История "не"решительной аристократки
Шрифт:
На плите дымились три ведра с водой, которые тетушка приготовила для бессовестной поганки, и именно их мне нужно было утащить на второй этаж, чтобы одна королевская задница могла помыться.
Никогда не боялась физического труда, надеясь только на себя и ни на кого более. Поэтому, сжав ручку, я аккуратно сняла одно ведро с плиты…
— Леди Алиса, — послышалось возмущенное от дверей. — Ну что же вы? Тяжело ведь!
«Нэрон».
Я сразу узнала его по голосу, вот только радости это не принесло, хотя мужчина он был хороший.
«Если Нэрон здесь, значит и Лерой рядом. Они почти всегда вместе».
Светловолосый теньевик кинулся ко мне, осторожно забирая сосуд из моих рук.
— Доброе утро, — кивнула ему, выпрямляясь и сдувая с лица упавшую прядь. — Я и сама могла бы…
Специально встала так, чтобы теньевик загородил обзор на дверь. Не готова была встретиться взглядом с главнокомандующим. Не сейчас. Пару секунд… Мне требовалось для этого пару секунд.
— Леди не должны таскать тяжести! Для этого есть мужчины, — улыбнулся Нэрон.
— Благодарю вас, — я подарила ему улыбку в ответ. — Тогда поднимите его, пожалуйста, на второй этаж.
— Хорошо, а комната какая?
— А вот в комнату я уже сама, — невольно на лицо набежала тень грусти, которую я поспешила смахнуть. — Вода нужна ее высочеству.
— Понятно.
Мне не показалось, нет. Нэрон действительно скривился, не скрывая своего отношения к этой барышне голубых кровей.
— Лерой, — обернулся он, произнесенным именем ускоряя моего сердца бег, — что там стоишь? Давай, помогай. Неужто хочешь, чтобы Алиса твоей невесте воду таскала?
Слова… Простые слова, но почему же такие страдания они причиняют?
Неосознанно сжала пальцы в кулаки, чувствуя, как больно давит в груди.
Я намеренно смотрела куда угодно, но только не на него, краем глаза отмечая приближение главнокомандующего.
— Доброе утро, леди…
Этот голос… Такой бархатистый, пробирающий до мурашек… Не смогла вынести его близость, позорно сбегая.
— Доброе, лорд! Пойду, приглашу теней на завтрак, — так и не смотря в его глаза, я быстро присела в приветственном реверансе и выскочила стрелой из кухни.
Лерой
— Ну и зачем? — сорвалось безжизненное с моих губ. — Зачем ты это делаешь?
Под кожей носился ураган эмоций, я задыхался. Мне не хватало кислорода.
— Делаю что именно? — прикидывался идиотом Нэрон. — Упоминаю при Алисе о твоей невесте? А разве я солгал? Вроде нет. Каждое слово — чистая правда!
Я молчал, прекрасно понимая, что не имею права злиться. Нэр прав, я и принцесса обручены, и об этом все в курсе. Но я не хотел, чтобы Алиса слышала о нас. Мне было неприятно и горько.
— Она даже не посмотрела на тебя, — как ни в чем не бывало пожал плечами друг, ударяя словами хуже кнута.
— Неприятен я ей, наверное, — я тяжко вздохнул, направляясь к ведру, стоящему на плите. — Или злится, что из-за меня в ее дом приехала эта высокородная пакость.
— Или она просто страдает, так же как и ты, — хмыкнул Нэрон, как раз в тот момент, когда я приподнял ведро, которое едва не уронил и не ошпарился кипятком от услышанного.
— Что ты такое несешь?! — вскинул недовольный взгляд на теньевика.
— Только то, что даже слепой бы увидел, Лерой! — Нэрон был серьезен как никогда. — Мне она улыбается, ведет себя естественно, а при тебе краснеет и смущается…
— Прекрати! — рыкнул приглушенно на друга, рвущего мое сердце.
— Она не ответила теням взаимностью на их ухаживания, почти всех отвергла. Остались только ты и я. Но со мной она общается, не испытывает скованности, а вот тебя избегает. Знаешь, почему?
— Хватит мучить меня, — мотнул я головой, ощущая, как быстро колотится сердце, грозя пробить грудную клетку. — Зачем? Зачем заставляешь страдать еще больше?
— Да потому что ты любишь ее, — тяжко вздохнул Нэрон. — А она, судя по всему, любит тебя. Пойми уже наконец. И впереди целых два дня, чтобы ты смог в этом самолично убедиться.
49. Он — мой!
Алиса
Я была рада видеть теней и они меня, собственно, тоже.
Стоило выйти на крыльцо, как со всех сторон сразу посыпались слова приветствия и лучезарные улыбки.
Знала, что нравлюсь этим мужчинам. Каждый из них был достойным, вот только мое сердце выбрало другого. Того, кто никогда не будет моим.
— Ну как ты? — спросил отец, подойдя ближе.
— Все хорошо, — кивнула я, — не волнуйся.
Повисла пауза, нарушаемая отдаленными голосами теней и королевских стражей, заинтересованно поглядывающих в мою сторону.
Заметив это, отец недовольно нахмурился.
— Никого не бойся и ни о чем не переживай, — произнес он тихо.
Я молчала.
— Свита принцессы подобна ей самой. Каждый из сопровождающих ее склонен к отвратительным поступкам, дочь. По возможности приглядывай за Тарианой и Ясенькой.
— А что делать, если что-то случится? — с моих губ сорвался голос, лишенный эмоций.
Я хотела рассказать отцу, что великосветская гадость вытерла обувь о юбку тетушки, но не знала, как он отреагирует. Эрэй так дорожит своей семьей, так беспокоится о нас, вдруг кинется на защиту Тарианы, и тогда быть беде.
— Пусть только посмеют, — хмыкнул Эрэй, — сами будут не рады. Для меня нет разницы: принцесса или страж — никто не причинит вред моей семье!
Его слова лишь подтвердили мои опасения.
Не знаю почему, но я чувствовала, что грядет буря, и она уже совсем близко. Кто-то с ее пришествием обязательно пострадает.
«Унижения и насмешки в свой адрес я стерплю, а если кто-то захочет причинить мне вред, защита Лероя не позволит этого. Но как быть с тетушкой и Ясминой? Как быть с отцом?»
Волнение за дорогих сердцу людей не давало покоя. Слухи, что за дочерью короля тянется кровавый след, правдивы. Отец рассказывал, как высокородная маньячка превратила стопы девушки-служанки в месиво. И, как по мне, это самый настоящий ужас. Наслаждаться тем, что другому человеку больно… верх безумия! Алексия неадекватна. В моем мире ее бы ждала смирительная рубашка и дом для душевнобольных.