Чтение онлайн

Снаружи храм был увенчан пятью круглыми куполами. Внутренность храма украшает грандиозная мозаика с изображением воздевшей руки Богородицы, словно благословляющей народ. Ее шестиметровая фигура в центре алтарной апсиды как бы поддерживает церковное здание.

Незабываемы мозаичные фигуры отцов Церкви в нижнем поясе апсиды; их лики, светлые одеяния с черными крестами изображены с удивительной тонкостью и гармоничностью. За престолом находится мозаичная композиция «Евхаристия»; художнику удалось замечательно передать стремительный порыв, с которым апостолы направляются к храму.

В те же годы была построена и церковь Спаса на Берестове с барельефами, напоминающими древневосточные изображения, и выдающийся по красоте храм св. Софии в Новгороде с пятью куполами, напоминающими шлемы воинов. Новгородский собор св.Софии окончательно определил рубеж, когда русское религиозное искусство перестало быть только ветвью искусства византийского. Великие соборы XI века сыграли в жизни Руси огромную роль, став центрами духовного просвещения, национальной святыней, знаменем единства русских христиан.

Весь христианский мир стал местом познания и обретения духовного опыта для тысяч новообращенных. Русский народ особенно отличался любовью к святым местам — они зачастую были для него единственными источниками познания и вдохновения. Вчерашние язычники, еще жившие во власти своего прошлого, отправлялись они в те уголки мира, где била ключом благодатная сила молитвы и Духа Святаго, хранимая и приумножаемая подвижниками и святыми. Монастыри Византии, Св. Земли, Афона принимали первые потоки паломников, шедших из далекой Руси приобщиться к сокровищнице христианской веры. И, наконец, духовный уровень русского христианства настолько возрос, что такая же сокровищница появилась и на русской земле. Ею стала Киево–Печерская Лавра — монастырь, которому предстояло быть средоточием веры Христовой на Руси.

В эпоху князя Ярослава, среди многочисленных паломников–богомольцев, отправлявшихся в нелегий путь к святым местам, был молодой странник Антипа. После долгих скитаний остановил свой выбор на Афоне и вскоре стал там иноком, приняв имя Антония. Его горячая вера и святая жизнь обратили на себя внимание игумена. Настоятель монастыря, как рассказывает летопись, велел Антонию: «Иди на Русь обратно, и да будет на тебе благословение Святой горы, ибо от тебя пойдет много чернецов». Символично, что именно на Афоне — святыне византийского христианства — было дано напутствие будущему основателю русской христианской святыни, преподобному Антонию.

В лесной пещере на берегу Днепра, где Иларион «молился Богу в тайне», Антоний зажег первую свечу Киево–Печерского монастыря. Вскоре о его монашеском подвиге заговорили повсюду. Антоний не замыкался от людей, и многие стали ходить к нему за благословением. Появились и ревностные ученики, стремившиеся во всем подражать святому. Образовалась маленькая община монахов, проводившая дни в молитве, труде и воздержании. В помощь Антоний взял себе одного из подвижников, которого звали Феодосий. Община монахов привлекла внимание князя Изяслава, и он разрешил им построить на горе монастырь. Община разрасталась, и скоро Антоний, привыкший жить в одиночестве, выстроил себе хижину неподалеку. Там он и скончался в 1073 году. Феодосий же собрал до 100 иноков и по благословению Антония ввел в монастыре (названном Печерским — от слова пещера) строгий устав, по образцу греческого студитского, перенеся главные обители монастыря на близлежащую гору.

Преподобный Феодосий (ум. в 1074) — одна из наиболее ярких фигур в светлом сонме киевских подвижников. Боярский сын, он еще с детства пренебрегал мирскими удовольствиями. Феодосия манила жизнь в тихих лесных скитах, в далеких греческих монастырях, о которых рассказывали странники; он мечтал о путешествии в Святую Землю. Однако семья не хотела такой судьбы для сына и всячески препятствовала желаниям мальчика. Наконец, в 1056 году он тайно ушел из дома и, явившись к Антонию, попросил принять его в число иноков. Мать же Феодосия, после бесплодных увещеваний, обращенных к сыну, сама стала монахиней.

Несмотря на свой юный возраст, Феодосий сразу явил подлинный образец любви, послушания и кротости. В 1063 году он стал настоятелем Печерской обители.

Трудолюбие было отличительной чертой святого игумена. Он всегда первым подавал пример во всяком деле. Будучи старцем, Феодосий, по словам жития, «часто ходил в пекарню и веселый духом пек хлеб». В житии преп. Феодосия поражает именно это «веселие духа», отсутствие столь привычной для Востока мрачной аскезы и самоуничижения.

Подвижник хорошо знал Священное Писание, и всегда учил монахов ценить «предание отеческое и чтение книжное». С монахом Никоном, по рассказу летописца, они многие часы посвящали оформлению книг. Таким образом, стараниями Феодосия было положено начало и просветительской деятельности Киево–Печерского монастыря.

Руководство братией было для Феодосия делом первостепенной важности. Он учил их воздержанию как знаку добровольной жертвы Богу. Он говорил им о смысле Иисусовой молитвы «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного», о великой мистической силе, которая заключена даже в самом имени Спасителя. Сосредоточение мысли и чувства на Божественном образе Христа было для Феодосия равнозначно очистительному огню.

Феодосий заботился не только о монахах, но и «о мирских душах, как бы им спастись, особенно о духовных сынах своих, утешая и наставляя приходивших к нему, а иной раз в дома их приходя и благословение им подавая». В лице Феодосия Русь сумела преодолеть недостаток Византии: один из самых великих ее подвижников не замыкался от мира и общества, а поучал народ, боролся с языческими пережитками. «Господь и апостолы, — обращается он к тем, которые проводили новые праздники по старинным языческим обрядам, — заповедали праздновать светлые праздники, но праздновать не телесно, а духовно, чтобы они не работали чреву и пьянству, а молились Богу о своих грехах и кормили нищих».

Всю свою жизнь преп.Феодосий положил на укрепление христианства на Руси. Трогательно было прощание игумена с братией перед смертью. В холодный зимний день, сидя в санях, Феодосий благословлял своих детей перед тем, как предстать престолу Вседержителя. Эта картина на всю жизнь запечатлелась в памяти летописца, который, по собственным словам, был тогда восемнадцатилетним юношей.

После смерти Феодосия лавра продолжала жить тихой и свободной жизнью. «В любви пребывая, младшие слушались старших… так же и старшие с любовью относились к младшим, учили их, утешали как детей возлюбленных," — рассказывает летописец.

Какова была духовная атмосфера в первом русском монастыре, можно судить по словам его воспитанника — автора «Повести временных лет»:

«Все совершается в любви, — пишет он. — Любви ради и грехи исчезнут, любви ради и Господь сошел на землю и распял Себя за нас грешных, взяв грехи наши, пригвоздил Себя ко кресту, дав нам крест, чтобы отгонять им ненависть бесовскую».

Это ощущение величия любви поставило киево–печерских подвижников на ту высоту, с которой они и поныне светят нам своею жизнью, по прошествии почти десяти веков. Свет этот неугасим.

1. Библия с приложениями. Брюссель: Жизнь с Богом, 1973—1977 и др. годы.

2. Мифы народов мира. Т. 1–2. М„ 1980–1982.

3. Философская энциклопедия [ФЭ]. Т. 1–5. М., 1961–1970.

4. Абрамова 3. Изображение человека в палеолитическом искусстве Евразии. М., 1966.

5. Авериниев С. С. Эсхатология. — ФЭ. Т. 5. М., 1970.

6. Его же. Поэтика ранневизантийской литературы. М., 1977.