Чтение онлайн

Церковь играла в этих событиях большую роль. Монашеские ордена, в первую очередь цистерцианцы, основывали обители в диком краю. Монахи упорной работой превращали леса в цветущие сады, подавая тем самым пример другим колонистам — вестфальцам, голландцам, фризам, валлонам, фламандцам, франконцам...

Вслед за сушей немецким становилось и море. Воротами на Балтике являлся Любек, основанный графом Адольфом II в 1143 году в междуречье Траве и Вакениц. После того как город был опустошен пожаром, Генрих Лев вынудил графа уступить ему эту территорию и вторично основал Любек, куда перенес и резиденцию епископа из Ольденбурга. Дальновидный герцог стремился сделать Любек центром притяжения для скандинавской торговли и добился в этом немалых успехов, однако собирать урожай выпало уже не ему. В 1181 году в город торжественно вступил император Фридрих I. Спустя семь лет Любек получил из его рук хартию, в соответствии с которой торговцы из числа русских, готов, норманнов и любых восточных народов могли свободно приплывать в город, не платя пошлины. Управлял городом императорский чиновник — фогт — при поддержке избранного горожанами совета.

В Любек устремились переселенцы, а право беспошлинной торговли привлекло многочисленных купцов. Расцвет Любека напоминает быстрый рост североамериканских городов в XIX веке. Судьба городской общины была тесно связана с морем, и об этом свидетельствует большая городская печать: на ней изображено плывущее по волнам судно с головами дракона на носу и на корме. В середине судна возвышается мачта, на палубе купец указывает путь рулевому. На обратной стороне печати изображен император на троне.

Тем временем вендские племена в окрестностях Любека были обращены в христианство. Из числа знатных славянских семей только одна смогла удержать власть в своих руках: герцог Прибыслав основал правящую династию, которая утвердилась в Мекленбурге вплоть до начала XX века. В этих землях тоже быстро росли города, в первую очередь Росток и Висмар.

В Померании переход от язычества к христианству осуществлялся мирным путем, и ключевую роль здесь играли местные славянские князья, поощрявшие крещение и иммиграцию. Устье Одера с древних времен было связано торговыми путями со Скандинавией и Россией. После того как датчане в 1183 году разрушили город Юлин на острове Воллин (знаменитую Винету), ключевое значение здесь приобрел Штеттин. Позднее к западу от устья Одера появился немецкий город Грейфсвальд, вскоре обогнавший Штеттин в своем развитии. В XIII веке статус городов и соответствующие права приобрели Анклам и Кольберг.

Южнее Мекленбурга и Померании находилась марка Бранденбург, созданная Асканиями [23] . Последние часто конфликтовали со своими соседями — потомки Альбрехта Медведя [24] активно работали над продолжением его дела. Самой старой частью Бранденбурга была находившаяся на левом берегу Эльбы Старая марка (Альтмарк). На ее территории располагалось несколько небольших, но значимых городов — Гарделеген, Зальцведель, Штендаль, Тангермюнде. Между Эльбой и Одером города все еще находились в процессе становления. Появился город Бранденбург, в 1240 году впервые упоминаются Берлин и Кёлльн [25] , находившиеся на переправе через реку Шпрее. В 1253 году был основан Франкфурт-на-Одере.

Немецкие владения заканчивались на Висле, где располагался важный торговый порт Данциг. Там начиналась языческая Пруссия, к покорению которой вскоре приступил Тевтонский орден. В 1233 году на подконтрольной ордену территории официально появились первые города — Кульм и Торн.

Далее к северо-востоку действовал еще один рыцарский орден. Корабли, шедшие из Готланда в Россию, встречали на своем пути большой остров Эзель. Рядом с ним находится большой залив, в который впадает Двина. Это удобное место на ливонском берегу привлекло переселенцев из Висбю. Купеческая смекалка соединилась с христианским рвением; часто именно торговля предшествовала колонизации. Проповедь среди местных язычников начал Мейнхард из гольштейнского монастыря Зегеберг, ставший первым епископом, однако больших успехов ему добиться не удалось, как и его преемнику.

Лишь Альберт, ставший епископом в 1199 году, решил использовать на Балтике опыт Крестовых походов и обращать язычников в христианскую веру мечом. Получив разрешение от папы, он в 1200 году высадился в Лифляндии с большой армией паломников. Вскоре после этого он основал город Ригу и рыцарский орден Меченосцев. Орден приступил к завоеванию окрестных земель, а епископ Альберт привозил в Лифляндию все новых воинов и поселенцев. Король Филипп пожаловал ему Лифляндию в качестве имперского лена. Однако вскоре епископ вступил в конфликт с орденом, который не хотел подчиняться его власти. К этому добавлялись восстания воинственных эстов, грозившие уничтожить все достигнутое. Кроме того, на власть над восточным берегом Балтики стали претендовать датчане. В конечном счете труд Альберта увенчался успехом: Лифляндия и Эстляндия приняли христианство и немецкие порядки. Рига стала важным торговым центром, росли и другие города. К примеру, когда-то построенный русскими и захваченный эстами Юрьев стал епископской резиденцией под именем Дерпта. На берегу Финского залива находился Ревель; основанный датским королем Вальдемаром II и остававшийся до 1346 года под властью Дании, он был, тем не менее, чисто немецким городом.

Колонизация балтийского побережья существенно отличалась от античной греческой колонизации. В Древней Греции она была делом полисов. На Балтике у немецких городских общин тоже возникали мысли о создании своих колоний, было предпринято несколько таких попыток, но все они провалились. Немецкие города оказались слишком слабы и не могли обойтись в деле колонизации без помощи рыцарских орденов. Соответственно, и судьба этих берегов находилась в руках князей и дворян, а не городских общин.

Датчане тем временем настойчиво пытались утвердиться на восточном берегу Балтики. Скандинавы рассматривали эти территории как свое владение и не собирались сдаваться без боя. Уже Вальдемар I [26] завоевал остров Рюген и в 1168 году разрушил языческое святилище в Арконе. Под власть датчан попал и прилегающий участок побережья. Немецкие колонисты постепенно вытесняли в этом районе вендов; в 1230 году был основан Штральзунд. Только в начале XIV века княжество Рюген досталось по наследству правителям Померании.

Падение Генриха Льва и распря между Филиппом и Оттоном IV оказали негативное влияние на северную Германию. Датский король Кнут VI [27] подчинил себе Дитмаршен [28] ; граф Гольштейна Адольф III потерпел поражение и был в качестве пленника в цепях доставлен в Данию. Мекленбургские и померанские правители, а также жители Любека были вынуждены присягнуть датскому королю. Преемнику Кнута VI, Вальдемару II Победителю [29] , император Фридрих II был вынужден сделать большие территориальные уступки на Эльбе.

Возможно, весь бассейн Балтийского моря попал бы под власть датчан, если бы ситуацию не спас граф Генрих Шверинский. В 1223 году он смог внезапно напасть на Вальдемара, охотившегося на небольшом острове, взять его в плен и привезти в замок Данненберг на Эльбе. Граф поставил датчанам весьма тяжелые условия, на которые последовал отказ. Тогда Генрих вступил в союз с архиепископом Бремена и смог одержать победу при Мёльне [30] . Гольштейн был возвращен Шауенбургской династии, Любек изгнал датский гарнизон. Вальдемар провел в плену три с половиной года; выйдя на свободу, он попытался вернуть потерянное, однако был побежден 22 июля 1227 года при Борнгевде к югу от Киля. Его противниками в этой битве были северогерманские князья, Любек и крестьяне из Дитмаршен. Впоследствии появилась легенда, согласно которой немцам помогли небесные силы, ослепив их противников солнечными лучами.

Сбросив датское иго, жители Любека обратились к императору Фридриху II за подтверждением своих привилегий. В 1226 году они смогли получить две грамоты с золотой печатью, в которых говорилось, что Любек на веки вечные останется вольным городом, подчинявшимся только императору и никому более. Так на севере Германии появился первый имперский город.

Датчане после смерти Вальдемара II погрузились в пучину внутренних конфликтов. Они смогли удержать за собой Эстляндию, Рюген и Штральзунд, но лишились всякой надежды вытеснить немцев с восточного побережья Балтики. Здесь ни одна держава не смогла играть доминирующую роль, и это способствовало появлению все новых вольных городов, стремившихся усилить свои позиции.

Первую историю Ганзы опубликовал в 1802–1808 годах Георг Сарториус; он сетовал на то, что его исследование столкнулось с большими сложностями. Первой из них был недостаток источников, и к настоящему моменту ситуация в этом плане существенно улучшилась. Другие проблемы, однако, остались, поскольку они связаны с самим объектом исследования. Сарториус метко замечал: «Жизнь городской общины и дела торговой компании не обладают привлекательностью, которой наполнены великие деяния монархов. В этой истории мало ярких личностей, здесь на первом плане находится не индивидуум, а коллектив».