Чтение онлайн

– Пришел мистер Мейсон с секретаршей. Карл заявил, что его ранили...

– Секундочку. К этому времени он знал, что умирает? Говорил, что рана может быть смертельной?

– Нет, сэр. Он все прикидывал, как бы выжать из тех, кто замешан в этой истории, побольше денег.

– Что было после ухода мистера Мейсона и мисс Стрит?

– Еще при них Карл начал жаловаться, что его знобит. Видно, хотел создать у них впечатление, что он тяжело ранен. Я думала, что это лишь игра, но после их ухода он сказал, что у него действительно озноб. Я посоветовала ему принять горячую ванну. Он привстал и вдруг почувствовал себя плохо - побледнел, зашатался, потом как-то удивленно сказал: "Нелли! Я умираю!"

– Он рассказал вам после этого, кто его ранил и как это было?

– Да, сэр.

– В таком случае это, с точки зрения закона, его предсмертное заявление. Постарайтесь припомнить его в точности.

Судья Болтон взглянул на адвоката:

– У защиты нет возражений?

– Нет, - ответил адвокат.
– Но мне хотелось бы задать свидетельнице несколько вопросов по поводу обстоятельств, при которых было сделано это заявление.

– Пожалуйста, - кивнул головой судья.

– Хэррод сказал вам, что умирает?

– Да.

– Через сколько времени после этого он умер?

– Через несколько минут. Примерно через десять.

– Значит, с того момента, как мы с ним расстались, состояние его резко ухудшилось?

– Да. Это произошло, когда он попытался встать - чуть приподнялся, затем откинулся назад; на лице появилось выражение ужаса и удивления. Он сказал: "Нелли, эта проклятая рана... Что-то случилось. Кажется, задето сердце. Я... я умираю".

– Ну а дальше?

– Он прижал ладонь к ране и воскликнул: "Нелли, я не хочу умирать!" Потом он сделал то заявление, о котором я говорила.

– Да, кажется, это действительно предсмертное заявление, - сказал Мейсон помощнику прокурора.
– Пожалуйста, продолжайте.

– Ну что ж, раз защита не возражает, сообщите нам, что это было за заявление, - сказал Калверт.
– Постарайтесь вспомнить его собственные слова.

– Он рассказал, что вернулся в отель, где жила обвиняемая, чтобы выторговать у нее письма, а заодно проучить Кэтрин Бэйлор, если она еще там. Еще он сказал, что обвиняемая живет под именем Ферн Дрисколл, хотя на самом деле ее зовут Милдред Крэст, и он может доказать, что она убила Ферн Дрисколл.

– Говорил он что-нибудь, из чего следовало бы, что рана была нанесена именно ею?

– Да. Он рассказал, что позвонил в дверь и, когда она открыла, снова повторил свои предложения насчет писем. Она посмеялась над ним, назвала шантажистом и сказала, что если он тотчас же не уйдет, то она заявит в полицию, что он вломился к ней в номер с целью грабежа. По его словам, разговаривали они в дверях, и, сказав все это, она ударила его кулаком в грудь и захлопнула дверь. Он не знал, что в руке она держала шпатель, и только в лифте заметил, что тот застрял в теле. Он не думал, что рана серьезная. Ему пришло в голову, что такой поступок обвиняемой позволит ему сторговаться с ее адвокатом Перри Мейсоном: тот мог бы отдать ему письма, которые он потом продал бы за хорошую цену журналу или мистеру Бэйлору.

– Что случилось со шпателем?

– Карл принес его домой.

– Говорил он, что его ранили именно им?

– Да.

– Где сейчас этот шпатель?

– Я отдала его полицейским.

– Вы пометили его перед этим, чтобы потом не спутать?

– Да. Нацарапала свои инициалы на деревянной ручке.

– Сейчас я покажу вам шпатель. Вот, смотрите, это тот, о котором вы говорили?

– Тот самый.

– Предъявите вещественное доказательство защите, - распорядился судья.

Калверт встал, подошел к адвокату и протянул ему шпатель. Тот внимательно его осмотрел и обратился к судье:

– Могу я задать свидетельнице несколько вопросов по поводу этого шпателя?

– Конечно.

Мейсон повернулся к свидетельнице:

– Я вижу на нем ярлык с ценой, приклеенной клейкой лентой. На нем эмблема "Аркейд Новелти" и отметка "цена 41 цент". Был ли этот ярлык на шпателе, когда вы получили его от Карла Хэррода?

– Был.

– Вы совершенно уверены, что он дал вам именно этот шпатель?

– На сто процентов.

– И что его ранили именно им?

– Да.

– Когда вы пометили его своими инициалами?

– Когда пришла полиция.

– Это посоветовал вам один из полисменов?

– Да. Чтобы я могла его потом узнать.

– В вашем номере были еще шпатели?

– Один был.

– Где?

– На кухне, в ящике буфета.

– Значит, в этом ящике было два шпателя, так?

– Совершенно верно.

– Зачем же вы положили туда тот, которым был ранен Хэррод? Разве вы не понимали, что...

– Карл пришел домой под кайфом, - перебила Мейсо-на свидетельница.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду, что он был под кайфом. Вы что, не знаете, что это значит?

– Он был пьян?

– Нет.

– Накурился марихуаны?

– Да.

– Ну, и что же он сказал?

– Он был в приподнятом настроении. Сказал, что почти ухватил за хвост жар-птицу. "Вот, - говорит, - достал тебе шпатель для мороженого. Разве я плохо забочусь о семье?" - и с этими словами бросил шпатель в раковину, Я спросила его, на кой черт нам сдался шпатель: я ведь не умею готовить домашнее мороженое.

– А дальше?

– Он пошел в комнату, сел в кресло, и мы с ним немного поболтали. Потом я вернулась на кухню. Шпатель лежал в раковине. Под ним были какие-то розовые потеки; верно, из крана на него капала вода. Я не обратила на это внима ние и вымыла его.

– Вы его вымыли?!

– Ну да, я же не знала, что его им ранили. Я всегда мок посуду перед тем как убрать ее на место.

– Было ли вам тогда известно, что в ящике буфета уже лежит один шпатель?

– Честно говоря, нет, Когда полицейские попросили отдать им шпатель, которым было совершено убийство, я выдвинула ящик и увидела там сразу два.

– Теперь слушайте внимательно вопрос, - сказал Мей сон.
– Могло ли случиться, что вы спутали эти шпатели Подумайте, прежде чем ответить.

– Не могла я их спутать!

– Почему вы так уверены?

– Потому что положила шпатель, которым ранили Карла, в определенное место. Тот, второй, лежал в глубине ящика, у задней стенки. К тому же на нем не было ярлыка с ценой. Я точно помню, что на том, который принес Карл, ярлык был.

– Вы точно это помните?

– Абсолютно точно.