История Филиппы
Шрифт:
– О, Зирель, какая приятная встреча, – не совсем убедительно сказала я.
– Я так не думаю, Филиппа, – с ехидной улыбкой сказала она.
– Да? Неужели? А в чем проблема? – косо поглядывая на Ника, промямлила я.
– Проблема в тебе! Видишь ли, не всем приятно твое нахождение здесь. Ты отобрала у меня подругу, у одной девушки парня, а сейчас тебя все считают чуть ли не спасителем Либерии. Не думаешь, что это многовато для одного человека, а? – она ходила вокруг меня, сверкая своим мечом, как будто сейчас набросится.
– Послушай, это недоразумение, я никого ни у кого не отбирала! Может, стоит поговорить тебе, мне и Ви вместе, и мы все решим мирным путем? – я пыталась перевести тему, но, видно, с ней такие уловки не прокатывают.
– Ну, нет, слишком поздно! Вставай, прирожденный воин! Покажи, на что ты способна! – крикнула она и встала в позицию, подняв свой меч и указав на меня.
Я поднялась с земли, держа в руках меч Ника, и жалобно посмотрела на него.
– Он тебе не поможет! Девочки не отпустят! – засмеялась она злобным смехом.
Я собралась, крепко сжала рукоятку меча, пытаясь вспомнить все, о чем учил Ник, но, как назло, ничего в голову не приходило. Она набросилась на меня с криком ненависти, я еле успевала уходить от ее ударов, каждый раз ее меч свистел у меня над ухом, и мне казалось вот еще чуть-чуть – и мне отсекут голову. Наконец я зацепилась ногой за вырвавшейся из земли корень дерева и упала. Зирель воспользовавшись моментом, занесла меч над головой. Я услышала протяжный крик Ника «Нет!» и подумала, что это конец, конец всего, сейчас мне отрубят голову. И каким-то чудесным образом, может, это помог страх за мою жизнь или адреналин, выработавшийся в крови, я превратилась в ветер. Наконец-то дар нишери проявился во мне. Я почувствовала легкость и резким дуновением отлетела в сторону. Меч Зирель воткнулся в то место, где я только что лежала. Девушки, окружавшие Николоса, отпустили его и бросились на помощь подруге. Долго не раздумывая, я полетела к Вирельге. Скорость была настолько быстрой, что все мелькало перед глазами. Сначала я задумалась – не помочь ли мне Нику… но неужели он не справится с несколькими девчонками!
Я полетела к Вирельге – рассказать о проделке Зирель, что она чуть ли не убить меня хотела, и о том, как во мне проявился дар. Я была безгранично рада, хотя несколько минут назад меня чуть не убили, но об этом я как-то внезапно забыла. Так прекрасно лететь по воздуху… даже нет, самой быть воздухом! Когда ты в этом мире, все нереальное становится как бы само собой разумеющимся, а когда начинаешь задумываться: эй! Да так ведь не бывает! Такое не может быть! – то сама противоречишь себе. Но сейчас я летела, и пусть люди не могут летать, – в нашем мире, но в этом – да. Я ворвалась через окно. Скажем прямо, Ви была немного удивлена и все не переставала смотреть на меня широко раскрытыми глазами.
– Ура! Неужели! Ты научилась! Как? Как это произошло? – визгливо крича, спрашивала она.
– Я все расскажу, только… как мне вернуться в прежний облик? – свистящим, не своим голосом, проговорила я.
– Ох, да, точно. Подумай об этом, прикажи себе, – торжественно сказала она.
Я попробовала сделать, так как сказала Вирельга. «Хочу вернуться в облик человека» – не получилось. «Я приказываю вернуться в облик человека!» – тоже нет.
– Ви, не получается! – я жалобно протянула, и от моего вздоха в комнате упал горшок с цветком и разбился на мелкие кусочки. Ви сурово посмотрела на меня и сказала:
– Мне надо знать, что помогло тебя превратиться. Не просто же так. Расскажи, что было.
– Ники провожал меня к тебе, вдруг налетела Зирель со своими подружками-нишери, они окружили Ника, чтобы он не смог помочь мне, а Зирель вытащила меч и начала нападать на меня, – слава Богу, Ники обронил свой, и я его подняла. Потом я упала и превратилась.
– Но что-то ты ведь почувствовала тогда? – допытывалась Вирельга.
– Оу, да! Страх и адреналин. Сердце начало бешено колотиться…
– Вот, ты должна успокоиться. А не то разгромишь мне всю комнату.
Я и вправду устроила порядочный бардак в ее комнате. Я еще раз вздохнула, выдохнула, но уже более сдержанно, – к счастью, больше ничего не свалилось и не разбилось, а сердце начало потихоньку успокаиваться, и вот я уже начала возвращаться в облик человека.
– Ну, вот, приятно видеть саму тебя, а не размытый силуэт. Теперь все будет легче. Надо научиться управлять даром и отработать превращение. Летаешь ты, как я поняла, уже хорошо?
– Да, у меня было время потренироваться в полетах, когда я удирала от Зирель, – весело заключила я, садясь в кресло напротив Вирельги. Она сама начала убирать остатки разбитого горшка.
– Да, конечно, поступок Зирель оставляет желать лучшего. Что бы было, если б ты не превратилась тогда? Она ведь запросто могла покалечить тебя!
– Ага, или убить, – все также спокойно продолжала я, но в голосе чувствовался сарказм.
– Ну, на это она не способна… – сметая землю в маленькую урну, сказала Вирельга.
– Да, а занести меч над головой человека способна! Да она чокнутая какая-то! – возмущенно вскрикнула я. – Может, тебе помочь прибраться? Я тут устроила немалый разгром.
– Нет, отдыхай… Зирель вспыльчивая.
– Нет, я понимаю тебя. Она ведь все-таки твоя подруга, ты не хочешь думать о ней плохо, но сейчас она сделала не совсем хороший поступок, ты понимаешь, Ви? – пытаясь говорить спокойно, доказывала я свое мнение Вирельге.
– Я знаю, что мы должны сделать, – все так же задумчиво сказала она, – если она сделала это из ревности тебя ко мне, она повторит нападение, в любом случае, даже если это была неудачная глупая шутка, мы все равно должны сказать о ее поступке старейшинам.
– Ну-у, это может выглядеть как ябедничество… а я не очень люблю докладывать… – с сомненьем сказала я, хотя эта идея мне совсем не нравилась.
– Ты не сможешь победить ее, ты не так хорошо владеешь мечом… да и даром нишери! – прикрикнула она на меня. Земля уже была сметена, осталось только собрать кусочки горшка.
– Да, но я поступлю, как… трус, если мы скажем, – протестовала я.
– Это будет не трусость, а предохранение, я обещала тебя защищать, и сейчас я тебя защищаю и не хочу слушать никаких отговорок, – категорично сказала она.
Все-таки Ви убедила меня, и мы пошли во дворец. Там мы все рассказали моей бабушке и другим старейшинам. Но, как я и ожидала, ничего кроме: «Мы с ней поговорим и, если понадобится, примем меры» я не услышала. А чего еще можно было ожидать? Публичное отстранение Зирель от тренировочного лагеря? Или изгнание из Либерии? Это глупость, увечий она мне не причинила… вообще зачем было докладывать, если ничего толкового они и не сделают. Ну, поговорят, а что это даст? Такой тип людей, как Зирель, не отступают, и глупые нравственные разговоры по душам их не останавливают. Таких людей может остановить только жесткий отпор. А то, что мы сейчас наябедничали, еще больше разозлит ее, а это означает только одно, что мне чаще придется заниматься военным искусством. Может, даже чаще, чем нишери, потому что постоянно убегать я тоже не хочу, я не трус какой-то. Я буду сражаться и, если даже проиграю, то с честью.