Чтение онлайн

Также можно было не сомневаться, что теперь и её дети эту предрасположенность унаследуют. Вдобавок оно повысило Контроль и Мощь ещё на единицу, доведя их до пятнадцати и шестнадцати. Что, прямо скажем, было настолько круто, что даже немного завидно! Сразу два очка характеристик! Нет, конечно, его свойство тоже хорошее, а со Школой Иллюзий у него просто замечательная синергия, но всё-таки... Блин, два очка характеристик! Немного всё же завидно. Чуть-чуть...

Последнюю мысль Кирилл додумывал, чувствую, как его понемногу накрывает. Наставницу, судя по ощущениям от их связи, тоже. Последнее, что увидел Кирилл, пока ещё был способен трезво мыслить, это оказавшегося рядом с ними Первого.

***

Вновь минуты просветления, пока в разум лились потоком новые знания, а тонкие тела перестраивались под возросшие характеристики, сменялись бредовыми видениями-снами.

Тёмное просторное помещение, без окон и без мебели. В центре - следы взрыва, вокруг тела или куски тел в тёмных одеждах. А также кровь, много крови, которая испаряется чёрным дымом. Густым чёрным дымом. Чуть поодаль от места взрыва стоят фигуры в таких же тёмных одеждах. Кто-то ранен, но большинство целы. У многих в руках оружие. На мёртвых они не обращают внимания, также как и на раненых. Все смотрят горящими красными глазами только на одну единственную фигуру. Женскую фигуру с такими же красными глазами, что смотрит на место взрыва и постепенно начинает смеяться. Смех, поначалу тихий, становится всё громче, переходя уже на откровенно истеричный хохот.

Смена кадра.

Другое помещение, освещённое магическими светильниками в нишах стен. Никакой мебели. Никаких окон. Только тела. Много тел в тёмных одеждах, лежащих в лужах крови на полу. В центре комнаты стоит женская фигура в таких же тёмных одеждах. Только теперь они порваны во многих местах и пропитаны кровью. Кровь сочится из ран на руках и ногах. Капает с зажатых в руках двух длинных кинжалов. Стекает по лицу, которое не разглядеть из-за длинных, чёрных как смоль густых волос, спутавшихся и слипшихся. Единственное, что видно отчётливо - горящие красным огнём глаза.

Женщина смеётся тихим булькающим смехом, не обращая внимания на торчащий из спины нож, вонзённый по самую рукоять. Ни на воткнувшиеся в бедро и предплечье с левой стороны метательные иглы. Всё её внимание устремлено на изображение раскрытой ладони, повёрнутой пальцами вверх, нарисованное на каменной стене. Она смотрит на неё и смеётся, харкая то и дело кровью. А потом кровь начинает испарятся, обращаясь чёрным густым дымом. На ней, на телах убитых, на полу.

Но испаряется не только кровь. Исчезают обращаясь дымом и тёмные одежды смеющейся женщины, оставляя её полностью обнажённой и позволяя разглядеть прекрасное тренированное тело, покрытое множеством шрамов и высокую крупную грудь. Сочатся дымом и исчезают раны на теле, буквально выдавливая из себя ножи и иглы, оставляя на их месте новые шрамы.

А потом тёмный дым резко обретает форму руки, что хватает женщину за горло, рывком поднимая над полом почти на полметра. Смех превращается в хрип, но она и не думает сопротивляться. Плохо различимые из-за упавших на лицо волос губы беззвучно шевелятся. Так проходит несколько секунд, а потом дымная рука исчезает, и женщина падает на пол. Чтобы усевшись, вновь начать тихо смеяться. Постепенно, смех опять становится всё громче, но теперь он переходит в полный бешенства вопль, сменяющийся звериным рыком.

Комната начинает исчезать, когда Кирилла словно кто-то нежно обнимает со спины, вдавливая голову во что невероятно приятно-упругое, а потом толкает вперёд. И без того путающиеся мысли сбиваются ещё сильнее, молодой человек вроде бы что-то говорит или даже приказывает, нет, командует, а потом всё скрывает темнота...

Смена кадра.

Обставленная роскошной мебелью в эльфийском стиле спальная комната. На широкой кровати лежит обнажённый красавец-юноша, с явной примесью эльфийской крови. На лице - полное наслаждение, взгляд полуприкрытых глаз устремлён в потолок. Верхом на нём сидит, плавно двигая бёдрами, уже явно чистокровная эльфийка с длинными прямыми русыми волосы и светло-зелёными глазами. Юноша на неё даже не смотрит, полностью поглощённый удовольствием, доставляемым движениями умелой любовницы.

А вот ей очень хотелось бы, чтобы он на неё посмотрел. Потому что на красивом лице перворождённой нет никакого удовольствия - только чистейший страх, а в зелёных глазах паника. Она бы рада закричать, но рот забит её собственным нижним бельём, которое она отчаянно пережёвывает, не осознавая саму возможность выплюнуть его. Она бы рада соскочить с юного любовника, но всякий раз стоит ей приподняться над ним, почти слезть с его члена, как тот словно неведомой силой тянет её назад, вынуждая раз за разом насаживаться на него и повторять одни и те же движения. Она бы рада воспользоваться спрятанными прямо в постели амулетами и холодным оружием, но её ладони прилипли к собственной груди, не способные от неё оторваться, не способные перестать массировать её и втирать в неё какое-то душистое масло.

Но даже не в этом причина настоящей паники эльфийки. Причина стоит позади сидящей в кресле в углу спальни обнажённой молодой и очень симпатичной девушки, с чистым лицом, серыми глазами и густыми каштановыми волосами, что неотрывно следит за тем, как на кровати эльфийка скачет верхом на красавчике полуэльфе. Одной рукой она трогает себя за грудь, сжимая и поглаживая соски, другой гладит чуть округлившийся живот, то и дело соскальзывая чуть пониже. А позади неё, в темноте, стоит кто-то и о чём-то весело с ней разговаривает, предлагая внести разнообразие в их семейную жизнь и несколько сменить роли, напомнив кое-кому, кто здесь законная жена, а кто любовница.

Обнажённая девушка в кресле на это утвердительно кивает, всё сильнее начиная удовлетворять себя, глядя на беспомощно скачущую на юноше эльфийку. Кто-то стоящий позади неё отвечает на это довольным смехом... кто-то... кто?

Смена кадра. Смена кадра. Смена кадра...

***

– Кириалль?

Открыв глаза, молодой человек увидел над собой не потолок родных покоев, а потолок всё того же треклятого хранилища, куда они попали. А также склонившуюся над ним Армину. Мысли двигались в голове с трудом, с большим скрипом и треском. Слишком много в неё влилось информации за слишком короткое время. Опять.

– Ммм...

– Вот, попейте воды. Как вы себя чувствуете?

– Паршиво. Но когда меня чуть не убил Мастер - было хуже, - честно ответил молодой человек, принимая из рук служанки флягу, - А ты как?

– Я уже чувствую себя нормально, благодарю вас. Хоть и... до сих пор с трудом верю во всё... это...

Понимающе кивнув и сделав несколько жадных глотков, Кирилл кое-как сел на подушках и осмотрелся. Диантрель уже очнулась и сейчас сидела, скрестив ноги и положив руки на колени с закрытыми глазами. Остальные беглецы его невольные спутники были заняты тем, что чуть в стороне от них, разбившись на небольшие группы, тихо друг с другом разговаривали. Отдельно ото всех сидела пара спасённых тёмных эльфов. Лицана, так, кажется, её звали, видимо, только недавно очнулась, так как прямо сейчас жадно пила воду из фляги, поглядывая по сторонам с откровенно обалдевшим взглядом. Её брат, сидя рядом с ней, что-то тихо ей рассказывал.

Повернувшись к Первому, что тоже сидел рядом с Криллом, Диантрель и Арминой, молодой человек тихо спросил:

– Сколько мы были без сознания?

– По моим ощущениям около шести часов, - так же тихо ответил тёмный эльф, - я сообщил остальным, что вы ещё не до конца оправились после сражения с сектантами и побегом от гаркаинов и что вам нужно восстановить силы. Для этого вы решили воспользоваться одной из методик совместной медитации, переходящей в парный сон.

– Они поверили?
– осторожно уточнил Кирилл, делая ещё глоток.