Чтение онлайн

подчинены генеральному викарию. Быть может, по этой причине Иоанн XXIII

[245] (признанный в этих провинциях) на третий год своего

первосвященничества, 1 июня 1412 года, отправил бреве, которым он назначал

брата Альфонсо д'Афраона, монаха-францисканца, на должность инквизитора

королевств Португалия и Альгарвия, но с оговоркою, что это распоряжение не

должно причинить никакого ущерба правам тех монахов, которые были

инквизиторами {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл 37.}.

IV. Город Перпиньян был резиденцией одной из провинциальных инквизиций

королевства Арагона, юрисдикция которого распространялась на графства

Руссильон и Сер-данью и на три Балеарских острова - Майорку, Минорку и

Ивису. Бенедикт XIII (который был признан в этой части Испании) счел

целесообразным внести реформу в это положение вещей. Он разделил эту

провинцию, создал особую инквизицию для трех островов и назначил первым

инквизитором Майорки брата Гильерме Сегарру, оставив во главе инквизиции

Руссильона брата Бернара Паже {Парома. О происхождении святой инквизиции.

Кн. 2. Гл. 8.}. Эти два инквизитора, которые были доминиканцами, справили

несколько аутодафе, допустили к примирению с Церковью многих обвиняемых и

предали довольно большое количество лиц в руки светской власти, которая

приговорила их к сожжению {Диего. История ордена проповедников или

доминиканцев в провинции Арагон. Кн. 1.}.

V. Избрание Констанцским собором Мартина V (происшедшее 11 ноября 1417

года) положило конец великой западной схизме. Португальские монахи должны

были подчиниться власти провинциала Испанской провинции, которым тогда был

монах их национальности, по имени брат Хуан де Сант-Юст. Но доминиканцы,

бывшие на Констанц-ском соборе, убедили папу, что юрисдикция Сант-Юста

слишком обширна; это побудило верховного первосвященника бреве от 5 февраля

1418 года определить, чтобы Испанская провинция была разделена на три

провинции. Первая из них, под названием провинции Испания, включала

Кастилию, Толедо, Мурсию, Эстремадуру, Андалусию [246] и Бискайю [247] с

Сантильянской Астурией [248]. Вторая, провинция Сант-Яго, была составлена из

королевств Леон, Галисия [249] и Овиедской Астурии [250]. Третья провинция,

или Португалия, простиралась на ее королевство и на все земли, подчиненные

законам ее государя {См. копию этого бреве у Монтэйро. Ч. Г. Кн. 2. Гл. 38.}.

VI. С этого времени португальские провинциалы стали главными

инквизиторами королевства и имели право назначать особых инквизиторов в свои

провинции, в силу бреве Иннокентия VI [251]. Впрочем, по-видимому, они на

это получили особое разрешение, подобное тому, которое было направлено

арагонским провинциалам, когда они отделялись от кастильской короны {Там же

и гл. 39}.

VII. Король Арагона Альфонс V [252], видя, что Каталония, Руссильон и

Майорка имеют провинциальные инквизиции, счел малопочетным для королевства

Валенсии не иметь своей. Если таково было мнение о сущности инквизиции столь

мудрого короля, каким был Альфонс, то что думать о происшедшей в умах

революции? Мартин V, в удовлетворение желания этого государя, 27 марта 1420

года отправил буллу, которою предписывалось провинциалу Арагона учредить, в

силу данных ему полномочий, провинциальную инквизицию в городе Валенсии, а

не довольствоваться посылкой туда комиссаров, как это делали его

предшественники и он сам.

VIII. Провинциал исполнил папское приказание и назначил первым

инквизитором брата Андрея Роса, который начал свою деятельность

преследованием нескольких мавров и евреев, пытавшихся совратить христиан.

Преемником его был брат Доминго Корте в 1425 году, а после него брат Антонио

из Кремоны, духовник королевы. В то время как эти три инквизитора стояли во

главе инквизиции, они покарали множество жителей, принявших учение

вальденсов. То же, по-видимому, произошло на острове Майорка во время

управления брата Педро Мурта, который заступил место брата Бернара Паже

{Монтэйро, История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 30.}.

IX. В 1434 году в Мадриде умер знаменитый дон Энрико Арагонский, граф

де Тинео, маркиз де Вильена. Так как его образованность ставила его выше

современников, то он приобрел репутацию некроманта [253]. Король Кастилии

Хуан II [254] (который не менее своих подданных был предубежден против

маркиза де Вильены) приказал брату Лопе де Барриентосу, доминиканскому

монаху, преподавателю его сына, принца Астурийского [255], разыскать книги

маркиза и сжечь их, что в действительности и произошло, но не в такой

полноте, чтобы некоторые из них, по признанию самого монаха комиссара, не

ускользнули от проскрипции {См. заметки дона Висенте Ногары, сделанные на

полях Истории Испании, соч. Марианы, изд. в Валенсии. Т. VII. Кн. 20. Гл. 6.}.

X. Писатели приводили этот факт, чтобы установить, что тогда не было

еще в Кастилии инквизиции, и они полагали, что это дело было проведено

епископом Куэнсы {Парома. О происхождении святой инквизиции. Кн. 2. Отд. II.

Гл. 1.}. Это обстоятельство, вместо доказательства их мнения, совершенно ему

противоречит: брат Лопе не был тогда еще епископом Куэнсы и стал им лишь

гораздо позже. В 1438 году он был назначен на епископскую кафедру Сеговии; в

1442 году он перешел в Авилу [256], обменявшись местом с кардиналом домом

Педро Сервантесом, и только в 1444 году по смерти дома Альваро д'Исориа"

{Кольменарес. История Сеювии. Гл. 30; Хуан Мартир Риссо. История Куэнсы. Гл.

9.} он занял епархию Куэнсы. Итак, брат Лопе был лишь доминиканским монахом,