Чтение онлайн

Спасли тогда Элесандру укрытые за самолично сделанными маскирующими барьерами два наблюдательных кристалла, купленные за личные средства и без лишней огласки. И то, что она не ленилась действительно внимательно просматривать их записи. Скандал она устраивать не стала, вместо этого сделав вид, что всё идёт по плану и она начинает постепенно обращать на ухажёра внимание. И на одном из свиданий Элесандра угостила его собственным зельем, добавив от себя ещё и классической Магии Разума. По итогу, у неё добавилась ещё одна пикантная запись на кристалле-накопителе в шкатулке с бережно собираемым компроматом. Ухажёр же кардинально сменил не только жизненные приоритеты, но и предпочтения в постели. А у Элесандры появились первые серьёзные недоброжелатели в лице родственников несостоявшегося мужа.

Потом были долгие годы углублённой учёбы как в Академиуме, так и в кругу семьи, личная и академическая практика. Всё это сопровождали попытки шпионажа, с целью выведать секреты мастерства. Попытки подставить, подсидеть, втереться в доверие чтобы подсидеть и подставить, и разумеется, попытки обольстить. Последние, правда, не всегда были тайными. Будучи весьма привлекательной женщиной, да ещё и очень завидной невестой, Элесандра получила не одно предложение вступить в брак. Но все предложения она когда вежливо, когда не очень отвергла, твёрдо решив, сначала сделать карьеру и добиться, самое меньшее, признания как Магистр Магии Разума. А то и как Архимагистр. И только потом задуматься о наследниках и необходимом для них подходящем партнёре. Чем весьма расстроила как и потенциальных женихов, так и многих родственников.

И чем опытнее и сильнее становилась Элесандра, тем реже, но опаснее становились подобные попытки. Она в долгу не оставалась, всегда стараясь ответить обидчикам их же монетой, но двойном размере. Попытавшимся поиметь её мозг, она эти самые мозги сношала в разы сильнее, никогда не превращая обидчиков в безмозглые овощи, но перекраивая разум знатно. Попытавшихся поиметь её тело, она несколько раз устраивала поработать в не самые дорогие портовые бордели в прибрежном городке-сателлите Нейрата. Причём исключительно бесплатно, буквально за еду и койку в этом самом борделе. Порой приходилось совмещать оба варианта, отчего её личная коллекция записей разностей степени пикантности и пошлости росла.

По схожему принципу она поступала и с теми, кто пытался занять её место сначала лектора, а потом декана факультета Магии Разума, либо отправив на вынужденную пенсию, либо в могилу. В результате чего, у неё появилось личное кладбище, и ещё больше недоброжелателей. Это её не слишком заботило, главное было, чтобы все подобные попытки и дальше оставались бесплодными. К чему Элесандра прилагала огромные усилия. Регулярно обновляла защитные барьеры, паутины сигнальных нитей и маячков, тревожные и управляющие амулеты. Всю свою личную прислугу, имевшую доступ к её башне или комнатам в родовом особняке, Элесандра лично проверяла и подробно инструктировала. Регулярно проводя в том числе и перекрёстные проверки. Не говоря уже о том, что каждый слуга давал согласие на частичную коррекцию сознания и не одну клятву верности. Заверенную магией, кровью и божественным алтарями. Столь же строго Элесандра относилась к личным ученикам и ученицам.

И всё это давало результаты, так как она по-прежнему была жива и своём уме. Чего нельзя было сказать про немалую часть её недоброжелателей. Так как ответные благодарности Элесандры регулярно достигали инициаторов, исполнителей и осведомлённых причастных. Один из огромнейших плюсов бытия целым Магистром Магии Разума заключался в возможности весьма точно оценить степень вины того или иного обидчика. В результате чего, некоторым из её недоброжелателей не удалось свалить вину на заранее подготовленных стрелочников и уйти от ответной благодарности.

По итогу, недоброжелателей среди коллег и «заклятых коллег» по Академиуму, деловых партнёров, а также родственников близких и дальних (зачастую бывших одними и теми же людьми) у неё было больше, чем ей хотелось бы. Но это было абсолютно нормально, учитывая её специализацию. Как в своё время сказал ей отец: «Если у Магистра Магии Разума нет недоброжелателей среди окружения, то он явно не Магистр, а Архимаг. Просто окружающие об этом уже не узнают». У равных по силе коллег-специалистов по той же боевой или портальной магии уважения было со стороны окружающих столько же, а опасений – в разы меньше. Но такова была плата за специализацию на такой востребованной, но такой же опасной Магии Разума.

В немалой степени, именно из-за этой профдеформации Элесандра и решила сосредоточиться на карьере, отказавшись заключения брака, хотя среди потенциальных женихов имелись вполне достойные кандидаты. А ещё, как бы это смешно не казалось и не было удивительно для одарённой её специализации и уровня силы, Элесандре в глубине души хотелось любви. Настоящей любви, что она порой видела в головах других людей и не людей. Как правило самых обычных горожан или крестьян. Простой, искренней и взаимной любви. Конечно, она легко могла бы влюбить в себя при желании практически кого угодно. И даже сама себя могла заставить полюбить тоже кого угодно. Но это было бы суррогат, фальшивка, кому как не ей это было знать? Хотелось, чтобы всё было без ментальной магии и приворотных зелий. Чтобы рядом был кто-то, на кого можно было положиться. С кем разделить любую ношу и не опасаться получить удар в спину. Да, глупо и наивно, но может же она хотя бы помечтать? И она изредка мечтала, ведь даже целый Магистр Магии Разума не может удовлетворить все свои пожелания.

Поэтому Элесандре приходилось довольствоваться придирчиво отобранным и тщательно проверенным любовником-одарённым из числа учеников Академиума. Дантир был самородком-одарённым из семьи достаточно зажиточных крестьян, живших в окрестностях Нейрата. Высокий, крепкий, как большинство деревенских, с типичными для обитателей побережья Срединного Моря каштановыми слегка вьющимися волосами и карими глазами. Вполне во вкусе Элесандры. Но хоть семья Дантира и была зажиточной по меркам селян, оплатить даже базовый курс учёбы в Академиуме им было не по карману. Но для таких вот самородков из числа простолюдинов была возможность учёбы в кредит, с последующей отработкой долга.

Довольно распространённая практика среди городов Конфедерации. И вроде бы сумма была не такая уж и большая, толковый адепт с патентом и разрешением на частную практику вполне мог бы за пару лет её отработать. Но ведь нужно было платить не только за учёбу, но ещё и за проживание. А также различные расходники для практики. Усиливающие или исцеляющие ритуалы. В итоге, такие вот безродные-самородки по итогу обучения оказывались по уши в долгах, отрабатывая их потом долгие годы, а то и всю жизнь. Такая же участь ждала бы и Дантира, если бы не Элесандра. Талантливого юношу Элесандра выделила из числа новичков сразу же. Присмотревшись повнимательнее и убедившись, что молодой человек не является тщательно подготовленной медовой ловушкой, она сделала ему предложение.

Личная протекция, помощь в учёбе, содержание в процессе и погашение долга после. А также статус личного ученика на всё время обучения. Но в обмен он должен был согласиться на полную проверку сознания и частичную его коррекцию, а также удаление части воспоминаний, после окончания договора. Ну и конечно всё будет заверено полноценным магическим договором, при посредничестве жреца Дамокара. Когда юноша, изрядно нервничавший и не понимавший, чем привлёк внимание самого декана факультета Магии Разума, услышал это, то чуть не пробил челюстью пол. Всё что он смог из себя выдавить, это: «Но п-почему вы не… ну просто?.. ну…»

Не сложно было догадаться, что имел ввиду смутившийся юноша. Почему она просто не загнала себе под каблук приглянувшегося безродного студента? Элесандра одарила его в тот момент понимающей улыбкой, и спокойно объяснила, что не желает давать лишние козыри в руки своим недоброжелателям. У менталистов и так не самая хорошая репутация, и ещё сильнее её портить ей совсем не хочется. Поэтому она и предлагает ему такие, вполне честные, с её точки зрения условия. Разумеется, всё это было не совсем правдой. Даже если бы она без всяких договоров, самым наглым образом захомутала бы понравившегося студента, да ещё и из числа безродных, никто бы ей и слова не сказал. Все бы всё поняли, но сделали вид, что ничего не замечают. Подобное, конечно, на словах не поощрялось, но на деле одного любовника с промытыми мозгами у неё бы никто даже в упор бы не заметил. Да даже небольшой цветник из учеников или учениц не осудили, при условии, что у них не было бы сильных покровителей. Ну и при условии, что на выбранных ею жертв не положил глаз кто-то другой. Но и тогда, скорее бы попытались договориться, а не доводить до конфликта. Иные из её коллег в открытую имели чуть ли не целые гаремчики, как у нобилей Южного Халифата.