Чтение онлайн

Командир судна, утвердительно кивнул и прошелся передо мной, сделав несколько шагов в одну сторону, а потом в другую.

– А если я укажу в своем заявлении, что ты пытался взорвать мое судно или шпионил на конкурентов моего работодателя? – Договорив, он остановился рядом с техническим верстаком, и присев на него сложил руки на груди.

– Это нужно доказать. – Я снова улыбнулся, вдруг поняв, что этот человек никуда и никакую жалобу подавать не собирается, а просто проверяет меня. – Вряд ли такое возможно… – Я снова пожал плечами. – Я думаю, сенсоры наблюдения центрального пирса видели, как я залезал в этот, – я кивнул на один из контейнеров, которыми был заставлен весь грузовой модуль судна, – контейнер. – Так что любому дознавателю будет понятно, что я просто уснул там, а проснулся тут.

Мои слова снова вызвали смешок позади нас.

– Хорошо. – Командир кивнул и сменил позу, упершись руками в столешницу верстака но, не слезая с него. – А еще, чтобы избежать всей этой бюрократии, могу приказать им, – он имел в виду трех членов своего экипажа, – выкинуть тебя через шлюз в открытый космос. И никто никогда об этом не узнает! Как ты думаешь, что там с тобой произойдет? – Он прищурил один глаз и, наклонив голову, смотрел на меня.

– Погибну. – Я говорил совершенно спокойно, зная, что ничего плохого со мной уже не случится. – Примерно через сорок секунд потеряю сознание, конечно если успею выдохнуть воздух, перед тем как окажусь в вакууме, а еще через примерно пятьдесят секунд, мой мозг прекратит активность в результате гипоксии.

Вид командира вдруг стал озабоченным и немного удивленным.

– Лена, что будем с ним делать? – Он немного повернул голову в ту сторону, где стоял его экипаж и окликнул высокую женщину, с разрядником в руке, довольно громко. – Выбросим в шлюз и сделаем ставки на то, сколько секунд он проживет или пусть летит с нами. Назад-то его уже не вернешь!

– Я бы его высадила. – Нам нахлебник на борту не к чему. – Слова ее звучали вполне серьезно.

Я посмотрел на нее, она стояла и игралась разрядником, то сложив его, то рывком руки, наоборот распрямив в длину.

– Откуда ты такой умный взялся на центральном пирсе? – Командир нахмурился, явно думая, что со мной делать. – Не очень-то ты похож на портовый плебс. – И усмехнулся. – Ну если не считать этого смрада.

– Я закончил Высшую летную Академию Неополиса. – Тихо, но гордо вымолвил я.

Несколько секунд командир просто смотрел на меня.

– Так ты пилот? – Его брови образовали угол.

– Да. – Я кивнул и тут сразу же смутился от того, что являясь пилотом, выгляжу позорно, грязно и неподобающе излучаю помойную вонь.

– Пилот, который работает… даже не докером, рабочим на пирсе! – Он слез со стола и недоуменно уставился на меня.

– Я работал оператором сцепки, пока ждал назначения с момента выпуска из Академии. По распределению я попал на мусоровоз в резерв второго пилота, но когда пришла моя очередь, компания взяла, другого. – Мои слова и то, как они прозвучали, их выражение и интонация, сделали свое дело, больше объяснять ничего не пришлось.

– Ясно… – Командир погладил бородку. – Вот почему от тебя так воняет! – Он улыбнулся, а за спиной кто-то засмеялся и снова закашлял. – А кто я, ты знаешь?

– Нет.

– Я командир Маер. Слышал о таком?

Командир Маер… Командир Маер… Как же это… Что-то очень знакомое. Да быть не может! Точно! Командир Грек Маер! Я обомлел. Конечно! А как я мог догадаться, кто такой этот немолодой и даже можно сказать уже в возрасте, человек, если видел его фотографию однажды и периодически слышал о нем на лекциях в Академии. Это Грек Маер – один из основателей профессионального Союза пилотов, автор нескольких методических пособий по навигации космических судов! Нельзя учиться в Академии и не слышать это имя. Одна из лекций даже полностью была посвящена ему и его профсоюзу. Именно эта организация двадцать лет назад, начав свое существование на орбитальной станции Порт, добилась того, что подняла статус профессионального пилота на один уровень с правительственными чиновниками и учеными. Они отстаивали права ущемленных и добивались улучшения условий предоставляемых компаниями для работы. Ходили слухи, что командир Грек Маер вот уже несколько лет как прекратил летать и живет где-то на Земле, а созданный им профсоюз функционирует под председательством других доверенных ему людей. Некоторые говорили, что его рост больше двух метров, а некоторый утверждали, что такого человека не существовало вовсе.

Но передо мной стоял почти старик, ниже меня на голову и казалось, дунь я на него сейчас и он рассыплется на мелкие части. Однако же, его взгляд выдавал в нем человека властного и своенравного. По своему пусть и не большому опыту жизни, я знал и мог отличать простаков от людей не простых и опасных. А этот, с морщинистым лицом и костлявыми кистями, которые он из-за спины переместил на ремень синих форменных брюк, был явно опасен. С таким нужно держать ухо в остро, и прежде чем что-то сказать нужно, было очень хорошо подумать.

Я быстро окинул взглядом еще троих присутствующих. Все до сих пор стояли, молча насупившись и, явно боялись издать какой либо звук без разрешения. Я сглотнул. Нужно было что-то говорить.

– Это большая честь для меня… – Улыбка не получилась.

– Глупости. – Он махнул рукой, словно и не был тем, кем представился. – Иди за мной. – И снова сцепив кисти рук за спиной, немного прихрамывая на левую ногу, пошел прочь.

Я сделал шаг вперед, но на секунду остановился и немного обернулся, чтобы посмотреть на тех, кто остался позади. Женщина, которая била меня импульсными разрядами, молчаливо улыбнулась мне из-под черных бровей, потом подняла руку, в которой был шокер и видимо в шутку, слегка покачала им, пригрозив мне.

Выдохнув с облегчением, я шагнул в переход меду модулями.

Так, несуразно и глупо, два года назад, произошло мое знакомство с командиром Греком Маером на борту Пилигрима, следовавшего с грузом в одну из колоний. Сейчас он командир коммерческого магистрального судна класса СИД с позывным «Атлант». Новейшее судно четвертого поколения, оснащенное четырьмя силовыми термоядерными реакторами позитронного действия, способными разогнать, его до восьми астрономических единиц в час. Прорыв. Когда-то считалось, что пять астрономических единиц, это предел. До этого три. Ничто не может двигаться быстрее. А когда-то еще раньше говорили, что и с этой скоростью способны летать только безмассовые частицы, фотоны и радиоволны. Потом все научные догматы полетели в трубу именно с такой скоростью. Ничего не произошло с первым искусственным телом, которое термоядерная силовая установка, вкупе с полимагнитным синтезом нейтрино, разогнала, сначала до половины, а потом и до предела скорости движения квантовых частиц. Никакого перемещения во времени, никакого фантастического гиперпространства… Просто это оказалось не пределом. Так же, как когда-то оказалась не пределом скорость звука. Просто скорость. Очередной порог для человечества. Просто расстояние, помноженное на время.

До обучения в Высшей Летной Академии Неополиса, я смутно представлял себе, как устроены принципы физики космических полетов на скоростях, превышающих фундаментальные. То есть, сказать точнее, я вообще об этом не задумывался, принимая этот факт, как факт и не более. Да и в Академии меня больше обучали эксплуатации судов и аппаратов, не стараясь углубляться в науку и технологии движительных процессов, делая из меня профессионального пилота, а не технаря. Однако, общую картину я все же получил на кратких курсах кантовой механики и, вполне понимал, что тело обладающее массой никогда не будет двигаться и с десятой части тех скоростей, с какой преодолевают расстояния Пилигримы и магистральные СИД. И так было до того момента, пока каких-то четыреста лет назад, Всемирное Научное Сообщество, получившее независимость от мировых правительств, политики и корпораций, не открыли полимагнитный синтез нейтрино. Производство квантовых частиц, которые не зависят от гравитации. Квантовых частиц, способных обладать как положительной, так и отрицательной массой, а следовательно, способных перемещаться в пространстве с невероятными, до момента их открытия, скоростями.

И да, тело, движущееся в вакууме космоса со скоростью в триста тысяч километров в секунду, не может быть увидено человеческим глазом и да, оно представляет угрозу для орбитальной инфраструктуры, если будет целенаправленно двигаться непосредственно в ее сторону. Потому-то и были когда-то приняты и утверждены строгие рамки правил эксплуатации и навигации космических судов, определяющие, на каком расстоянии от стартовых пирсов допускается запуск реакторов, с какого расстояния необходимо начинать разгон, а когда торможение. Все перелеты совершаются исключительно в рамках определенных коридоров-трасс, выход за пределы которых не возможен без погашения скорости до маневровых пределов, а это – «остановка в пути следования», нештатная ситуация.