Чтение онлайн

– И они, как говорится, форсировали это опознание?
– спросил Дрейк.

– Скорее всего, это было сделано так: продавщице дали возможность увидеть Милдред, когда та не знала, что за ней наблюдают. Они не выстраивали перед ней нескольких женщин и не давали выбрать одну, как делается обычно. Когда она наблюдала за Милдред, они убеждали ее, что знают точно: это та самая девушка, что покупала шпатели. Потому она ее и "опознала".

– Представляю себе лицо этой продавщицы, когда она увидит меня!
– весело сказала Делла. Адвокат хмыкнул.

– Как же вы хотите поймать их в ловушку?
– спросил его Дрейк.

– Насчет путаницы со шпателями пока не знаю. Что же касается ложного опознания, надеюсь, здесь нам будет легче. По крайней мере, мы знаем, кто на самом деле покупал шпатели. Когда я представлю этой свидетельнице Деллу, в суде поднимется настоящий переполох.

– А если она ее не узнает?
– спросил Дрейк.

– Тогда моя клиентка попадет в переплет, - задумчиво проговорил Мейсон. Конечно, Делла может под присягой заявить, что покупала те шпатели, но, учитывая тот факт, что она работает со мной, к этому скорее всего отнесутся скептически... Хотя, думаю, судья Болтон должен нам поверить.

– Он-то, может, и поверит, - отозвался детектив.
– А как насчет присяжных?

– В том-то и дело, - вздохнул Мейсон.
– Судья Болтон знает меня достаточно хорошо, так что если я вызову Деллу давать показания, он поймет, что она не лжесвидетельствует.

– Может, лучше подождать с этим до суда присяжных, чтобы произвести впечатление на них?

– Не знаю, лучше ли это, - возразил адвокат.
– Здесь есть один большой минус.

– Какой?

– Чем больше пройдет времени, тем менее вероятно, что свидетельница изменит свои показания. А если дело будет разбираться потом в суде более высокой инстанции, она вызубрит их так, что переубедить ее будет просто невозможно. Самое интересное, что из-за этого ложного опознания неизбежна и путаница с орудием убийства, Из этого может выйти кое-что занятное.

– Посмотрим, - отозвался Дрейк.

– А что делать мне?
– спросила секретарша.

– Не попадаться на глаза свидетельнице, - ответил

Мейсон.
– Утром она могла видеть вас мельком, но теперь держитесь от нее подальше, пока я вас не вызову.

– Но в зале хоть мне можно сидеть? В заднем ряду?

– Нельзя, - отрезал адвокат.
– Будьте в комнате для свидетелей. В самой дальней.

– Интересно, как они отнесутся к тому, что вы подложили шпатель в номер Хэррода?
– задумчиво произнес Дрейк.
– Разве это этичный поступок?

– А что тут такого?
– пожал плечами Мейсон.
– Мы скажем, что хотели узнать у Хэррода, таким ли шпателем он был ранен, а потом забыли его в номере.

– Но я не могу подтвердить это под присягой!
– заявила Делла.

– Черт возьми! Я же не заставляю вас лгать! Вы присягнете, что купили три шпателя, один из них принесли в номер Хэррода и там оставили. Скажете, что действовали по моей инструкции.

– А сами вы будете давать показания?
– озабоченно спросила Делла.

Адвокат покачал головой:

– Постараюсь объяснить суду, что прокурор не должен заставлять нас подтверждать буквально каждый свой шаг. Я хотел перехитрить шантажиста и вовсе не собирался намеренно вносить путаницу в дело о расследовании убийства. Главное сейчас - доказать, что обвинение построено на ложных уликах и ложном опознании обвиняемой; к тому же, представлено не то орудие убийства. Если удастся, следователи и прокурор сгорят со стыда.

– Звучит заманчиво, - усмехнулся детектив, - но все это напоминает мне ходьбу по проволоке над глубокой пропастью.

– Что-то общее есть, - согласился Мейсон.
– Одно мне не дает покоя, Пол, У Ферн Дрисколл была машина. Кассир Бэйлора подтвердил это, когда давал сегодня показания. Из Лансинга она уехала на ней, потом вдруг стала голосовать на дорогах. Куда делась машина? Пусти-ка по следу своих гончих.

* * *

– Насколько я помню, мы собирались перейти к перекрестному допросу свидетельницы Ирмы Кэрнс, - сказал судья Болтон.
– Просим свидетельницу занять свое место.

Продавщица прошла мимо Мейсона, бросив на него взгляд из-за толстых стекол своих очков,

– Вы носите эти очки постоянно, мисс Кэрнс?
– как бы невзначай спросил адвокат.

– Нет, сэр.

– Когда же вы их снимаете?

– Когда ложусь спать.

В зале плеснуло смешком. Но лицо продавщицы осталось непроницаемым, так что трудно было понять, хотела ли она пошутить или ответила всерьез.

– Вам известно, как зовут девушку, купившую у вас шпатели первой?

– Сейчас да. Тогда я не знала.

– Ну и как же?

– Мисс Кэтрин Бэйлор.

– Когда вы это узнали? Калверт вскочил со стула:

– Протестую! Это не имеет отношения к делу. Судья покачал головой.

– Нет, это весьма существенно. Отвечайте!

– Это было недавно... точно не помню...

– Кто вам это сказал?

– Полицейские.

– Значит, вы говорите это со слов полицейских?

– Ну... не совсем так.

– А как?

– Они дали мне возможность на нее поглядеть.

– Значит, они сперва сказали вам, что это именно та девушка, а потом ее показали?

– Да, верно.

– Вы знали, что вам потом надо будет ее опознать?

– Протестую!
– снова воскликнул помощник прокурора.
– Мисс Бэйлор подтвердила, что покупала шпатели, и согласилась давать показания. Так что мы попусту тратим время.

– Однако же, - возразил Мейсон, - с позволения суда, я буду опрашивать свидетельницу так, как считаю нужным.

Судья кивнул:

– Это ваше право. Продолжайте.

– Итак, было ли вам известно, что женщину, которую вам покажут, надо будет потом опознать?

– Мне этого прямо не говорили.

– Но намекали на это, да?

– Намекали.

– Понятно, - подытожил адвокат.
– А когда вам стало известно, что второй покупательницей была Милдред Крэст?

– Вскоре после ее ареста.

– Что значит "вскоре"? Через два-три дня?

– Раньше.

– Полиция проводила опознание так же, как в случае с Кэтрин Бэйлор? Они предварительно сказали вам, что покупательницу зовут Милдред Крэст?

– Я и без того ее узнала.

– Они поставили вас в известность, что вам потом надо будет ее опознать?