщили, что в этом городе появилась новая еврейская секта под названием «Духовное библейское братство». Его члены отрицали все религиозные догмы и обряды и признавали только моральные доктрины Библии; они осуждали все торговые занятия и старались жить физическим трудом, прежде всего земледелием.

Основателем этого «Братства» был местный учитель и журналист Яков Гордин, находившийся в то время под влиянием как южнорусских штундистов, так и русских социалистов-народников. «Духовное Библейское Братство» состояло всего из десятков человек. В газетном обращении, появившемся вскоре после весенних погромов 1881 г., лидер секты, скрывавший свою личность под псевдонимом «Брат-библист», призывал евреев избавиться от этих черт характера и экономических занятий. которые возбуждали к ним ненависть туземного населения: любовь к деньгам, охота за бартером, ростовщичеством и мелкой торговлей.

Этот призыв, прозвучавший в унисон с голосом русских евреопреследователей и появившийся в то время, когда еще не залечились раны погромщиков, вызвал глубокое возмущение среди евреев.

Вскоре после этого «Духовное библейское братство» распалось.

Некоторые ее члены присоединились к секте единомышленников в Одессе, основанной там в начале 1883 года учителем Яковом Прилукером под названием «Новый Израиль».

Цель «Нового Израиля» состояла в том, чтобы посредством радикальных религиозных реформ, задуманных в духе рационализма, облегчить контакты между евреями и христианами и тем самым проложить путь к гражданской эмансипации. Двойная религиозно-социальная программа секты заключалась в следующем: секта признает только учение Моисея; он отвергает Талмуд, законы о питании, обряд обрезания и традиционную форму поклонения; день отдыха переносится с субботы на воскресенье; русский язык объявляется «родным» языком евреев и делается обязательным в быту; ростовщичество и подобные неприятные занятия запрещены.

В награду за все эти добродетельные подвиги секта ожидала от российского правительства, которому она ходатайствовала об этом, полного гражданского равноправия своих членов, разрешения вступать в смешанные браки с христианами и права носить особый знак, по которому они должны были быть отличен от «талмудических евреев». В знак благодарности за ожидаемые государственные блага члены секты обязались давать своим мальчикам и девочкам, которые должны были родиться в наступившем году, имена Александра или Александры, в честь русского царя.

Первая религиозная половина программы «Нового Израиля», возможно, привлекла немного сторонников. Но вторая «деловая» часть открыла публике глаза на истинные стремления этих «реформаторов», готовых в своем рвении к гражданскому равноправию променять религию, совесть и честь и не побоялся выдать такое низкое лакейство в то время, когда еще не высохла кровь жертв балтского погрома.

Таким образом, иссушающее влияние реакционной юдофобии скомпрометировало и парализовало вторую попытку внутренних реформ в иудаизме.

Оба движения вскоре прекратили свое существование, а их основатели впоследствии покинули Россию. Гордин уехал в Америку и, отрекшись от грехов юности, стал популярным еврейским драматургом. Прилукер поселился в Англии и поступил на службу к миссионерам, стремившимся распространять христианство среди евреев. Через несколько лет, в 1884 и 1885 гг., «Новый Израиль» возник в новом обличии, на этот раз в Кишиневе, где И. Рабинович основал тщедушную «Конгрегацию новозаветных израильтян», имевшую целью «слияние иудаизма с христианством». В доме молитвы, в котором молилась эта «конгрегация», состоящая всего из десяти членов, проповеди также произносил протестантский священник.

Несколько лет спустя и это новое миссионерское устройство было заброшено. Тлетворная атмосфера, окружавшая в то время русско-еврейскую жизнь, могла лишь породить эти ядовитые наросты «религиозной реформы». Ибо благотворные семена такой реформы должны были увянуть после краха идеалов, служивших путеводной звездой в период «просвещения».

«Временные правила» от 3 мая 1882 г. были приняты, так сказать, как чрезвычайная «военная мера», выходящая за рамки обычного русла законодательного действия. Тем не менее российское правительство не могло не понимать, что рано или поздно оно будет вынуждено принять обычную правовую процедуру и поставить еврейский вопрос перед высшим судом страны, Государственным советом. Для этого случая необходимо было подготовить материалы несколько лучшего качества, чем те, которые производились «губернаторскими комиссиями» и «Центральным еврейским комитетом», обязанными своим существованием Игнатьеву, составлявшими неотъемлемую часть всеобщего антиеврейского движения. политика уволенного министра. Еще до обнародования «Временных правил» Совет министров обратил внимание царя на необходимость назначения особой «высокой комиссии» для рассмотрения еврейского вопроса и разработки юридических мер для представления в Государственный совет.