Чтение онлайн

– Ладно. Итак, как я уже сказал, через сто четыре часа мы выйдем на орбиту Беты. О том, что нам предстоит делать все в курсе, опыт у всех имеется, ну… кроме нашего второго пилота. – Маер снова заставил всех посмотреть на меня.

Я тут же выпрямился, как ни в чем не бывало, стараясь не показать всем присутствующим виду, что терплю из последних сил.

– Он первый раз с нами.

Как будто никто этого не знал и, обязательно нужно было на этом сделать акцент.

– Поэтому, Корин, прошу быть внимательным и делать все, что скажут твои старшие товарищи.
– Маер повернулся к столешнице верстака и провел ладонью над сенсором, включая аппаратные функции этого сложного многофункционального устройства.
– Теперь, что касается технологического процесса, расскажет наш инженер по координации.
– Он кивнул крепкому мужчине с заросшей черной бородой по самые глаза и копной таких же черных вьющихся волос.
– Александр, тебе слово.

Так вот оно что! Мы приближаемся к Проксима Центавра! Я уставился на витраж иллюминации технического отсека, еще не окончательно придя в себя, но стараясь припомнить свои последние вахты.

Такое бывает. Спустя час или два после этого пробуждения, они постепенно всплывут в памяти. Просто в голове все перемешалось под воздействием нейротоксинов соты. Просто лучше, чем другие, запомнилась другая, более ранняя вахта. Остальные были однообразны и слились между собой ничем не примечательными событиями и действиями, совершенными много раз в одной и той же последовательности, словно интуитивно, словно на автоматической программе. Так что, мое сознание запихнуло их куда подальше, сочтя ненужными и неважными для дальнейшего существования. Начни вспоминать, разделять воспоминания, которые будут возвращаться постепенно в сознании, и невозможно будет определить и понять, к какому периоду нужно относить появляющиеся в памяти фрагменты.

Но где же звезда?

Конечно, звезда ведь была прямо по курсу, и увидеть ее свечение было возможно только из блока управления.

Александр Колл посмотрел из-под густых бровей, на собравшуюся команду и занял место Маера возле верстака. Над столом засветился экран выбора команд и после нескольких движений руки, Александр выбрал подходящую проекцию и вывел ее над центром верстака. Такая же фемтосекундная технология СОИР, что используется в персональных делсах, высветила проекционную модель планеты, зажигая с помощью невидимого лазерного луча, в качестве пикселей, атомы азота прямо в воздушном пространстве над столешницей.

– Итак, должен сразу сказать, мы не на Юпитере, чего нам ждать от этой планеты неизвестно. Нам о ней вообще не очень-то много известно, несмотря на имеющиеся исследовательские данные, любезно предоставленные штабом изучения и освоения дальнего космоса Всемирного научного сообщества. – Он едва заметно подмигнул одним глазом, стоящей немного в стороне Марте Штеер, но та словно не заметила его жеста. – И все же, чтобы они там не исследовали, лично для нас эта информация мало чем будет полезна. Такая уж у нас узкая специализация! – Он усмехнулся и все подхватили его приподнятое настроение. – Те карты рельефа, что имеются, выполнены или не с той высоты или не там где нужно. Из предполетных брифингов мы знаем, что температура среды довольно низкая, так что для сброса нам будет нужна зона экватора.
– Он развернул проекцию другой стороной и увеличил экваториальную зону. И тут есть ряд проблем. Во-первых, экваториальная зона насыщена нестабильными атмосферными фронтами в верхних слоях, судя по всему из-за разницы температур между двумя полушариями, так как планета находится в приливном захвате звезды. И это вторая проблема. – Он зачем-то осмотрел каждого, словно выискивая того, кто желает высказать свое мнение, но таких не оказалось и Колл продолжил. – Угол наклона оси Беты, около ста десяти градусов, то есть граница дня и ночи у нее протянута в большей части экваториальной широты.

– Как Уран? – Раздался голос Марка.

– Почти. – Колл кивнул. – Мы, конечно, постараемся выбрать наиболее светлое место для посадки модуля, но это не означает, что на Бете нет смены времен суток. – Тут он видимо уловил молчаливые вопросительные взгляды и сделал небольшую паузу. – Бета имеет либрацию по широте величиной, приблизительно до двадцати градусов. Это все, что можно выяснить по имеющейся информации и, дополнив наши знания о ней с помощью бортовых магниферов. Когда подойдем ближе, сможем узнать больше.

– Это значит, что в пределах экватора, либрация создает смену суток? – Маер решил уточнить.

– Именно так. – Александр повернул голову в сторону командира. – Теневая область с постоянной цикличностью периодически перекрывает освещенные области.

– Мы знаем, сколько в среднем длится ночь на этой планете в этих областях?

Колл повернулся лицом к верстаку и крутанул голограмму. Изображение планеты было не четким и мало детализированным Информации для создания модели с более высоким разрешением явно не доставало, от чего возникал вопрос, каким образом вообще ученые несколько лет исследовали ее.

– Пока нет. Но скоро узнаем. Думаю, в любом случае должны уложиться в один цикл. Как только выйдем на орбиту, запустим зонды, которые считают рельеф, метеоусловия и сообщат данные об атмосфере. Самое сложное, на мой взгляд, будет коррекция сброса при прохождении верхних слоев, так как они очень плотные.
– Александр указал на повторяющийся фрагмент закручивания вихря в атмосфере Проксима b.
– И насколько мы знаем, ветра там намного сильнее, чем на поверхности, но будет видно. Далее! После того как я выберу место сброса, нужно будет ставить метки. Обычно у нас второй пилот и техник задействуются. – Он посмотрел на Маера.

– Все как обычно.
– Маер стоял и грыз ноготь большого пальца правой руки.

– Хорошо. Значит, как обычно.
– Колл одобрительно кивнул.
– Лена, - он взглянул на Лену, - после того как будет сформирован картографический анализ и я определюсь с выбором точки сброса, за тобой будет выбор места посадки челнока.

– О, конечно! Сразу после того как ты со своими обязанностями разберешься.
– Она стояла как всегда уверенная в себе, сильная, высокая, сложив руки на груди и, все же ни от кого не ускользнула ее грубость в ответе инженеру.

Колл едва заметно повел бровью и продолжил, а командир Маер недовольно поежился и перестал грызть ноготь. Явно между ними двумя была натянута некая напряженная струна, проявление которой точно не нравилось Маеру.

– Марк и… – показалось, что на долю секунды, он забыл мое имя, - Корин. После того как я размечу виртуальный квадрат, у вас будут по две метки. Марк, - Он повернулся к технику.
– Ты уже опытный боец, я думаю товарища в беде не оставишь, подучишь его тонкостям работы?

– Даже не сомневайся. Сделаю из него профи!
– Светлое лицо парня засияло добродушной улыбкой.

– Отлично, но в любом случае мы все будем на каналах цифровой связи. В любых вопросах буду помогать и подсказывать.
– Его взор снова обратился на командира.
– В общем-то, у меня тогда все. Более детальный брифинг проведем непосредственно перед спуском, когда будем владеть полной картиной того с чем предстоит иметь дело.
– Он погасил проекцию и отошел от стола, снова пропуская к нему Маера.

– Вы все слышали. Ваши обязанности вам разъяснили. Подробный инструктаж будет уже на орбите Беты.
– Он сложил ладони вместе.
– Вопросы?

Все отрицательно покачали головами.

– Прекрасно. Тогда, Марк, в течение получаса жду тебя у себя в кабинете с отчетом о векторе курса и докладом о готовности приступить к торможению.

Марк кивнул.

– Так мальчики и девочки, не расслабляться! Пока есть время до того как реакторы перейдут в реверсный режим, заниматься проверкой и калибровкой оборудования. Доклад от каждого по внутренней связи о работоспособности всего за что отвечаете, через час!
– Он сделал жест рукой говорящий о том, чтобы все начинали расходиться.
– За работу!