Чтение онлайн

Теоретически, он мог выстреливать метательную мину длиной 6 футов (1,83 м), снаряженную 45,4 кг (100 фунтами) взрывчатки, на дистанцию до 40 метров под водой и до 275 метров на поверхности. Но практически боевые качества данного аппарата (пушки) оставляли желать лучшего. Так, в ходе первого испытания был произведен выстрел в позиционном положении лодки. Мина прошла под водой 8 футов (2,5 м) и еще около 65 футов (20 м) по водной поверхности, а затем устремилась круто вниз и зарылась в донный ил.

При втором испытании Холланд увеличил давление воздуха до 600 фунтов на квадратный дюйм. В результате мина преодолела дистанцию вдвое больше (примерно 45 м), после чего ударила в сваю мола, перепугав рыбаков, удочками ловивших с него рыбу. Но, как бы там ни было, именно Холланд впервые в истории установил на подводной лодке специфическое подводное оружие — пневматический торпедный аппарат.

Начиная с июня того же года, он в течение двух лет проводил интенсивные испытания лодки на Северной реке (North River). Конструкция корпуса оказалась довольно удачной и весьма прочной. Так, однажды Холланд врезался в 12-дюймовую (30,5 см) деревянную сваю мола. Свая раскололась, обрушился целый пролет мола, покрытый толстым слоем брусчатки, но подводная лодка при этом не пострадала.

Правда, мотор Брайтона был капризным в обращении, ненадежным в эксплуатации и маломощным. Тем не менее, Холланд сказал о своей субмарине после нескольких первых погружений:

«Она обладает всем, что нужно хорошей лодке и едва ли можно желать большего… Она способна долго оставаться под водой, возможно три дня, она способна стрелять снарядом, содержащим 100-фунтовый заряд… вероятно на 300 ярдов (274 м)».

Но в конце ноября 1883 г. группа фениев, под предводительством редактора газеты «Irish World» Джона Бреслина, угнала эту лодку (а также лодку № 3). Дело в том, что начался судебный процесс против распорядителей «Боевого фонда». Их обвиняли в злоупотреблении средствами и еще в неуплате налогов. В этой связи Бреслин вполне обоснованно опасался, что власти конфискуют их субмарину. Однажды ночью он подогнал буксирный пароход к месту ее стоянки, заявил сторожам, что его прислал Холланд, взял обе лодки на буксир и потащил в сторону острова Лонг-Айленд.

Лодка № 3 по дороге утонула, тогда как «Таран» вполне благополучно прибыл в Нью-Хэйвен (New Haven). Здесь фении, которые понятия не имели о правилах навигации, плавали на субмарине внутри гавани, создавая угрозу другим судам. Начальник порта пришел в ярость и в категорической форме потребовал прекратить это безобразие. Тогда Бреслин со своими товарищами вытащил «Фенийский таран» на берег реки Милл (Mill River), где и бросил. Затем он попытался продать лодку русскому морскому агенту (атташе), но безуспешно.

После этого инцидента Холланд отказалсяот дальнейшего сотрудничества с фениями. «Таран» 25 лет ржавел на берегу реки Милл. Наконец в 1916 г. его выставили в зале Мэдисон-сквер Гарден в Нью-Йорке, чтобы собрать деньги для помощи жертвам ирландского восстания, произошедшего в том году и подавленного англичанами за пять дней.

Затем субмарину установили во дворе морского колледжа штата Нью-Йорк. В 1927 г. ее приобрел некий Эдвард Броуни (Е. Browne) и перевез в качестве экспоната в городской парк (West Side Park) Патерсона. Позже она обрела свое постоянное место в сквере на улице Маркет-стрит, где находится сейчас, установленная на постаменте и окруженная металлической оградой.

На деньги «Боевого фонда» к ноябрю 1883 г. Холланд почти завершил постройку третьей субмарины на верфи «Gannon & Cooper» (город Джерси-сити, штат Нью-Джерси). Точнее, это была действующая модель будущей большой лодки. Поэтому журналисты дали ей имя «Фенийская модель».

Построенная из дерева, она имела длину 16 футов 4 дюйма (5 метров), диаметр в центральной части корпуса 28 дюймов (71 см), водоизмещение в одну тонну. На ней Холланд хотел испытать новые рули и автоматический стабилизатор глубины. В качестве двигателя единого хода планировалась установка экзотического двигателя взрывного типа, работавшего на порохе (!).

Однако лодка пошла на дно во время угона. Похитители забыли плотно закрыть входной люк, вода хлынула через щель, лодка наполнилась водой, оборвала буксирный канат и затонула в устье реки Ист-ривер (East River) на глубине примерно 110 футов (33,5 м). Ее никто не искал и не пытался поднять [103] .

Лишившись обеих лодок, Холланд еще раз попытался заключить контракт с Морским департаментом на строительство субмарины по усовершенствованному проекту «Фенийского тарана». Но чиновники снова не пожелали иметь с ним дело.

Неожиданно осенью 1883 г. Холланд получил предложение о сотрудничестве от «Pneumatic Gun Company». Эту компанию учредил отставной лейтенант конной артиллерии США, этнический поляк Эдмунд Залинский (Edmund Zalinski).

Он сконструировал оригинальную пневматическую пушку для стрельбы динамитными снарядами и хотел внедрить ее на вооружение как в армии, так и на флоте.

В 1884 г. Холланд и Залинский учредили фирму «Nautilus Submarine Boat Company» для строительства подводных лодок. Они намеревались продавать их на экспорт, прежде всего во Францию, которая в то время вела колониальную войну в Индокитае. Инвесторами фирмы стали друзья, знакомые и бывшие подчиненные лейтенанта Залинского.

В 1885 г. Холланд построил свою четвертую подводную лодку, вооруженную пневматической пушкой Залинского. Поэтому она вошла в историю как «лодка Залинского».

Это была субмарина с железным набором и деревянной обшивкой корпуса, длиной 50 футов (15,24 м), шириной до 8 футов (2,44 м) и наибольшей высотой 10 футов 6 дюймов (3,23 м). В движение ее приводил керосиновый мотор Брайтона.

Лодкой управлял один человек, находившийся в небольшой круглой рубке в центре корпуса. Оттуда он наблюдал за поверхностью моря через «стеклянные бычьи глаза» (glass bull's eyes) — именно так корреспондент журнала «Scientific American» в августовском номере за 1886 год назвал примитивный зеркальный перископ, установленный Холландом.

Основная идея устройства субмарины сводилась к тому, чтобы служить своего рода самоходным лафетом для пушки Залинского. Лодка должна была взять курс точно на цель, а затем, заполняя дифферентные цистерны, поднять (или опустить) нос на такой угол, чтобы снаряд из ствола смог пролететь необходимую дистанцию (максимум пол-мили, т. е. 930 метров).

Однако эта идея была хороша только на первый взгляд. Залинский и Холланд забыли о том, что море крайне редко бывает спокойным. Даже небольшое волнение не позволило бы наводить пушку точно на цель. Но до стрельбы дело так и не дошло.