Чтение онлайн

Мы упомянули далеко не все фрагменты, где речь идет о галльской пшенице. Вместе со сведениями, оставленными другими авторами, они дают нам представление об основных районах, где выращивалась эта ценная зерновая культура. Создается полное впечатление, что почти все общины имели свои пшеничные поля и могли сами обеспечить себя зерном. Урожаи пшеницы собирали вплоть до области Комменж в предгорьях Пиренеев. Ганнибал мог существенно пополнить свои запасы в долине Морьен. Даже малоплодородные земли, как в заболоченной Фландрии, давали урожаи пшеницы. Область Анжу, которую Цезарь специально упоминает в связи с отсутствием там зерна, — пример не показательный: быть может, это отсутствие было временным и случайным. Среди главных житниц того времени надо назвать район Тулузы у вольков, Конта и нижнее течение Роны, и в особенности Бургундию, область битуригов и карнутов. На севере и северо-востоке Суасоннэ и Шампань тоже выращивали зерно.

Галлы были не только большими любителями хлеба, они еще пили очень много пива. После пшеницы больше всего места на их полях отводилось под ячмень. Кроме пива, из ячменя и других второстепенных злаков делали хлеб низкого качества. Однако такой хлеб пекли в исключительных случаях. Вообще-то белый пшеничный хлеб был любимой едой галлов и предметом вожделения для других народов. Виноградарство, напротив, во времена римского завоевания еще не распространилось в Галлии, виноград возделывали главным образом в окрестностях Массилии. Вино было напитком редким и считалось роскошью. Одного раба можно было выменять на меру вина. Предубеждение долгое время препятствовало распространению этого напитка. Вино относили к продуктам изысканным, потребление которого ведет к размягчению характера и утрате мужества. В I в. до н. э. некоторые народы белгов, например нервии, даже запрещали ввоз вина на свою территорию. На другом берегу Рейна германцы рассуждали и поступали таким же образом.

Что до сельскохозяйственных орудий и способов обработки земли, то тут галлы проявили изобретательность, достойную всяческих похвал. Они рано отказались вспахивать землю сохой, этим наследством далеких веков, представляющей собой просто-напросто изогнутое дерево. Плиний приписывает кельтам идею прикрепления к дышлу двух колес. Галльский плуг, получивший таким образом устойчивость, был снабжен мощным железным лемехом с загнутыми краями, по форме напоминающим остроконечную лопату. Для жатвы в крупных хозяйствах Галлии стали применять орудия более производительные, чем серп эпохи бронзы. Галльская коса, примечательная своими большими размерами и тем, что ее надо было держать двумя руками, довольно мало отличается от нашей современной косы. Более того. Плиний и некий римский агроном оставили нам краткое описание жнейки, использовавшейся на равнинных землях. Жнейка имела вид двухколесной тележки, которую толкал вперед бык. Передняя часть тележки, открытая и расположенная низко над землей, была снабжена зубьями, которые подрезали стебли; колосья падали в кузов. Сенсационная находка, сделанная в 1958 г. в Бюзноле (Бельгия), познакомила нас с галло-римским изображением этого интересного приспособления, в котором археологи узнали галльскую жнейку, описанную в древних текстах. Находка позволила объяснить сложный рельеф местности от Порт-де-Марс до Реймса, а также остававшийся неясным рельеф в окрестностях Арлона. Мы имеем, таким образом, три дополняющих друг друга наглядных изображения одного орудия, применявшегося в областях тревиров и ремов во II в. н. э., но являвшегося, безусловно, галльским изобретением. Каким бы несовершенным ни было это орудие, один только факт его создания и применения свидетельствует о желании облегчить и ускорить труд, а это напрямую объясняется количеством засеянной пашни и величиной земельных владений. Галлы старались также удобрять почву. Римские агрономы отметили разумное использование мергеля у белгов и извести — у эдуев и пиктонов.

Наряду с пахотными землями пастбища были вторым основным ресурсом Галлии. В этом можно убедиться, читая многочисленные фрагменты «Записок», где Цезарь повествует о том, как войска отправлялись за фуражом. Римской армии в походе нужно было лишь брать корм в деревенских сараях или на лугах. Когда Верцингеторикс захотел лишить римлян сена, он просто приказал сжечь фермы. Галлы активно занимались скотоводством. Предметом гордости любого народа было наличие у него многочисленной конницы. В этом отношении больше других преуспели тревиры, эдуи и арверны. Эдуи должны были все время поставлять верховых лошадей Цезарю. Разводили галлы также тягловых лошадей. Чтобы в этом убедиться, достаточно представить себе бесчисленные повозки и тележки, о которых мы расскажем позднее, колесившие по дорогам. Мы менее осведомлены о поголовье крупного рогатого скота. Древние авторы ограничиваются тем, что сообщают о большом количестве разнообразных домашних животных. Цезарь отмечает их наличие во многих областях Галлии, не уточняя, однако, о каких именно идет речь. Достоверно известно, что много было свиней и овец. Первые содержались стадами, в условиях весьма вольных, мясо их ценилось. Шерсть, которую давали вторые, славилась в Галлии и за ее пределами. Овец разводили главным образом в Альпах и Арденнах, и Плиний сообщает, что из Прованса их перегоняли в Альпы на летние пастбища. Из домашней птицы следует отметить гусей, их в большом количестве выращивали морины на севере Галлии. Гуси храма Юноны на Капитолии были галльскими.

Хозяйствование, повсеместное и разнообразное, уже давно сформировало представление о ценности земли — источнике всякого богатства. Тому, кто владел землей, нужда наверняка не грозила, он мог, рассчитывая на благосклонность богов, думать о достатке. Галлы это поняли и перешли от коллективной собственности на землю к частной. Хоть и невозможно назвать точную дату такого перехода, совершенно ясно, что произошло это задолго до прихода Цезаря.

Вопрос, поставленный в 1891 г. д'Арбуа де Жюбенвилем, сегодня уже не возникает. Ученый утверждал, что галлы во времена независимости не знали частной собственности на землю. Землей, остававшейся неделимой, владело, по-видимому, племя или сообщество племен, как это было у германцев. Эта теория, основывавшаяся на некоторых внешних факторах и в особенности на том, что Цезарь обошел этот вопрос молчанием, была опровергнута многими учеными. Цезарь ничего не пишет о режиме собственности у галлов потому, что тут галлы ничем не отличались от римлян. Впрочем, молчание проконсула не было полным, как можно было бы подумать; напротив, есть основания утверждать, что подспудно речь у Цезаря шла о частной собственности. Описав обычаи галлов, Цезарь переходит к германцам и прежде всего говорит о том, что жизненные устои германцев отличаются от таковых у галлов. Обозначив главное, он тотчас же отмечает, что германцы не очень-то расположены заниматься земледелием.

«Никто у них не имеет ни определенного участка земли, ни средств, принадлежащих им на правах собственности». Контекст дает нам понять, чем в корне отличались германцы от галлов: у последних земля не была исключительной собственностью государства. Отдельные лица и семьи, представленные главами семей, владели большей частью земли, и земельная собственность являлась основой богатства.

В I в. эта собственность, вероятно, не была очень раздроблена. Все говорит о том, что территория Галлии была разделена на крупные владения, принадлежавшие знати. Именно владение землей позволяло знати держать простой народ в положении полурабов. Галльская ферма, расположенная на опушке леса, неподалеку от реки, посреди пахотных земель и пастбищ, очень напоминает виллу римлянина. Создается впечатление, что перечитываешь известные описания идеальной виллы, сделанные Катоном и Колумеллой. Этим объясняется та легкость, с какой распространился, после завоевания, римский тип хозяйства: Галлия I в. уже воплотила его основные черты.

Ресурсы, создаваемые неустанным трудом людей, дополнялись естественными продуктами, созданными самой природой, которыми галлы тоже не пренебрегали. Рыболовство и в особенности охота продолжали занимать их досуг. Добыча крупной лесной дичи, кабанов, медведей, оленей оставалась занятием захватывающим. 3 Арденнах к тому же водились зубры и олени, а охота на повсеместно распространенного зайца порой превращалась в отчаянное предприятие, о чем нам в деталях поведал грек Арриан.

Галлы постоянно разведывали подземные богатства, в особенности металлические руды. Золото добывалось путем промывки речного песка, тогда как серебро, рассредоточенное по небольшим месторождениям, приходилось выплавлять из руды. Кроме того, цветные металлы, такие, как медь и ртуть, ввозились из Испании. Галлы добывали много железа. Этим занимались повсеместно и с давних времен. Именно железный меч принес могущество кельтам, и именно они первыми стали систематически добывать из недр земли этот замечательный металл. Рудники Лотарингии начали эксплуатироваться в очень отдаленную эпоху. Рудники Берри, Осеруа, Шатийоннэ, Перигора тоже были известны с давних времен. Огюст Добре, изучавший эксплуатацию железных рудников в Галлии, обнаружил следы разработок в Бургундии, Нивернэ, Бретани, Нормандии и в Пиренеях. Иногда руду добывали открытым способом, а иногда, как, например, в Берри, чтобы добраться до руды, рыли штольни. Цезарь неоднократно рассказывает о том, что галлы доставляли ему огорчения своим умением делать подкопы — умением, приобретенным во время работы на рудниках. В частности, он упоминает народы Аквитании и битуригов. При осаде Аварикума римляне с большим трудом создавали площадку для подхода к крепости, однако галлы, отлично владевшие техникой рытья подземных ходов, сделали подкоп и обрушили ее.

Интенсивная добыча полезных ископаемых, несомненно, влекла за собой развитие производства. Руду надо было вначале обработать, чтобы затем получить из нее металл. Восстановительный процесс, по каталонской технологии, происходил в печах с трубчатой выемкой, обложенной огнеупорной глиной. Руда укладывалась горизонтальными слоями, чередующимися со слоями топлива. Отверстие в основании печи обеспечивало тягу во время горения и позволяло по завершении процесса извлечь из печи получившийся железный слиток. Пробные плавки, осуществленные с помощью одной из таких печей, дали металл поразительной чистоты. Последующая горячая ковка позволяла придать металлу нужную форму.

Железо служило материалом для изготовления множества предметов домашнего обихода, оружия, орудий труда и сельского хозяйства. В некоторых погребениях в Берри и Оверни, а также при раскопках в Верто, Ализ-Сент-Рен, Малене были обнаружены самые разнообразные предметы: столярные скобели, кузнечные клещи, кольца и ключи, серпы разной величины, пилы, напильники, циркули, долота, в особенности много шильев и пробойников. Раскопки на холме Бёере открыли большое количество кузнечных мастерских: кузнецы занимали целый квартал оппидума, ложбину, названную Ла-Ком-Шодрон, как если бы они составляли настоящий ремесленный цех.