Чтение онлайн

поражающий цензурами буллы На вечери Господни ("In coena Domini") епископа

Калаоры и коррехидора [774] Логроньо за то, что они исполнили приказания

своего государя, а не то, что предписано в булле, которая была получена

неожиданно и обязывала Филиппа II писать из Лиссабона, где он тогда

находился, кардиналу Гранвелле [775], председателю совета Италии, чтобы тот

предъявил от его имени надлежащие ходатайства {Письмо короля напечатано в

моей Дипломатической коллекции.}. Павел V [776] захотел в 1617 году осудить

труд испанского юрисконсульта Севальоса о праве апелляции к гражданской

власти, потому что он защищал как законное, справедливое и полезное право

короля покровительствовать своим подданным против насилий и посягательств

судей и других церковных властей. Филипп III [777] велел сделать

представления об этом предмете через кардинала дома Гаспара де Борху, своего

посланника в Риме, и поручил ему 27 сентября склонить Его Святейшество к

отказу от этого намерения, потому что в Испании не придадут никакого

значения этому запрещению и приказаниям, которые ему вздумается дать на этот

счет {Письмо этого государя.
– N6 Дипломатической коллекции.}.

XV. Новые запрещения были декретированы Урбаном VIII против нескольких

испанских сочинений, потому что в них доказывалось, что гражданская власть

единственно имела право произносить приговоры по некоторым делам,

расследование которых постепенно было узурпировано церковной властью с эпохи

средневековья посреди всеобщего невежества. Это новое покушение побудило

Филиппа IV [778] представить папе через того же кардинала не менее

энергичные Возражения {Письмо этого государя написано из Мадрида 10 апреля

1634 года; оно находится в моей коллекции под N 7.}. Они не помешали римской

курии пойти на новые эксцессы. Когда вспыхнуло восстание Португалии,

испанский король назначил епископов на вакантные места. Герцог Браганцский

[779], хотя еще не был признан законным государем, назначил других лиц на

эти епархии. Папа отказался утвердить назначения испанского короля и даже не

захотел употребить самую простую меру избрания на должность, которая

избавила бы его от отказа государю, сделавшему назначения.

XVI. В 1709 году Климент XI [780] своим поведением побудил Филиппа V

[781] отослать от своего двора нунция с его трибуналом и запретить всякое

сношение с римской курией. В то же время король поручил епархиальным

епископам произносить приговоры по разным делам, по которым до тех пор

прибегали к папе.

XVII. Были очень сильны распри между Климентом XIII и Карлом III [782]

по случаю увещательного послания от 30 января 1768 года, выпущенного против

инфанта дона Филиппа Бурбонского, герцога Пармского. Наконец, едва ли

найдется король, главным образом из австрийской династии, который не испытал

бы печальных последствий политики Филиппа II, унизившегося до просьбы о

прощении и до получения отпущения цензур как подсудный святому престолу и

пособник еретиков. Он очень хорошо знал, что поведение папы несправедливо и

что такой сильный удар со стороны римской курии, направленный на него и на

его отца, мог быть лишь следствием интриг и клеветы. Этот довод должен был

бы побудить короля оградить своих подданных от подобных несчастий, которыми

угрожало существование инквизиции и которых тем больше следовало бояться,

что делопроизводство суда совершалось секретно против обвиняемых, которые

без опоры и без защиты, подвергались опасности потерять честь, жизнь и

имущество.

Статья вторая

ИНКВИЗИЦИИ САРДИНИИ, ФЛАНДРИИ, МИЛАНА, НЕАПОЖ, ГАЛИСИИ, АМЕРИКИ И ОКЕАНСКИХ ОСТРОВОВ

I. Как бы ни были сильны эти доводы, Филипп II не только не сделал из

них правила своего поведения, чтобы защитить свой народ от инквизиции, но

решил еще расширить власть трибунала и заставить нести его иго тех своих

подданных, которые не были испанцами и постоянно оказывали учреждению

инквизиции самое энергичное сопротивление. В 1562 году Филипп II приказал

сардинской инквизиции строго сообразоваться с правилами испанского святого

трибунала в преследовании обвиняемых, хотя ему заметили, что до сих пор были

известны только формы, установленные Фердинандом V и представлявшие собой

несколько менее суровый характер

II. С не меньшей суровостью отнесся Филипп II к своим подданным в

графстве Фландрском. Карл V в 1522 году назначил Франсуа де Гульта,

светского советника Брабанта [783], главным инквизитором Фландрии. Адриан VI

(на следующий год одобривший его назначение) облек его всеми правами

апостолической юрисдикции, с условием, что он возьмет членами суда

священников и богословов. Вскоре были назначены три провинциальных

инквизитора: старший каноник-монах Иперна [784] для Фландрии и подчиненных

ей местностей, первенствующий в духовенстве Монса [785] для Геннегау и декан

Лувена для Брабанта, Голландии и других провинций. Климент VII назначил

главными инквизиторами кардинала Эверарда из Марки, епископа Льежского

(Люттихского) и советника Франсуа де Гульта, о котором я только что

упомянул. Эта мера не уменьшила прав других инквизиторов. Декан лувенский

справил в 1527 году несколько аутодафе, причем присудил шестьдесят лиц к

различным карам, допустив их затем к примирению с Церковью. В 1529 году были

обнародованы страшные указы против еретиков, возобновленные в 1531 году с

некоторыми смягчениями, удержавшимися впоследствии.

III. По смерти лувенского декана Павел III в 1537 году назначил

главными инквизиторами его преемника по деканату и каноника Дуса. Они

вступили в должность с одобрения Карла V, давшего им полномочия через свой

совет в Брабанте в 1545 и 1550 годах. В 1555 году Юлий III [786] разрешил

декану и канонику иметь помощников с передоверием полномочий. Павел IV в