История первая. Изнанка личной жизни
Шрифт:
– Слов нет. Получается то, что какая-то из моих прародительниц гульнула налево, спасло мне жизнь?
– Получается, что да.
– Не, я просто млею с этого расклада.
Посмотрев на моё ошарашенное лицо, Николас рассмеялся своим глубоким переливчатым смехом. Хотя чему я удивляюсь, что он, что Син - оба надо мной смеялись. Их веселил постоянный конфликт между моим любопытством, привычкой говорить первое, что в голову взбредёт и желание выглядеть приличной девушкой.
– Твоя непосредственность - это основа твоего очарования, Тайфа.
– Как-то сказал Николас.
– Ага и причина постоянных подзатыльников. Ой!
Ну где-то так. Хотя смеющиеся или улыбающиеся Князь и его ученик были значительно лучше, чем величественные в своей холодной отчуждённости придворные и постоянно настороженные служки.
Постепенно я начала сама выходить из своей комнаты и гулять по дому. Всё больше времени проводила с Сином, высоким худощавым мужчиной с вытянутым печальным лицом и суетливыми движениями. С ним мне было свободнее. Князь постоянно пропадал то в своей лаборатории, что была в подвале, то в кабинете, что был под самой крышей или и вовсе отсутствовал дома. Мне же разрешалось делать всё, и все комнаты в доме были открыты для свободного посещения, кроме кабинета и лаборатории. Практически все вечера я проводила с Сином сидя у очага, пока тот прибирал на кухне или что-то готовил. В обмен он требовал, чтобы ему читали. Особенно он любил стихи и маленькие рассказы-притчи. Этот вечер не был исключением.
– Не надо никаких инфоков (инфо-кристаллов). Мы вчера прибирались в большой комнате без окон, вот - иди туда. Там есть два белых стеллажа. Нужен тот, который дальше всего.
– Ага.
– Вот. Придешь, отсчитаешь четвёртую полку снизу. Там ещё лежит два фолианта в рулонах.
– Ага.
– Что ага? А, значит возьмёшь пятую книгу слева, такую с красной обложкой. Повтори.
– Син, ну чего ты такая аннунака? Ладно-ладно. Принести книжку в красной обложке, которая пятая слева на четвёртой снизу полке, которая на дальнем белом стеллаже в библиотеке. Так?
– Правильно. Справишься?
Я только фыркнула и убежала.
Библиотеку освящали два больших масленых светильника. По какой-то непонятной мне причине князь не любил световые кристаллы и предпочитал огонь.
Отсчитывая полки и книги я почувствовала, что за моей спиной кто-то стоит и резко обернулась, но заметить успела только метнувшуюся от кресла в угол тень. От страха и неожиданности я завизжала.
Я сидела на самой верхней полке того самого белого стеллажа оказавшегося по совместительству самым высоким местом в библиотеке и тихо скулила, практически прилипнув к стене. Син бегал внизу и говорил, что никого нет, что всё будет хорошо. Проблема была только в одном - я всегда боялась высоты и была точно уверена, что кто-то прячется в комнате.
– О-он-но б-был-ло т-там!
– Здесь никого нет. Я везде посмотрел. Здесь никого нет кроме нас.
От мысли о том, что Николаса нет в доме и некому нас с Сином защитить, если что не так, стало ещё хуже.
– А-а-а-а!
– Тайфа, девочка, всё будет хорошо.
– Не-е будет!
– Будет! Я тебе это обещаю.
– Все всегда это обещают, а потом выла-а-азит вся-я-якая фигня-я-я и-из у-углов.
– Таффи, нет здесь никого!
– Й-йесть!
– Нет!
– Йесть!
– Нет никого. Вот спустишься и увидишь сама, что нет никого там.
– Син, я ясно видела. Там кто-то есть. Ты его просто не видишь.
– Нет здесь никого!
– А если найду?
– А ты найди!
– А если найду, что мне будет?
– Мягкая постель или ты там, наверху спать собралась? Так я тебе скажу, это неудобно.
Я аж замерла и ведь действительно на шкафу, а это высоко...
– А-а! У-у!
– Таффи, девочка, всё хорошо. Спускайся.
– Е-а-а...
– Я шмыгала носом и отчаянно мотала головой.
– Ну, что такое? Тайфа, я тебе помогу.
– НЕТ!
– Что нет?
– Я высоты бою-у-усь.
– Да, едрить твою справа на лево! Ты вообще всего боишься. Вот, небось, кресла испугалась и сидишь неудобно на верхней полке. Давай я сейчас лестницу поставлю...
Но я не слазила, ни с лестницей, ни без неё. Меня трясло и со мной вместе трясся шкаф, погромыхивая полками, шурша и звякая их содержимым, что пугало меня ещё больше. Любая попытка снять мою тушку заканчивалась тем, что я начинала выть в полный голос и отпихивала незадачливого спасателя. Так нас и обнаружил Николас. Картина, открывшаяся перед ним, была и забавна и трагична одновременно - я сидела наверху трясущегося стеллажа и скулила от ужаса, а внизу, обхватив голову руками, матерился Син, сидя в том самом злополучном кресле.
Неожиданно комната залилась ярким белым светом.
– Тайфа.
– голос князя окружил меня.
– Смотри, есть ли в комнате кроме меня и Сина ещё кто-нибудь?
– Н-нет, н-ни-иког-го.
Николас начал подниматься ко мне словно по невидимым ступеням. Зрелище было настолько впечатляющим, что я от изумления забыла о своих страхах.
– Иди ко мне.
– Он протянул руку.
Оглушённая происходящим я махом вцепилась в неё и меня спустили вниз.
– Вот и всё. Син, принеси воды
Яркий свет погас и осталось только жёлтое пламя светильников, которое после всего случившегося казалось тусклым. Николас сел в кресло и усадил меня себе на колени вручив кружку с водой.
– Тайфа, в моём доме тебе нечего бояться.
Слёзы резко высохли - и он мне не верит.
– Лэр Николас, я не хочу поставить под сомнение ваше могущество и умения. Вы можете счесть меня сумасшедшей, но я действительно видела ускользающую в угол тень, точнее её кусочек.
– Какой ты стала официальной.
– Князь грустно улыбнулся.
– Нет, я верю, что ты видела что-то, но так же я верю и себе - к моему приходу в библиотеке никого не было и ничьих следов кроме твоих и Сина.
– Но тогда получается...
Меня снова начало трясти.
– Подожди, не торопись. Ты долго была на пороге смерти, а это очень непредсказуемое место. Вполне возможно нечто зацепилось и пришло сюда вслед за тобой. К сожалению, видеть и чувствовать это можешь только ты. Не стоит бояться - такие духи безобидны до тех пор, пока не начинают питаться страхом. Чем меньше мы в эту сущность верим, тем меньше у неё шансов натворить что-то серьезное. Вот и всё.
Я недоверчиво покосилась на блондина.
– Чего-то у меня подозрение, что вы и гибель мира опишите так же невинно. Мол, ничего обычного, просто одно заканчивается, значит начнётся что-то другое. Если повезёт мы может даже и увидим, что это там начнётся.
Николас рассмеялся и спихнул меня с коленей.
– Всё, беги к Сину и успокой его, а то этот несчастный во всём происшедшем винит себя.
После этого вечера, про Князя с уверенностью я могу сказать только одно - плохого вина это чудо не держит. В этом мы с Сином можем поклясться. По крайней мере, голова с него точно не болит.